Шрифт:
На экране снова появилось изображение студии. Рядом с диктором сидел генерал с полным набором бочай-ских орденов. У него была фигура тяжелоатлета и лицо доброго дядюшки. От генерала так и веяло спокойствием и уверенностью. Первый Жрец прибавил звук.
– На мои вопросы любезно согласился ответить генерал от инфантерии Аль-Мардус, командующий столичным военным округом,, – с дежурной улыбкой произнес самый благонадежный диктор Бочасты.
Аль-Мардус легонько кивнул.
– Господин генерал! В Сияющем-В-Кущах гуляют слухи о наступлении партизан. Что вы можете сказать по этому поводу?
– У законопослушных граждан Бочасты-Роки-Шиа нет ни малейших причин для беспокойства. Ситуация хна планете находится под контролем императорских вооруженных сил – гаранта нашей Конституции…
Дерибас краем глаза следил за реакцией Турау Яксера. Тот, как всегда, быстро заскучал и начал ерзать на краешке стола. Доверенный Секретарь и Хранитель Ключа не хотел смотреть новости вместе с Первым Жрецом. Похоже, Яксера тошнило от всего, что делал Дерибас. И наоборот. Но как говорят тупые крестопок-лонники: Христос терпел и нам велел.
Первый Жрец не доверял своему помощнику. Уж не сам ли Яксер послал террористов, чтобы лишний раз доказать свою преданность и продемонстрировать незаменимость? И убиты они именно потому, что на допросе первой степени могли рассказать лишнее? Очень подозрительная история. Слава Мамбуту, у Дерибаса есть верные люди – умелые и незаметные. К тому же их хлебом не корми, дай укоротить непомерно возвысившегося Доверенного Секретаря. Но время не пришло. Пока Турау нужен Армии Истинного Бога. И еще как нужен…
– Иди – и не греши, – выключив монитор, сказал Первый Жрец Доверенному Секретарю.
Яксер отдал честь и неслышно вышел из кабинета. Мысли Дерибаса вернулись к телепередаче. Генерал Аль-Мардус откровенно врал. Стратегическая ситуация на Бочасте изменилась раз и навсегда; свершилось чудо, которого все так ждали. Началось триумфальное шествие Великого Духа. Считавшиеся непобедимыми имперские войска бежали без оглядки, бросая оружие и боевую технику. Они сдавались в плен целыми ротами и батальонами. Командиры частей вместе с личным составом все чаще переходили на сторону победителя и умоляли принять их в ряды Армии Истинного Бога.
Поначалу Первый Жрец приказал разоружать их и помещать в фильтрационные лагеря. Он не решался разбавлять наступающие порядки лживыми перебежчиками. Хуже нет, если его воинство утратит чувство собственной чистоты. Но затем Турау Яксер убедил его:
– Никто не помешает нам очистить свои ряды. Потом – после взятия столицы. Многие ли выдержат испытание властью? Кто-то из самых преданных офицеров, ощутив силу оружия и любовь солдат, наверняка захочет круто переменить судьбу. И тогда самый жалкий перебежчик может оказаться полезней сотни доблестных ветеранов. История знает массу примеров.
Тем временем Армия Истинного Бога беспрепятственно двигалась вперед, занимая все новые населенные пункты, захватывая электростанции, радиорелейные вышки, аэродромы и мосты. Войска входили в города парадным маршем. Толпы народа встречали их букетами цветов, пытались угостить скудной провизией и домашним пальмовым вином.
Бойцы разрушали христианские храмы и жгли лжесвятыни. С пойманных священников срывали мерзкие одежды и голыми – во искупление грехов – гоняли по степи. Никто не желал их смерти, и все-таки несколько святош сдохли неискупленными, не выдержав потрясения.
ГЛАВА 16
ЛИССАБОН В КУБЕ
«Слитком легко, – охваченный тревожными предчувствиями, думал Первый Жрец, нависнув над расстеленной на огромном столе картой боевых действий. – Лига до сих пор не вмешалась. Чего она ждет? Падения Регента? На планете начнется хаос, и тогда экспедиционный корпус получит чрезвычайные полномочия Лиги? Звучит логично. Но разве смена власти ей на руку? Яксер уверен в обратном. Слишком неповоротлива?.. Жаль, у нас нет острых глаз и чутких ушей на Аламагордо. Мы слепы и глухи, а потому уязвимы. Мамбуту в который раз испытывает меня…»
«Удивительно устроена человеческая память… Казалось бы, событие впечатано в нее навечно, она мертвой хваткой вцепилась в детали. Настоящее живет не будущим, а прошлым. И вдруг р-раз – и готово: полное и абсолютное забвение. Но сменяются поколения, проходят века и откуда-то из бездонных глубин вдруг всплывает напрочь забытое. Наполняется новым смыслом, освещается с неожиданной стороны, получая иные, непредставимые прежде интерпретации и зачастую помогает лучше понять реалии сего дня. Порой это и вовсе единственный ключик к замку под названием „ослепление очевидным“.
Так было и с Лиссабоном 40-х годов «золотого века» . Там собрались сотни шпионов и авантюристов всех цветов и оттенков. Они боролись друг с другом всеми возможными способами. Вступали в альянсы и контральянсы, продавались и подкупали, предавали и жертвовали собой. Через пару поколений появился термин «Лиссабон в кубе» – выше был уровень противостояния, но не менялась его суть. Потом о «Лиссабоне» благополучно забыли, чтобы вспомнить через тысячу лет. И вот теперь яростное кипение в небольшом человеческом котле повторяется в столице Бочасты —городке с идиотским названием «Сияющий-В-Кущах». Наглядный урок для студентов Оксфорда и Сорбонны. Жаль, не отправить их туда на практику – всех чохом…»
Документ 16 (из записок черного архивиста)Кнутсен открыл глаза. Пыльная паутина свешивалась до лица. За ней в сумраке угадывался щербатый бетонный потолок. Нет, это не храм, и, уж тем более, не лес. А главное – тело свободно: ни веревок, ни липких лент или наручников. Делай что душе угодно – и никаких автоматчиков под боком. «Э-ге-ге! Сво-бо-ден!» – захотелось во все горло заорать Серому Лису, но он только молча улыбнулся.
Поднявшись на ноги, спецагент обнаружил, что находится на самом обыкновенном городском чердаке. Когда выбрался на крышу, стало ясно: это Сияющий-В-Кущах. На сей раз След Моргенахта отшвырнул его на тысячу километров с гаком.