Катя молчала. Артем подумал, почесал в затылке.

– Напрасно ты оттуда удрала. Если вдуматься, ты всего лишь свидетель, хотя и без царя в голове. Повода для убийства у тебя попросту нет…

– Есть, – внезапно охрипнув, сказала Катя. – Все знают, что есть…

– Не мели ерунды, – строго сказал Артем. – И объясни наконец, зачем ты сюда явилась на ночь глядя.

– Есть повод, – повторила Катя. – Потому и явилась. Я Маугли искала…

Лешку то есть… Я хотела сама ему все рассказать, а потом – в милицию…

Я так решила.

Артем фыркнул. Она решила! Тогда она решила, что ей нужен этот костлявый чудак с его восточными философиями. Вот вынь да положь! Потом она решила, что непременно должна зарабатывать на жизнь в частном сыскном бюро!

– Как бы то ни было, нужно отсюда выбираться, – и он вздохнул. Предстоял неприятный разговор с Черенковым, сперва – по мобильнику, потом – в кабинете. Называется, нашлась пропажа…

– Ты уверена, что Инесса… что ее убили?

– Уверена, – не совсем, впрочем, твердо сказала Катя. – Если бы ты видел…

– Впрочем, даже если она и осталась жива после такого удара, то помощь ей вовремя не оказали, – сказал Артем. – Значит, скорее всего, там, на даче, все еще лежит труп. Черенков и его команда все больницы и морги обзвонили – там она не нашлась.

– Какой Черенков? – удивилась Катя. – Это та фирма, что «Гербалайфом» занимается?

Тут уж Артем уставился на Катю, как баран на новые ворота.

– Каким «Гербалайфом»? Черенков – ее муж. Ты что, не знала?

– Да нет же, она замужем за Маугли! – воскликнула Катя. – За Лешкой, то есть, за Омельяненко!..

– Ага… – пробормотал Артем. – Кое-что проясняется. За Омельяненко она была замужем, но шесть лет назад они разошлись. И она вышла замуж за богатого взрослого дядю Черенкова. Но как так получилось, что за Омельяненко вышла замуж она, а не ты?

Катя опустила глаза.

– Так вот и получилось… Нет, это правда? Она развелась с… с Лешкой?

– Значит, он и есть тот повод для убийства, о котором ты говорила? – догадался Артем. – Ну, извини, несерьезно! Одна девочка у другой мальчика увела… Ты подумай, глупая твоя голова, сколько лет прошло! Разве ты до сих пор не замужем?

– Замужем… – но по Катиному лицу Артем понял, что замужество какое-то безрадостное. – И сын есть, Сережка… Я пойду. Уже поздно. Наверно, Маугли давно вернулся.

– Да зачем тебе теперь-то твой Маугли?

– В самом деле…

Катя поникла.

– Артем, я больше не могу… – прошептала она. – Меня загнали в угол. Это она, Инеска… Она затравила меня, понимаешь? И сегодня она поставила точку!

– Молчи! – приказал Артем. – Вот ты уже и чушь несешь! Это ее затравили и ей поставили точку. А ты жива, здорова, невредима, только умом тронулась.

И муж жив, и сын жив, и еще сто лет вы все вместе проживете! А ты сейчас расклеилась, как дура!

– Нет, это она… Я не знаю, как это получилось, но она добилась своего… Она все у меня отняла… – бормотала Катя. – Понимаешь, все…

Я как будто всю жизнь питаюсь объедками!.. Да, я дура! Дура с позорным клеймом! И всю жизнь была дурой! Как тогда в дурах осталась, так и пошло!

– Давай отсюда выбираться, – Артем, чувствуя, что разволновал Катю вконец, пошел на попятный и посветил фонариком на рельсы. – Это ж надо, куда нас занесло… Пошли, пошли…

– Не пойду я никуда! – строптиво ответила Катя, но он взял ее под руку и повел. Через несколько шагов она выдернула свою руку и остановилась.

– Сейчас мы поедем к Черенкову, и ты все ему расскажешь, – решил Артем. – Сразу же, и чистую правду. Другого выхода я просто не вижу. А Маугли своего оставь в покое. Он тебе ничего путного не скажет, и тебе тоже нечего ему рассказывать.

– Никуда я не поеду. Ты выслушай! Я так хотела ее смерти, что это сбылось! Я же клятву дала, что когда-нибудь убью ее, все слышали! Она мне все поломала, понимаешь, все! Я же тогда людям в глаза смотреть боялась!

И Маугли тоже… Он ведь тоже решил, что я… Она как будто всю жизнь за мной следила – чуть у меня что-то начало получаться, как тут она – бац! И я – опять с оплеухой!

Катя завелась. Напряжение требовало разрядки.

– Я только и была счастлива, что тогда, на четвертом курсе! А потом – всю жизнь это клеймо, понимаешь, всю жизнь! И всю жизнь – в дурах!

– Я ничего не понимаю, но ты, кажется, преувеличиваешь, – сказал Артем. – Ну, допустим, я ничего не знаю, а ты знаешь все. Но это еще не повод стоять ночью на рельсах и ждать следующего тепловоза.