Абдула стоял рядом и был он ростом с Лаки. От прикосновения его горячей сухой ладони к спине мальчик вздрогнул и попятился.

– Куда же ты, красавчик?

Одна рука ухватила Лаки за талию, а другая влезла под набедренную повязку и взялась поглаживать его орган.

Лаки остолбенел на несколько мгновений.

– Вот и хорошо, вот и хорошо...не пожалеешь, мальчик...

У Абдулы воняло изо рта и его прикосновения, там внизу живота были омерзительны до дрожи!

Лаки рванулся, но его не выпускали и тогда он обрушил сосуд с синим напитком на голову управляющего....

Абдула завопил, хватаясь за голову обеими руками, а Лаки метнулся к двери и тут же попал в руки надсмотрщика Харума.

– Ах ты мразь!
– вопил Абдула, размазывая кровь по лицу.
– Запорю! Запорю, бастард! К столбу его!

Лаки не сопротивлялся, потому что оцепенел от страха, но его все равно били, пока тащили к столбу во дворе. Первый удар, жгучий как ожог он с трудом вытерпел, а потом начал кричать. Он был крепкий мальчик и потерял сознание только с шестого удара....

Глава четвертая

...Он очнулся от холода и вони. По ночам в пустыне бывает очень холодно. Сел на куче высохших отбросов и понял что он в помойной яме, что в сто шагах от кухни для рабов. Потрогал осторожно свою спину и поразился тому что не нашел следов жестокой порки.

"Почему меня бросили сюда? А может мне все приснилось?"

Очень хотелось, есть, и пить и мальчик побрел к кухне. Там всегда была вода и запас сушеных фруктов, не ходить же по грядкам в темноте в поисках спелых овощей!

На кухне тускло светил электрофонарь, кипела в кастрюле вода и кухарка Лурдия рубила большим ножом стебли латука для утреннего супа.

Постукивание ножа о деревянную разделочную доску казалось таким мирным и домашним звуком. Лаки успокоился.

– Лурдия, ты не дашь мне...

Лурдия стремительно обернулась и, выронив нож, попятилась в угол хижины. Глаза вылезли из орбит.

– Это же я-Лаки.

Кухарка шлепнулась задом об пол и, отталкиваясь пятками, заползла в угол.

Лаки пожал плечами. Набрал из крана в кружку воды и с наслаждением все выпил. Потом повторил. Вода пахла озером.

Потом он взял из мешка на нижней полке горсть сушеных абрикосов и заглянул в печь. Лепешки еще не испеклись. Жаль...

Тут он услышал бормотание. Лурдия вцепившись в амулет, что всегда висел на ее шее, скороговоркой что-то бубнила, не отрывая взгляда от Лаки.

Он присел рядом на корточки и кухарка опять онемела.

– Ты заболела? Тебе воды дать?

– Не трогай меня...
– простонала Лурдия.
– Ты же умер...

В глазах женщины плескалось безумие, и оно было заразительным. Лаки приложил ладонь к своей груди. Сердце бьется.

– Ты глупая? Я дышу и сердце бьется. Мертвецы не такие. Потрогай мою грудь.

Лурдия замотала отчаянно головой.

– Тебя засекли плетью, ...а потом Абдула перерезал тебе горло своим ножом...ты умер...тебя бросил в помойную яму три дня назад...

Она закрыла глаза ладонями и заскулила.

Лаки осторожно потрогал себя за шею. Что такое порезать горло- он знал. На Рамуше сам потрошил крупных, десятифунтовых крыс.

На шее был слой грязи, но никакой дырки не обнаружилось.

Быть грязным и вонючим не хотелось. Он так привык купаться...

Дойдя до озера, он тщательно вымылся и постирал свою набедренную повязку. Вода по контрасту с прохладным ночным воздухом показалась горячей как суп. Пощупал свою шею со всех сторон.

"Лурдия- глупая женщина! Ей кто-то сказал, а она поверила."

Глухой, знакомый звук мотора привлек его внимание.

К складу, сияя фарами, подъехал песчаный трак. Водитель выбрался из кабины и его встретили охранники.

Процедуру загрузки поддонов с продукцией Лаки видел не раз в старом поместье, а здесь еще ни разу.

Быстро повязав еще влажную повязку на бедра, он поспешил к складу. Двери склада распахнулись, когда трак подъехал к ним задом. На поддонах в коробах продукция поместья выехала по специальным роликам и каждый поддон легко в кузов закатили два охранника. Рабам это дело не доверяли.

Внезапно водитель и охранники о чем-то заспорили. На своем гортанном языке, который Лаки понимал еще плохо. Водитель не хотел брать третий поддон, а охранники настаивали. Выйдя из кузова, они подошли к кабине. Водитель вынул из кабины портативный связник и запросил своего начальника. Только Лаки больше за ними не наблюдал, он прокрался на пандус склада и проскользнул в кузов трака. Здесь было прохладно, а поддоны с овощами и фруктами стояли плотно, почти под потолок.