– Привяжем к машине и отвезем домой, – ответил Кармин, забирая у нее топор. Убрав его в багажник, он достал моток веревки и продемонстрировал его Хейвен.

– Ты уверен? – спросила она, наблюдая за тем, как Кармин, подхватив ель, закинул ее на крышу машины. Ветви ели царапнули по черной, блестящей поверхности. Она с трудом могла представить, как они довезут ель до дома и не исцарапают при этом машину.

Кармин раздраженно вздохнул.

– Разумеется, я уверен, Хейвен. Сколько еще раз ты планируешь задать мне сегодня этот чертов вопрос? Ты мне больше не доверяешь?

Хейвен ошарашил его вопрос. Она даже не замечала, что сомневается в его решениях уже не в первый раз.

– Конечно же, я доверяю тебе! Я просто… уточняю.

– Полагаю, уточнения куда лучше, чем эти твои «хорошо», – ответил Кармин, выравнивая ель и привязывая ее к машине. Ветви свисали со всех сторон, закрывая добрую половину лобового стекла и большую часть заднего. – Я по-прежнему прямолинеен.

– Я знаю, – ответила Хейвен. – Я верю тебе.

Убедившись в том, что ель была надежно привязана к машине и, оставшись довольным проделанной работой, Кармин жестом пригласил Хейвен сесть в машину, однако она не сдвинулась с места.

– Чем считается кража? – спросила она. – Проступком или преступлением?

Не сводя взгляда с Хейвен, он обдумал ее вопрос. Вместо того, чтобы ответить, он достал свой бумажник и отсчитал несколько купюр. Перебравшись через забор, он добежал до домика и засунул деньги под дверь, расплатившись за срубленную ель.

– Кража? – спросил он, вернувшись, и смущенно улыбнулся. – С чего ты взяла, что мы что-то сегодня украли?

Хейвен была права.

На крыше машины остались небольшие царапины, но куда более заметные испещрили корпус автомобиля.

– Ебучее дерево, – сказал Кармин, проводя указательным пальцем по царапине.

– Это поправимо? – спросила Хейвен.

– Да, – ответил он. – Я просто на дух не переношу, когда моей малышке достается. Надо было взять «Mercedes» отца. Новые царапины составили бы компанию той, что ты оставила на боковом зеркале.

Хейвен улыбнулась, вспомнив свой первый урок вождения.

– Твоя машина мне нравится больше.

– Правда? – спросил Кармин, смотря на нее с искренним любопытством. – Тебе нравится «Mazda»?

– Да, – ответила Хейвен. – Она красивая. В ней тепло и уютно. Ко всему, мне не доводилось бывать в багажнике твоей машины.

Кармин часто заморгал, ошарашенно смотря на Хейвен, после чего развернулся к ели, которая теперь лежала во дворе. Схватив ее за ствол, он потащил дерево в сторону дома, оставляя за собой дорожку из свежих иголок.

В течение последующих нескольких часов в доме кипела бурная активность. К Хейвен и Кармину присоединился Винсент, который принес в гостиную крепеж для ели и коробку с украшениями. Когда они установили ель и украсили ее огнями, в доме показался Доминик, вернувшийся в Дуранте из университета Нотр-Дам на зимние каникулы. Бросив свои сумки в фойе, он направился в гостиную и повалил Кармина на твердый деревянный пол. Взъерошив его волосы, он поднялся на ноги и заключил в объятия Хейвен.

– Twinkle Toes! – воскликнул он, кружа ее. – Я скучал по тебе, дорогая.

– Ты же видел ее месяц назад, – пробурчал Кармин, поднимаясь с пола. Потянувшись, он ощутил боль в спине, заставившую его поежиться. – И спасибо, что поздоровался, ублюдок.

Рассмеявшись, Доминик поставил Хейвен на ноги и пихнул локтем своего брата. Вновь потеряв равновесие, Кармин налетел на ель, заставив ее накрениться.

– Я тоже по тебе скучал, братишка. Рад тебя видеть.

Закатив глаза, Кармин сделал вид, что его раздражают выходки брата, однако на его губах невольно появилась улыбка. Он не мог отрицать того, что ему не хватало той беззаботности, которая обычно сопровождала присутствие Доминика. Кармин всегда завидовал этой способности своего брата – он мог разрядить любую атмосферу. И это умение весьма и весьма пригодилось бы им в течение минувшего месяца, когда все перемещались едва слышно, оказавшись в крайне затруднительном положении, и игнорировали реальность, опасаясь случайно нажать на красную кнопку, которая положит начало чудовищной катастрофе.

Будущее Кармина, прошлое Хейвен, обвинения, выдвинутые против Винсента, здоровье Коррадо… Кармину все время хотелось поговорить о том, что было действительно важно, однако слова тонули в море бессмысленной болтовни. Они все время разговаривали, не обсуждая при этом того, что действительно стоило беседы.

Но так не могло продолжаться вечно, и Кармин понимал это. До тех пор, пока члены семьи находились рядом, их пузырь слабел с каждым днем, проблемы было попросту невозможно игнорировать. Они грозили обрушиться на них со всей своей силой, независимо от того, нравилось ли им это или нет.

Несмотря на то, что это могло подарить Кармину облегчение, он испытывал и страх. Раскачивание лодки было опасно тем, что она могла попросту опрокинуться, и, если бы это случилось, он не смог бы гарантировать того, что кто-нибудь не оказался бы за бортом и не ушел бы под воду.

Он всем сердцем надеялся на то, что на месте утопленника не окажутся они с Хейвен.

Вслед за Домиником гостями дома стали Селия и Коррадо. Заканчивая украшать ель, Кармин услышал легкий стук в дверь. Спустя мгновение дверь распахнулась и дом наполнился звонким голосом Селии.