– Ты считаешь, что мне уже пора в отпуск? – спросил Дронго, убирая газету. – В таком случае почему в Испанию? Ты, наверное, ошибся и хотел сказать – в Италию? Чтобы я отправился к Джил?

– Нет, – ответил Вейдеманис, – я говорю об Испании. Хотя, наверное, тебе действительно нужно чаще встречаться с Джил. Но сейчас я не имел в виду ваш совместный отдых. Ты не бывал на юге Пиренейского полуострова, например в Андалусии?

– Изумительное место, – пробормотал Дронго, – но у тебя плохо получаются намеки, Эдгар. Когда ты произносишь больше одного предложения, я понимаю, что дело достаточно серьезное. Думаю, будет лучше, если ты перестанешь объясняться намеками и наконец расскажешь мне, где ты был вчера целый день.

Вейдеманис улыбнулся. В этот момент официант принес заказанные рыбные блюда. Когда он удалился, Эдгар тихо спросил:

– Откуда ты узнал о моей встрече?

– Догадался, – буркнул Дронго, – вчера весь день тебя не было дома. И ни дочь, ни мать не знали, где ты. Твой мобильный не отвечал. А когда ночью ты приехал, то сразу позвонил мне и уточнил, где мы сегодня обедаем. Я еще вчера подумал, что у тебя, должно быть, ко мне важное дело.

– Очень важное, – подтвердил Эдгар. – Ты слышал об Андрисе Зитманисе? Он вчера специально прилетел в Москву, чтобы с нами встретиться. Благодаря тебе я тоже стал популярным настолько, что мой бывший соотечественник решил встретиться со мной и попросить о помощи.

– Поэтому ты пришел домой так поздно? – уточнил Дронго.

– Да, мы встречались в его номере в «Балчуге». Он остановился в этом отеле…

– Дальше можешь не продолжать, – развел руками Дронго. – Человек, который снимает номер в «Балчуге», сразу становится самым важным для нас клиентом. Ты решил, что я нуждаюсь в подобных гостях?

– Он не такой, как другие… – попытался объяснить Вейдеманис.

– Не такой вор? Или не похож на остальных воров? Может, он сентиментален? Или он меланхолик? – Дронго нахмурился. – Я почему-то считал, что ты меня понимаешь лучше. Или я ошибался?

– Он бывший сотрудник милиции, – пояснил Эдгар.

– И живет в «Балчуге»? Может, он бывший министр внутренних дел Латвии? Хотя я сомневаюсь, что даже премьер-министр твоей бывшей страны может позволить себе такой дорогой номер, – желчно заметил Дронго.

Вейдеманис замолчал. Потом, тщательно подбирая слова, сказал:

– У тебя начинает портиться характер. В твоем возрасте это не совсем хорошо.

– Именно в моем возрасте и портится характер, – вздохнул Дронго. – Мне уже за сорок, а это время, когда начинается «кризис среднего возраста». Итак, почему Испания? Может, мне стоило переквалифицироваться в матадора или в бармена где-нибудь на Канарах?

– Не думаю, – возразил Эдгар, – тебе будет там скучно.

– Верно, – кивнул Дронго, – извини, Эдгар, кажется, у меня действительно портится характер. Иногда случаются срывы. Я вспомнил про Джил и глупо сорвался. Конечно, мне нужно чаще с ней видеться. Но это невозможно. У нее своя работа, у меня своя, и очень специфическая. К тому же когда есть такие клиенты… Ладно, я больше не буду. Может, ты прав и мне лучше поехать куда-нибудь отдохнуть?

– Тебе нужно поехать отдохнуть, – рассудительно заметил Вейдеманис, – если у тебя получится.

– Сначала я хочу послушать тебя. И учти, я уже извинился. Поэтому о моем отдыхе мы поговорим в следующий раз. А теперь расскажи мне, что нужно твоему знакомому.

Эдгар молча смотрел на него.

– Давай сначала, – предложил Дронго. – Итак, твой знакомый раньше работал в милиции. Или в полиции? Так сейчас называется эта служба в Латвии?

– Будет лучше, если ты немного успокоишься и выслушаешь меня, – сказал Вейдеманис и, когда Дронго кивнул в знак согласия, начал говорить.

– Андрис Зитманис работал в Комитете государственной безопасности, но в восемьдесят третьем году перешел в МВД. Тогда проходили «андроповские» чистки, и было решено перевести несколько тысяч сотрудников КГБ в МВД, в том числе и в Риге. Андрис был толковым работником и довольно быстро выдвинулся – стал заместителем руководителя следственного управления, получил звание полковника. Тогда я с ним и познакомился. О Зитманисе в Риге ходили легенды.

– Неплохо, – пробормотал Дронго, – люблю таких людей.

– Он всегда был таким, – продолжал Эдгар, – старался не вмешиваться в политику, честно работал, но после августа девяносто первого его отправили в отставку. Первые два года ему было довольно сложно. Потом он создал рекламное агентство. На государственную службу, как ты понимаешь, его не брали. Начал он буквально с нуля, заложил дом своего деда, в общем, рисковал всем, что у него было. Но его многие знали в Латвии, и постепенно агентство Зитманиса стало развиваться и расширяться. На сегодня оно одно из самых известных в Прибалтике.

– Агентство Зитманиса, – задумчиво произнес Дронго, – кажется, я о нем слышал.

– Конечно, слышал. Они активно работают и в Москве. Зитманис – один из немногих латышских бизнесменов, кто начал работать в России. Приехал он в Москву по своим делам два дня назад и начал искать меня. Он узнал номер моего домашнего телефона, позвонил, я с ним встретился. Он сильно постарел. Зитманис много слышал о тебе и попросил меня организовать встречу с тобой.

– Понятно, – кивнул Дронго, – постоянно поражаюсь несхожести наших характеров. Если бы меня попросили о встрече с тобой, я бы позвонил тебе немедленно и уточнил, хочешь ли ты встречаться с этим человеком или нет. Если тебя просят о подобной услуге, ты обещаешь все узнать и спрашиваешь об этом меня только на следующий день и при личной встрече. Я бы так долго не выдержал. Он сказал, что ему нужно от меня? Судя по твоему вопросу, ты уже знаешь, о чем конкретно идет речь.