Шрифт:
И в любой стране далекой
Запада или Востока Дубровчан достойных знают,
Короли их уважают. Нет нигде морей закрытых
Для матросов знаменитых, Бороздят любые воды
Корабли сынов свободы, Что прославлены без меры
За защиту правой веры. На чужбине ли, в отчизне -
Всюду счастливы их жизни В посрамленье чужестранцам,
Паче всех - венецианцам.
И еще одна постоянная и лакомая приманка была у всех средиземноморских пиратов - набирающая силы Византия, хранительница ключа к Черному морю - великолепного Константинополя. Несмотря на то, что она до поры до времени молчаливо покровительствовала морскому разбою, чтобы ослабить таким образом собственных врагов, и те и другие отлично понимали, сколь непрочен их альянс.
В 704 году она взяла блестящий реванш за Карфаген в Киликии, подвергшейся арабскому нашествию. Следующее слово было за арабами. Они сказали его в 708 году, когда разбили византийскую армию, захватили Тиану (Кемерхисар) и продвинулись до Хрисополя (азиатская часть Стамбула). Еще три года спустя арабы повторили налет на Киликию и овладели несколькими византийскими крепостями. После столь внушительной репетиции они сочли себя достаточно подготовленными для нового похода на Константинополь. Однако все попытки овладеть византийской столицей в 717, 728 и 776 годах окончились ничем. В 717 году у Босфора был частью сожжен «греческим огнем», частью разрушен объединенный арабский флот в тысячу восемьсот кораблей, присланных из Александрии и Сура. Арабы ушли из Малой Азии и лишь изредка совершали туда короткие и стремительные набеги.
Появление столь грозного соперника, ни в какое сравнение не шедшего с варварскими ордами, не прошло незамеченным для византийцев. Слишком серьезен был новый претендент на талассократию - первый со времен гибели Рима. Они называли себя шаракиин - «восточные люди». В Европе их стали называть сарацинами. И еще измаилитами - по имени их легендарного прародителя. Арабами заинтересовались, их стали изучать, с ними включились в равноправную борьбу за господство в Средиземноморье, забыв на время о Генуе и Венеции.
В первые три столетия новой эры арабы выступали всего лишь посредниками в торговле Рима с экзотическими странами. Основную торговлю все еще вели римские суда. Но в III веке арабы из посредников превратились в монополистов. Методами отнюдь не безупречными они сосредоточили в своих руках всю торговлю южных морей, решительно потеснив китайцев и индийцев, и основали торговые фактории в ключевых пунктах Индии, Малакки и Индонезии.
Тем временем в самой Аравии зрели серьезные социально-политические перемены. 8 июня 632 года в Медине отошел в лучший мир пророк и посланник Аллаха Мухаммед. Главное его деяние на Земле - это установление новой «истинной» веры во всей Аравии. Своим преемникам - халифам - он завещал довести начатое до конца, обратить в ислам весь обитаемый мир.
Халифы не мешкая взялись за дело. В 639 году Омар пронес зеленое знамя пророка из столицы халифата Дамаска по Персии и Сирии, в следующем году Амру приобщил к своей вере Египет. Каких-нибудь полсотни лет спустя ислам утвердился огнем и мечом на огромной территории до Амударьи на севере и до Инда на востоке. Византия лишилась самых лакомых своих кусков - Сирии, Палестины, Месопотамии, Карфагенской области, плодороднейших и стратегически важных островов Средиземного моря. Особенно чувствительной была потеря Крита и Кипра. К началу VIII века исламскими стали вся Северная Африка вплоть до Атлантического океана и юго-восток Испании. В 710 году арабы вторглись на Пиренейский полуостров, в течение трех лет завоевали (но не покорили) его до реки Эбро и владели им восемьсот лет. Из них полтысячелетия они были безраздельными посредниками в торговле Европы с Востоком.
Что же это за чудо такое была Аравия - страна, заставившая трепетать весь мир?
Для тогдашнего мира это и впрямь было чудо. Словно возродилась классическая Греция с ее философскими школами, вечными храмами и статуями, с ее торжеством духовности и красоты. Несравненный Багдад, новая столица халифата, заложенная в 762 году, концентрировал в своих библиотеках и академиях все лучшее, что было накоплено человечеством к этому времени. С ним соперничали Шираз и Басра, Куфа и Дамаск, Александрия и Фец, Марокко и Кордова. На арабском языке зазвучали сочинения Аристотеля и Платона, Гиппократа и Галена, Страбона и Птолемея.
Арабские путешественники и купцы, презирая тяготы и опасности пути, безбоязненно разъезжали от Инда до Атлантики и от Нигера до Рейна под покровительством Аллаха, в чьей власти, кроме всего прочего, были и «корабли с поднятыми парусами, плавающие в море, как горы». Так утверждает Коран.
В Испании коренные жители были загнаны в Пиренеи, где они живут до сих пор под именем басков.
Христианизированные к тому времени готы укрылись в горах Астурии и основали там свое королевство, оказавшееся на удивление долговечным.
Вандалы, осевшие в Африке, искали спасения на вершинах Атласских гор и в пустынях, а после завоевания арабами Сахары они отступили в долины Нигера и Сенегала.
В начале 700-х годов потомки Али (двоюродного брата Мухаммеда и его зятя) попытались захватить престол Дамаска, но потерпели неудачу и были вынуждены бежать из мусульманского мира. Они бежали на юг, через Красное море, и несколько десятков лет спустя их торговые колонии усеяли побережья Сокотры, Мозамбика, Восточной Африки и Малабарского берега Индии. Так образовалась мусульманская кайма на всем северном побережье Индийского океана, просуществовавшая семь столетий, пока ее не искромсали мечи Васко да Гамы и его соотечественников.