— Прям как ангелочек…

— Ох, что ты, дорогая! Это только с виду, а на деле чего он только не вытворял. Но самые тяжёлые времена были, конечно, когда у нас был переходный возраст, — Марта тяжело вздохнула, наглядно показывая, сколько ей тогда сын доставил беспокойства. — Он вытрепал нам с отцом все нервы, прости меня, по-другому и сказать нельзя. К нему невозможно было притронуться, шарахался от меня как от прокажённой. Наверное, боялся показаться маменькиным сынком.

Марта хитро улыбнулась и бросила взгляд в сторону столовой.

— А на деле ведь так оно и есть.

Эва хихикнула.

— Он с детства плаванием занимался? — Она смотрела на подростковое фото, на котором Яну вручали какую-то награду.

— Да, как рыба. Я даже не знаю, откуда у него эта безумная любовь к воде.

— А почему он не стал профессионально заниматься спортом, если у него такие выдающиеся способности?

— Так он и занимался. Ему предрекали головокружительную спортивную карьеру, но… травма, Эва. Эта всё травма. Он сломал плечо в нескольких местах. — Она похлопала себя по левому плечу. — Переломы были серьёзными. Он в тот период был сам не свой. Замкнулся в себе, озлобился, потом ушёл из профессионального спорта. Ему было легче совсем уйти, чем, показать свою слабость, понизить ту планку, которой он уже достиг, хотя был ещё совсем мальчишкой. Мы уже тогда спорили с отцом, куда отправить его учиться, а он послал свои документы в Йельский университет, не сказав нам ни слова. А когда пришёл положительный ответ, он так и заявил, что поедет только в Йель и никуда больше. Характерец ещё тот у него… весь в деда. Но, может это и хорошо, в своё цепляется мёртвой хваткой. Ник, он помягче.

— Ха! Я так и знала! — Эва ткнула в фото.

— А-а… да, я в шоке была, когда он приехал с этим конским хвостом. Но волосы у него шикарные, ему можно так ходить, если бы в Ника пошёл, то вряд ли стал растить бы. — Марта перевернула страничку. — Ой, да что там волосы! Вот это — это был самый настоящий шок. — Она остановилась на фото полуголого Яна, выбиравшегося из университетского бассейна, а на плече у него красовалась татуировка.

— Он же вроде бросил спорт?

— Да, но за университет он всё же выступал. Это же не Олимпийские игры. Ну, так вот, когда я увидела эту гадость у своего мальчика на плече, я была в полуобмороке.

— Да, ладно, мам, не лукавь. Так и скажи, что рухнула в обморок, а отец бегал по кухне в поисках аптечки, пока я тебя водичкой поливал, — съязвил Ян, остановившись перед ними.

— Не груби матери, это, во-первых. А во-вторых, если бы я увидела её в теперешнем состоянии, то это ладно.

— А мне нравится, — улыбнулась Эва, пожав плечами.

— Только не вздумай что-нибудь подобное с собой сотворить, — ужаснулась Марта.

— Ну, это вряд ли…

— Вот и славно, — продолжила Марта, собираясь высказать всё, что у неё накопилось на душе. — Вот я его однажды и застукала на кухне без футболки. На плече было сплошное воспалённое зелено-красное месиво в кровавых подтёках, как тут не хлопнуться в обморок. Скажите спасибо, что я вообще очнулась. Ты бы хоть предупредил…

— Ну, так я собирался, но после того, как всё заживёт. Я её только день как сделал.

— А зачем ты вообще её сделал?! — воскликнула мать.

— Да, Ян мне интересно, зачем?

— Не поверите, на спор — по пьяни.

— Шутишь, — Эва с сомнением уставилась на его левое плечо, словно ожидая подтверждения своим словам.

— Никаких шуток. — «Отчасти» про себя прибавил он, но вслух не сказал.

Эва привстала на носочки, заглядывая на верхнюю полку холодильника в поисках молока.

— Проголодалась?

Вздрогнула от неожиданности, потому что не услышала, как Ян подошёл сзади, потому что мыслями она всё ещё была во Франции, а не в Майами.

— Молока хочу попить на ночь, чтобы спалось хорошо. — Возникла неловкая пауза, но Эва не знала, что добавить, как заполнить эту пустоту. — Хочешь? — она показала на свой стакан, собираясь унести его в комнату и выпить перед сном.

— Молока? Нет. Молока я не хочу. — Ян оглядел её. Тонкая сорочка, в которую она переоделась после ванны, практически не скрывала её соблазнительного тела.

Она обернулась, столкнувшись с синевой его глаз, задохнувшись на мгновение. Он смотрел исподлобья, с непонятным ей выражением, вытирая мокрые волосы полотенцем, а на груди его блестели капельки воды. Как всегда, зелёный дракон так и просился его приласкать.

Ян шагнул в сторону гостевой ванны с целью закинуть туда полотенце, а Эва скрылась в комнате, чтобы убрать тот бардак, который образовался на кровати. Она разобралась с одеждой, вывалив то, что решила увезти к себе на квартиру, перед походом в магазин. Волосы почти высохли — несколько привычных движений рукой и причёска готова. Следуя своему плану, она зашла в гардеробную, услышав звук захлопнувшейся двери. Она выглянула оттуда, обнаружив в комнате Яна.