— Взмокну, неохота, — и повел его за руль.

А я последовал его примеру, признав причину резонной. День был жарким и влажноватым, духота давила, так что будешь потом светиться темным пятном во всю спину и такими же подмышками.

Это была именно что совсем городская окраина, то есть здесь уже строились широко, хоть и с соседями. Это я про то, что усадьба Аглаи на Большом Скате никаких соседей не имеет, за забором начинается дикая земля, а следующая усадьба пусть и видна, но за полверсты раскинулась, а тут все же участки заборами разделены, смыкаются друг с другом. Сами заборы были простыми — по две жерди на столбах, а за ними у кого сад, у кого что, и обычно добротный дом, причем не каменный, как на Большом Скате, а кирпичный — в этих краях с камнем было плохо, а вот глины под кирпич хватало.

Дорога перевалила через вершину широкого пологого холма, и Арсений показал рукой на простенькие ворота со шлагбаумом, под стать остальному забору, над которыми висел маленький колокол-рында с цепочкой, как тут принято.

— Вон туда нам, пришли почти что.

И зазвенел связкой ключей.

Замок на цепи, что замыкала бревно шлагбаума на месте, имел скорее символическое значение, демонстрируя, что в доме никого нет, потому как сам шлагбаум проникновению как пеших злодеев не препятствовал, так и телегу можно было загнать, просто сбив жерди со столбика.

Участок был по этой улице крайним, дальше начинался довольно крутой спуск, на котором уже не строились, а вид с веранды был на море и таким, что один вид можно было продавать. До дома от ворот вело метров двадцать засыпанной гравием дорожки. Справа и слева сад, подзаросший и подзапущеный, но Арсений мой вопрос опередил, сказав:

— Тут почистят все, просто такой дом сдать трудновато. Такие или покупают, или ищут что поменьше и к центру или порту ближе. Вот и не следили за садом, каюсь.

Его откровенности уже я немного поразился, потому как правильный сдатчик должен был бы рассказывать об удивительном спросе и массе предложений.

— А что не продадите? — уточнил я.

— Может, и продадим, — пожал хозяин плечами. — То не хотел все — дом наш, семейный, — но и содержать просто так трудновато.

Дом был одноэтажным, длинным, с черепичной крышей, выстроенным из потемневшего от времени кирпича, с рамами и дверью, выкрашенными в зеленый цвет. Ставни с жалюзи были сейчас прикрыты.

Арсений опять позвенел ключами, выбрал нужный, отпер входную дверь, потянул на себя, пропуская меня вперед.

Запахло воском и просто местом, которое долго стояло закрытым. Гладкий пол из широкой доски, белая штукатурка на стенах, простая, но добротная мебель, кресла и диваны укрыты чехлами из белой парусины. На стенах несколько простеньких литографий, потолок, в отличие от тех домов, в каких я бывал на Большом Скате, настоящий, а не свод крыши, то есть в доме еще и чердак есть. При этом сам дом заметно теснее тех, что там принято было строить.

— Хозяйская спальня. — Арсений приоткрыл одну из дверей. — Она других побольше, и выход в ванную из нее отдельный.

Спальня была хорошей — с большой и широкой кроватью. Заглянул в ванную — даже удивился, насколько та просторная, да и сама ванна как небольшой бассейн, вместо плитки галькой выложена.

— А с водой тут как?

— Колодец и насос. Бочка напорная за домом. С водой у нас все хорошо, — усмехнулся Арсений. — Скорее даже избыток. Там, за той дверью, раньше баня была, но ее перекладывать собрались, да так и не переложили, просто снесли.

Вторая спальня мне тоже понравилась, а заодно мысль мелькнула о том, что ее и в детскую превратить не грех, а третья была в кабинет переделана, с письменным столом и большим креслом.

— Отец покойный в последние годы здесь работал больше, а мы к тому времени сами жили, так что спальни даже лишние оставались, — пояснил хозяин. — Если не надо, то можно это все убрать, и сделаете еще спальню.

— Пока пусть так, — отказался я, заодно окончательно решив, что место мне нравится.

За домом двор был куда просторней. Конюшня на удивление добротна, сарай большой и пустой, разве что старая тачка прислонена к стене у входа.

— А зачем вам такое большое место? — спросил Арсений. — Может, в городе лучше?

— У меня жена… невеста покуда, — сбился я с желаемого на правду, — ветеринар. И лошадей любит, а тут держать их проще.

— Это да, — согласился он. — А если коляска есть, то вот сарай. Так как оно вам?

— Нравится. Я бы снял, если возможно.

А что еще искать? Место хорошее, с ветерком тут и вправду все в порядке, как я и надеялся, а мне отсюда до порта на том же велике сколько? Да минут двадцать, наверное, не больше. И главное — я за эту цену меньшего ожидал, а тут выходит, что хозяин даже не столько для прибыли сдает, а для того, чтобы сам дом был под присмотром, чего и не скрывает.