– А где Доктор? Спит? – спросил лучник, подходя поближе.

– Или очень убедительно притворяется, – отозвалась Эми, кивая в сторону лежанки. Локсли проследил за ее взглядом и почесал затылок: от позы, в которой умудрялся спать Доктор, у него моментально начали ныть спина и шея.

– Я сейчас встретил капитана, он сказал, что все в порядке. Корабль переключился в «режим Падения» или что-то вроде. Честно говоря, я не сразу понял, что он о полете. Хотя ощущение было забавное. Вы тоже это почувствовали?

Эми подбодрила его кивком, и Локсли радостно продолжил:

– Мне даже показалось, будто я сплю с открытыми глазами. Потом-то я понял, что это эффект Падения, – он смутился. – Прошу прощения, что говорю только о себе. Как-то неловко. Не хотите немного поболтать?

– Конечно, – Эми усилием воли заставила себя перестать кокетничать. Это хоть и отвлекало от событий прошедшего дня, но было нечестно по отношению к… словом, нечестно. – Как насчет чашечки чая?

Локсли расцвел.

– Спасибо!

– «Спасибо, да» или «спасибо, нет»? – поинтересовалась Эми.

– «Спасибо, да», конечно. Весь день мечтаю о чае, – не моргнув глазом соврал Локсли. – А мы не должны… ну, перед тем, как уйти, хотя бы уложить его нормально?

Он указал на Доктора.

– Не стоит, – ответила Эми. Интуиция подсказывала ей, что Доктор выбрал такую позу для сна не случайно. – Можем что-нибудь отломить ненароком.

– Тогда не будем его трогать?

– Не будем.

Они вместе направились в камбуз. Уже на полпути Эми, пообещавшая себе во что бы то ни стало вести легкую и непринужденную беседу, не выдержала:

– Как вы думаете, что было в той шляпе?

– Контрабанда?

– Но какая?

– Видимо, что-то очень ценное. Генерал Франк не похож на человека, который станет рисковать жизнью ради хивского меда и прочей ерунды.

В камбузе, как и во всем корабле, было полутемно и почти пусто. Оставив Локсли рыться в карманах в поисках момент, на которые можно было бы купить булочку, Эми отправилась осваивать чайную машину. Подобные технические приспособления всегда приводили ее в восторг. Сделав чашку пуэра без молока и сахара, она вернулась к столику. Пока Локсли общался с буфетчиком, Эми снова задумалась, не скрывает ли Доктор что-то из своих догадок. Слишком много вопросов требовали ответа.

Локсли вернулся с булочками, победно улыбаясь. Не успел он поделиться подробностями, как Эми спросила:

– Шляпа все еще у миссис Би-Кей?

– Да, конечно. Мой дядя… м-м, я хочу сказать, Инспектор вернул ее сразу же, как только следователи обнаружили ее у озера.

– И все украшения остались на месте? Ничего не пропало?

– Миссис Бэннинг-Кэннон все проверила и осталась довольна. Там все было перепутано: украшения, ленты, вуаль, но не более того. Мистер Бэннинг-Кэннон тоже осмотрел шляпу. Правда, он сказал, что она по-прежнему отвратительна и никаких изменений он не видит.

– Похоже, шляпа ему не по душе?

– «Не по душе» – это мягко сказано. Да он ее ненавидит! Говорит, от одного вида мурашки по коже бегут.

– Ничего себе!

– Это из-за того, что она похожа на паука.

– Может, это дизайнерский замысел? Вдруг миссис Би-Кей случайно купила первый экземпляр из линейки шляп-арахнидов?

«Нет, это уж совсем безумная теория», – одернула себя Эми. Локсли счел ее замечание шуткой и рассмеялся, но смех вышел неестественным и чуть более громким, чем заслуживала реплика собеседницы. Он уже начал искать способ сгладить неловкость, когда в камбуз вошел мистер Бэннинг-Кэннон собственной персоной.

– Рад вас видеть, сэр! – приветствовал его Локсли. – Все тип-топ?

– Что, простите? Ах да, разумеется. Не знаю никаких типов, но сюда притопал.

По этому ответу Локсли заключил, что мистер Би-Кей пребывает в отличном расположении духа. Для него все произошедшее было не поводом для беспокойства, а крайне удачным стечением обстоятельств. Все подозрения в краже лежали на генерале Франке и его банде, шляпа была надежно заперта в огромном чемодане, тревогам пришел конец. Мистер Би-Кей то и дело ловил себя на том, что насвистывает под нос. Его дражайшая супруга больше не злилась; дочь, похоже, влюбилась именно в того, в кого следовало, и… Погодите-ка!

– Погодите-ка! – произнес он вслух. – Вы разве не молодой человек Джейн?

– Что вы, сэр, конечно, нет. Вы спутали меня с Гэри Эгинкуртом. Это он нравится Джейн, а она нравится ему. То есть… я имел в виду… ах ты ж далек!

Выпалив это оригинальное ругательство, Локсли залился краской и замолчал. Гэри несколько раз просил его ничего не говорить мистеру Би-Кей, пока тот не передаст планету Локсли.

Мистер Бэннинг-Кэннон немедленно заподозрил неладное.

– А этот Гэри, он тоже лорд или вроде того?