Возбуждение ушло, сменилось легким страхом. Оля не знала, что ее ждет и от этой неизвестности было только хуже. В комнате царила тишина, даже звуки с улицы не долетали до шестнадцатого этажа. Воображение Ольги рисовало картины одна хуже другой.

Что Настя вернется с парой крепких парней и издевательски бросит: «Ебите эту суку!» , а Ольга ничего не сможет сделать, когда чужие руки станут грубо ласкать ее, проникать в ее отверстия. В том, что они покусятся на ее почти что девственную попку – она не сомневалась. Скорее даже в первую очередь проникнут, «выебут», ее именно туда.

Или что Настя вернется в чертовски красивом кожаном костюмчике и начнет стегать Олю кнутом, раз за разом вышибая слезы из ее глаз. Заставляя Ольгу умолять прекратить эту пытку и лишь издевательски смеяться, приговаривая: «Проиграла – плати, сука!»

Или, может, Анастасия сейчас просто ищет предметы потолще и побольше, чтобы затолкать их поглубже в свою «игрушку». Оля вспомнила, с каким трудом в нее входили небольшие, в общем то, шарики и была в ужасе оттого, что с ней будет, если Настя попробует запихать в ее кошечку или попку что-нибудь побольше. Одной мысли об этом было достаточно, чтобы Ольга начала извиваться, пытаясь высвободиться от пут.

Но не тут то было. Руки были связаны накрепко, мудреным узлом, конец которого наверняка располагался ближе к полу. Да и ноги, наверное, тоже.

Возбуждение ушло, испарилось. Оля не знала, сколько она пробыла в комнате одна. Минут пять или, скорее, десять, врядли больше. Десять минут полной неизвестности. Десять минут наедине сама с собой. И этого времени оказалось достаточно, чтобы Ольга поняла, чего она боится. Картины, которые перед ней возникали – это и были ее страхи. Потаенные, скрытые.

Оля поняла, что она не особо боится публично прослыть потаскушкой. Это было страшно, но терпимо. В конце концов, она и была ею. Может быть не самой распутной, но в ее собственных глазах количество ее сексуальных партнеров лишь за последний год вполне могло позволить ее так называть.

Дверь открылась и вошла Настя. Ольга с испугом в глазах бросила на нее взгляд и испытала легкое облегчение. Девушка вернулась одна, никого с ней не было. И не было плетки в руках или кожаного наряда «госпожи».

Но и обнаженной Настя не вернулась. Она умылась, подправила макияж и надела трусики и лифчик из одного комплекта – из тонкой ткани, с раскраской а-ля «белый тигр», с черной оторочкой по краям толщиной в палец. На ее смуглой коже это смотрелось восхитительно. Такое нижнее белье не хотелось снимать, скорее хотелось любоваться им и девушкой в нем.

Настя, покачивая бедрами, подошла к Оле, наклонилась и мягко, нежно поцеловала ее в губы. Тем самым чудесным поцелуем, играя кончиком язычка. И едва Ольга вошла во вкус, чуть-чуть забыла о своих страхах, как Настя тут же отстранилась. Включила телевизор, расположенный точно перед скованной Олей, и уселась позади.

Ольга не видела Настю, скорее ощущала ее присутствие. Да и не до Анастасии ей было.

На экране телевизора вспыхнуло изображение длинного дивана и обнаженной парочки, ласкающейся на нем. Мужчина был сверху, прикрывал и целовал девушку. Видна была лишь ее обнаженная грудь, рука, обнявшая мужчину, и уперевшаяся в край дивана ножка, в черном сапоге до колена на высокой платформе.

И это зрелище было таким…интимным. Мужчина не просто целовал девушку, а делал это с наслаждением и любовью. Целуя ее медленно, нежно, время от времени сплетаясь языком с девушкой.

У Оли появилось такое чувство, будто она внезапно заглянула в чужую спальню и застала там то, чего никогда не должна была увидеть. И она сделала то, что сделал бы почти любой на ее месте – отвела глаза. Это было не то, за чем стоило подглядывать…

Настя перехватила Ольгу за волосы на затылке и силой заставила ее смотреть обратно на экран.

– Смотри! – прошептала она на ушко Оле, обжигая ее своим дыханием.- И не отводи глаза ни на секунду! – Настя отпустила волосы Ольги и добавила: - Кстати, ее зовут Соня. И она в соседней комнате.

Настя задрала Ольге юбку, закинув ее на спину и подтянула водолазку, высвободив грудь девушки на волю, отчего та почувствовала себя открытой, уязвимой. А после откинулась на диван и устроилась поудобнее. А Оля…Оля во все глаза смотрела на экран. Соня. Вот оно как. Да уж, кто бы ни придумал «развлечения» для Ольги, он явно умел выбирать.

Соня на мгновение открыла глаза, бросила взгляд в сторону камеры и легонько соскользнула с дивана. И Ольга тут же узнала мужчину, который так страстно целовал ее всего секунду назад. Олега было сложно не узнать.