Шрифт:
– Это что, Маруська? – закричал Иван. – С ума сойти!
– Тетя Маруся! Вы у Эли побывали? – воскликнула Лида. – Как здорово! Я предлагаю первым делом выпить за Элю. Ведь если бы не ее искусство, сегодняшнего праздника могло бы и не быть!
– Кто такая Эля? – поинтересовался Сергей.
Ему объяснили.
– Лидка, твое логическое построение не выдерживает критики! – со смехом заявил Пашка. – Первопричиной всего этого была вовсе не Лада, а я! Посему предлагаю сначала выпить за меня!
Было так хорошо, так уютно и весело!
– Ладошка, ты счастлива?
– Кажется, да. Ой, мама, ты знаешь, Ваня повесил над дверью твою фотографию со скалкой! В рамочке!
– Зачем это? – рассмеялась мама.
– Говорит, чтобы всегда помнить, как надо кидаться на защиту близких!
– С ума сойти!
В этот момент зазвонил мой телефон. Номер был незнакомый.
– Алло!
– Лада?
Я сразу узнала голос свекрови.
– Да, Надежда Мартыновна!
Неужто одумалась? Иван вопросительно взглянул на меня.
– Будь ты проклята, окаянная! Все у меня отняла, сына, внучку, правнучку! Не будет тебе от меня прощения! И скорее бы ты сдохла!
Мне стало дурно.
– Что? Что она тебе сказала?
– Пожелала скорее сдохнуть. И прокляла. Ванечка, что же это?
– Быть не может!
– Разве я такое придумаю?
– Девчуха, не бери в голову! Чепуха все это! Старая она, плохо ей, одиноко, вот и лепит невесть что. Забудь, ты же умница, все понимаешь. Забудь! У нас тут так хорошо, все тебя любят, все тебе добра желают.
Его ласковый голос всегда действует на меня как мощный транквилизатор. Через несколько минут я пришла в себя.
– Потанцуем? Ты же мечтала танцевать?
Генерал танцевал из рук вон плохо, но мне все равно было приятно топтаться с ним под музыку.
– Вань, а в академии, вас что, танцевать не учили?
– Нет, – улыбнулся он, – не до того тогда было. Ну, хватит, я тебе еще не все ноги оттоптал?
– Ни разу даже не наступил! Ты способный, Ванечка!
Мы вернулись к столу. Я выпила, и меня отпустило. В конце концов, я же настоящий индеец!
И вдруг я увидела, что к нашему столу направляется… экзотка! Потрясающе красивая, нарядная, с победительной улыбкой на устах. Что еще она затеяла?
– Простите, генерал, – обратилась она к Ивану. – Могу я пригласить вас на танец?
Иван растерялся.
– Извините, девушка, но…
– Ваня, российский офицер не может отказать даме в таком пустяке! – Я сама слышала, как у меня звенит голос. – Потанцуй с девушкой! Она обожает за мной подъедать!
Экзотка вспыхнула.
– Ты еще об этом пожалеешь! – прошипела она и исчезла.
– Что это? Кто она?
– Это что, Андреева девка? – догадалась мама.
– Да! Это она, Ванечка, прислала тебе ролик. Она следила за мной…
– Но ты зря так сказала. Понимаю, тебя захлестнуло… Бедная моя девочка… Ох, как ты побледнела! – встревожилась мама.
– Девчуха, успокойся! Я не дам тебя в обиду!
Я вдруг не сдержалась и заревела, уткнувшись носом ему в грудь.
– Ванечка, они меня ненавидят… И мне плохо, мне так плохо…
Ко мне подскочила Маруся.
– Пошли, умоешься холодной водичкой, сразу легче станет, пошли-пошли, а может, проблюешься, совсем хорошо.
Она обняла меня за плечи.
– Ваня, скоро верну тебе жену!
В туалете Маруся поставила меня у раковины, пустила холодную воду.
– Ой, как вода зажурчала, мне приспичило! Давай сама!
И она скрылась в кабинке. Едва я успела плеснуть себе в лицо холодной водой, как вдруг из второй кабинки выскочила разъяренная экзотка. Она схватила меня за горло и принялась душить. И больше я ничего не помню.
Эпилог
Я очнулась в больничной палате. Рядом сидела заплаканная мама.
– Очнулась? Ну слава Богу! Девочка моя, как ты?
– Да вроде ничего? А что со мной случилось, мамочка?
– На тебя напала эта девушка Андрея. Она была совсем пьяная. Если бы не Маруся, не знаю, что бы и было… Ну, она тебе сама расскажет. Она тут дежурит. Ты два дня была без сознания.
– А Ваня где?
– Везде! Всех на уши поставил. Ты, моя дорогая, не где-нибудь лежишь, а в военном госпитале. Тут замечательные врачи, говорят. И какой-то Ванин друг заведует отделением.