Шрифт:
С рассветом воздух был мрачен и наполнен огнем, дымом и копотью.
Два наветренных турецких корабля и несколько малых судов еще не сделались жертвой огня, и к ним были посланы шлюпки, чтобы по возможности вывести их из огня. Шлюпками командовали лейтенант Карташев и*капитан-лейтенант Мекензи. Им удалось вывести оба корабля... как вдруг подувшим с берега ветром один из высвобожденных кораблей был засыпан головнями и загорелся. В результате Карташев успел вывести только один 60-пушечный корабль «Родос» да еще вывели шесть галер. Все прочее было в огне.
В начале шестого часа взлетели на воздух еще 2 турецких корабля — девятый и десятый, потом еще несколько судов. В 5 час. 30 мин. утра взорвался одиннадцатый корабль; в седьмом часу еще раздался страшный оглушительный удар и подняло на воздух сразу 4 последних корабля. В девятом часу утра окончились взрывы прочих судов, но весь залив был в огне, и вода его была перемешана с кровью и золой. Наши шлюпки, спасавшие утопавших и раненых, с трудом
проталкивались между обезображенными трупами лю-.дей и плавающими обломками и головнями.
Всего взорвано и сгорело 15 кораблей, 6 фрегатов, б корветов, или шебек, и 40 других военных и транспортных судов, т. е. всего 67 судов и до 300 шлюпок. Потери турок —до 11 тысяч.
XI
ОБЩЕЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Стратегическим результатом этой исключительной победы явилось наше господство на всех турецких морях: в Архипелаге и на Черном море.
Орлову по справедливости принадлежит особая заслуга. Он умел хорошо организовать совет из моряков и умел мнения этого совета хорошо выполнить. Мы не всегда находим это во .многих наших последующих военных событиях, когда флотом командовали полновластные его пачалышки-моряки, конечно, может быть, и неудачно избранные. Здесь же мы видим, напротив, что хорошие советы принимались в строгий расчет и средства избирались энергичные и решительные, от которых ничего не теряют военные операции. Мы видим, что эти избранные средства приводились в исполнение с блестящей отвагой, чувство самосохранения не имело места, и вполне очевидно, что голоса на совете принимались от людей наиболее отважных.
Между этими людьми нам можно будет указать по всей справедливости, во-первых, на Грейга.
Грейг был командиром того1 корабля, на котором находился Орлов. А если примем в'расчет, что Орлов не был никогда моряком, то по естественному ходу вещей Грейг должен был вместе исправлять и обязанность его начальника штаба, — другого лица при Орлове в этой должности не было. Грейг же был отважный и находчивый моряк, и он как ближайший советник
Орлова должен почитаться одним из главных героев чесменского дела. Это подтверждается также и полученной им высокой наградой. Ему дан был орден Георгия 2-й степени и производство в контр-адмиралы. Далее как на храбрейших следует указать на Свиридова, Круза. Клокачева и Хметепского: несомненно, они были умелыми командирами своих кораблей в самом жарком огне, и все их подчиненные под их руководством исполнили долг свой с замечательным самоотвержением: у орудий действовали хладнокровно и в самые критические минуты только усиливали огонь до предела. Парусами они управляли как на маневрах: под градом неприятельских ядер корабль «Европа» три раза поворачивал оверштаг и вступал в свое место. Ии один корабль нс начинал стрельбы, пока не становился борт о борт с неприятелем и пока каждый из выстрелов не мог назваться прицельным.
В тактическом отношении бой 24 июня в Хиосском проливе мог бы быть проведен более организованно,если бы корабли, встав на якорь, завели шпринги. Это избавило бы нас от потери «Евстафия» и сам бой имел бы более решительный характер. Здесь же корабли вступали в бой почти поочередно.
В сражении 26 июня главным удар возлагался на брандеры. Эскадра, входившая в Чесменский залив, назначалась только для их прикрытия.
В этом бою победу* довершили случайно же Клока-чев или Ганнибал, но довершили 61,1 ее и брандеры, потому что из числа четырех два достигли цели. Во всяком случае дело доделано было мае горски. Русские моряки показали высокое искусство. Так, в ночь па 26 июня корабль «Европа» в течение с лишком получаса один сражался со всем турецким флотом и выпустил в него до сотни бомб и браидскугелей, не считая ядер. Такие же мужество и искусство были проявлены командирами п экипажами и всех остальных кораблей.
Стр.
Полиисаио п печать 26/1 1944 г. Меч. л. 4-)-1 пкл. Псч. зи. » 1 и. л. 290% Уч.-авт. л. 3,2. Зак. 700.
2-я тнпо-лнт. УВМИ. ГМ 1010СЗ
л
13 июня вечер я
•:
па льматаре
X х/ , у У У у у у Гу ,
* /
А
М Сй Елены
, //! и 4 чае о утра ?4 шзня
' у
М Катомери
/
%
,о-
$ /
Г/
л
Л июня 9 час утра
с* Ссро/поб * о Сбит сеял
и. Су ПО тронь менн
*» е» *>Рхтислао
Три Иерарха 'он*у арий Т?иХ$*е\1П1
«* оМзмщ г
\*с Ы1*У^Мъи: Пар сияв за
‘/*доб\ \
Ч N \
ЧОч}
Вст$&йше з сражение
I ч\ч
; ч ч 4/УУ/ На л с ер и ч*.<\\ч– Ч »>С#
Д/ КезаЛЬ
[Чеыг
/л
/
о
й
/ГаЯ Ю д 6 I г О