Смирнов удовлетворенно посмотрел на вымогателя. Михалыч, кабы я от государства получал «на халяву» эти самые «гранаты», я б тебе мешок их отсыпал. Вторую, не спорю, с меня. Ну а дальше, извини. Договорились?

– Эх, господа охфицеры! Что с Вами, бедными делать. По рукам. Придешь за актом, не забудь.

– Кстати, а чем могу Вашего директора отблагодарить?

– Купи ей коробку «Коркунова». Она, бедная, действительно «зеленого змия» не почитает, а вот от кофе с хорошими конфетами млеет как кошка на солнышке. Не ошибешься.

Смирнов покинул лабораторию и возвратился к директору, которую застал в комнате отдыха с чашкой кофе в руке. Они договорились встретиться завтра после обеда и осудили вопросы, на которые экспертам предстояло ответить.

Что- бы не терять времени, Смирнов из института отправился в штаб округа к начальнику химической службы.

Чрезмерно упитанный полковник только грустно вздохнул, когда он озвучил ему цель визита.

– «ДП-2»? Будь они прокляты! Кто ж знал, что в них есть ТАКОЕ. Всю жизнь прослужил- не подозревал. А теперь, все «на ушах»! Блин. Растащили, сволочи. А мне грозная бумага из Москвы- обеспечить их сдачу на окружной склад в полном соответствии с учетными данными. А их, представляешь, за округом числиться восемнадцать тысяч. А помножь это на их цену, даже страшно становится.

– Кстати, именно это меня очень интересует, как следователя. Откуда такая стоимость?

Полковник еще больше погрустнел.

– Откуда, откуда. Да оттуда и прислали- из Столичного Управления. Взяли их стоимость еще при «союзе», и умножили на коэффициент. Как еще. Их уже давно не выпускают. Нынче такое, непозволительная роскошь.

– А не проще на товарно-сырьевой бирже узнать. Там же, в Москве. Я в свое время принимал участие в расследовании уголовного дела о хищении авиационных двигателей. В них основной материал- титан. Так вот, у нас были, так называемые исходные цены- около шести сотен рублей за тонну. А на бирже титан торговался по пять тысяч «зеленых». Вот по этой цене мы им, жуликам, и вменили. Ничего, суд посчитал такое правильным. Сегодня, например, я узнал, что палладий может стоить до тысячи рублей за грамм.

– Ты, что, смерти моей хочешь. Ты представляешь, что будет, если я укажу стоимость этих чертовых патронов по такой цене, а потом еще доложу о стоимости уже похищенного. Да меня без суда и следствия к стенке поставят. Вы же, прокуроры, и поставите. Нет, увольте, есть бумажка вышестоящего штаба, этим и ограничимся.

Смирнов не стал спорить. С этим позже разберемся. Он получил у полковника копии интересующих его документов по «ДП-2», а так же приказов и директив по вопросам их учета, хранения и утилизации.

Оставив окончательно расстроившегося полковника наедине с его тяжкими думами, он отправился в штаб своей Армии.

Там ему повезло меньше. Нужный начальник и все офицеры отдела разъехались по командировкам. На месте находилась только женщина-делопроизводитель, которая как только услышала название- «ДП-2», тут же заняла глухую оборону в лучших традициях бойцов Красной армии времен Великой отечественной. Все попытки Смирнова получить нужные сведения, разбивались о стену абсолютного нежелания их предоставлять. У Александра даже сложилось впечатление, что если к ее виску приставить пистолет, то и это не принесет положительного результата. Погибнет, но «военную тайну» не выдаст.

Понимая, что сам не сможет справиться, Смирнов решил привлечь на помощь «тяжелую артиллерию» в виде начальника штаба.

К счастью, генерал находился на месте и даже в нормальном настроении. Был, пока не услышал то же страшное слово-«ДП-2».

Генерал с нескрываемой грустью поведал, что сейчас вокруг этих патронов творится ТАКОЕ. Во всех пяти дивизиях выявлены крупные недостачи. До последнего времени «ДП-2» находились в разряде никому не нужного имущества и их наличие десятилетиями никто не проверял. Списывали по простому акту и банально выбрасывали на свалку. А вот сейчас никто не знает, что делать с такими недостачами и, самое главное, кто будет «крайним». Теперь ведь «левый» акт, тем более, задним числом, никто подписывать не станет.

Смирнов с грустью подумал о своем участке. Надо бы шефу звякнуть, пока военные «хвосты» не спрятали.

По его просьбе, генерал позвонил в химслужбу и грозным голосом приказал женщине выдать органам необходимые документы. К удивлению Смирнова, женщина не собиралась сдаваться, и все попытки генерала оказались тщетными. Они ругались минут пять, пока генерал раздраженно не бросил трубку.

– Видишь майор, что творится! Ладно. Придется идти в атаку лично, хоть нам генералам Устав настоятельно такое не рекомендует. Он позвонил в секретную часть, приказал секретчику взять дубликаты ключей от сейфов отдела и направляться в химслужбу.

Оценив в зеркале свой внешний вид, генерал решительно направился к месту боя. Смирнов осторожно двинулся следом.

Генеральские погоны все-таки сыграли свое решающее значение, правда, не так как ожидалось. Женщина не успокоилась, пока ее банально не выгнали из кабинета. В коридоре еще долго раздавались ее раздраженные крики.

Они вскрыли шкаф с документами, и Смирнов грустно принялся изучать его содержимое. Жаль, что так все получилось. Со знающим делопроизводителем, это бы заняло не так много времени. Наконец он нашел необходимые книги и углубился в изучение содержимого, пытаясь определить, какие копии ему необходимы.