– Понял! – Он врубился в ряды дерущихся и закричал: – Пацаны, мусора волыны достали. Бей ментов!

Габаров взял телефон, чтобы отдать команду Самохину, но тут вдруг прозвучал сигнал вызова.

– Да, Руслан?

– Как дела?

– Нашел время!..

– Я спросил, как дела! – закричал Таев.

– Да по плану все. Запускаем Самоху.

– Хорошо, но его после стрельбы не валить.

– Не понял!..

– Там, у клуба, не валить. Засветить форму, скинуть ментовскую ксиву и привезти его сюда, на завод. Не обсуждать приказ! После массового отстрела тут же забрать пленку и отходить. Как понял?

– Понял.

– Давай!

Габаров пожал плечами.

– На базу, так на базу. – Он переключился на Самохина: – Работай!

– Ага, понял!

– Работать быстро, потом сваливаем.

– Да помню я все!

– Пошел! – Отдав команду Самохину, Габаров вызвал Коганова и сообщил: – Самоха начал.

– Да. Я готов.

– Передай дальше! Руслан изменил план. Самоху не валить, привезти на завод, сбросив удостоверение.

– Понял!

– Вам со Жгутом в толпу!

– Идем!

Коганов отключил телефон, пожал плечами и проговорил:

– Мне же и лучше. – Он махнул рукой подельнику: – Жгут, на площадку!

– Да! Я готов его убрать.

– С этим погоди, не спеши. Руслан изменил план. Самоху надо доставить на базу, но сбросить удостоверение личности. Так что прикрываем Самоху. Вперед!

Самохин вышел на площадку, сориентировался, поднял пистолет и открыл огонь по трем парням и двум девушкам. Отстрелявшись, он развернулся и бросился к углу.

Его остановил окрик Коганова:

– Самоха, сбрось корки.

Тот на бегу швырнул удостоверение личности за спину, скрылся в проулке, там забрался в машину, быстро переоделся.

Выстрелы услышали и патрульные.

– Что это? «ПМ»? – выкрикнул старшина Потапов.

– Похоже. Черт, кто мог стрелять?

Толпа тем временем шарахнулась в сторону патруля.

Антоненко, надрывая связки, кричал:

– Менты пятерых положили! Вали их!

Молодые люди, обезумевшие от наркоты и алкоголя, двинулись на полицейских.

– Стоять! – крикнул старший лейтенант Липатов, но толпа надвигалась.

Старшина поднял автомат, дал очередь в воздух и немедленно получил камнем в грудь.

Липатов тоже выстрелил вверх и бросил напарнику:

– Отходим к машине!

Тут сзади и сбоку прогремели короткие очереди.

Молодые люди, находившиеся в передней шеренге, упали как подкошенные. Толпа рванулась назад. Визжали девушки, кричали парни. Ничего не разобрать.

– Мусора палят на поражение! – провопил Антоненко.

Неизвестный стрелок дал еще две очереди. Банда Таева ринулась на ошарашенных полицейских, которые и не думали стрелять на поражение. Жгут с Антоненко свалили с ног старшего лейтенанта, Толкач и Крупов – старшину. Били недолго, но жестко, затем сорвали с них автоматы, вытащили пистолеты и сквозь толпу, мечущуюся по площадке, рванулись к проулку. К ним под шумок прилепился и Шамов.

Из кабинета директора за происходящим внимательно наблюдали Габаров, Турунов и Попов. Они хорошо видели, как стрелял Самохин, бил из подъезда Шамов, как бандиты обезоружили полицейских и начали отход.

Габаров вызвал по телефону Коганова и приказал всем немедленно сваливать.

– Понял. Только Сливы нет.

– Она самостоятельно уйдет. Быстрее грузитесь и уезжайте. – Габаров отключил телефон и сказал Попову: – Все, Юрок! Вытаскивай кассету, больше нам писать нечего.

Помощник директора клуба подошел к видеомагнитофону, отключил запись, извлек кассету.

– Давай ее мне! – потребовал Габаров.

Попов передал запись.

– Все, пора и нам отсюда сваливать. Ты, Марат, рви домой. Совсем скоро менты начнут тебя искать. Скажешь, что ушел из клуба до начала тусовки.

– А я где был? – спросил Попов.

– Здесь.

– Но… тогда я должен был видеть того человека, который забрал кассету.

– Конечно. Поэтому-то тебя и убрали.

– Что? Не понял.

– Я объясню. – Габаров сблизился с Поповым, быстрым движением достал из ножен на ремне нож, вогнал его в горло помощника директора, выдернул, оттолкнул ногой тело. – Не понял, Юрок? Между тем все просто. Да, ты видел того человека, который забрал кассету, поэтому и умер.

Турунов стоял и смотрел на Габарова.