Блондин, сверкая глазищами так, что вполне мог бы поджечь Северусу мантию, подчинился, но был обижен до глубины души. Так что цыпленка он доедал пополам со слезами.

Теперь возникли проблемы с отмыванием бледного лица от остатков пиршевства. Драко все время крутился, избегая мочалки, и Снейп, наконец, потерял терпение. Крепко сжав Драко, он шлепнул его поперек бортика ванной. Драко немедленно выгнул спину и почти ускользнул. Северус зарычал и удержал его: – Достаточно, Драко! Или ты начнешь слушаться, или будешь очень сожалеть об этом!

– Нет! – лицо мальчика, все в слезах и соплях, покраснело от крика.

– Да что с тобой такое? – заорал Северус, встряхивая его. – Прекрати это безобразие!

Внезапно мягкий голос ворвался в их светскую беседу: – Рей боится?

– Я не хочу мыться! – завопил Драко, жалобно оглядываясь на задыхающегося от злости и бессилия Северуса.

– Почему? – спросил Гарри.

– Потому, что не хочу.

– Боишься? – совсем запутался брюнет.

– Нет, просто не хочу!

– Значит, потому что ты больше не хочешь играть со мной?

– Что? – Драко внезапно успокоился, уселся на бортик и обратился к стоящему внизу мальчику, в глубине изумрудных глаз которого начали собираться крупные слезы. – Я хочу играть с тобой!

– Нет, – Гарри упрямо покачал головой, надув полные губы, и скрестил руки. – Не хочешь, я знаю.

– Но я хочу! – завопил Драко сердито, позабыв уже, что плакал. Серые глаза яростно сверкали.

– Правда? – Гарри выглядел неуверенным.

– Да! Почему ты подумал, что я не хочу, малыш?

– Но ведь, если ты будешь себя плохо вести, тебя накажут и не разрешат со мной играть, – и по его щеке скатилась слеза.

– О!.. – Драко нахмурился. – О, прости, малыш, я и не подумал об этом. Ладно, – мрачный взгляд в сторону Снейпа, – я буду хорошим.

Северус вздохнул с таким облегчением, с каким вздыхал только после окончания учебного года, и потянулся за губкой. Драко и правда, вел себя примерно. Только глаза были опущены.

Через несколько минут, он был вымыт, вытерт и поставлен на пол рядом с Гарри, который немедленно его обнял. Драко прижался к нему. Северус фыркнул и резко указал на открытую дверь.

– Идите.

Ухватившись за ладошку Гарри, Малфой пошел к двери, но затем остановился и, не поднимая глаз, пробормотал: – Мне правда жаль, папа.

– Ты очень несдержан, Драко, – неумолимо ответил мужчина.

– Прости, – со слезами прошептал ребенок.

– Идите играть, – вздохнул Северус.

Гарри потянул блондина за руку: – Папа простит тебя позже. После того, как ты подумаешь об этом, правда, пап?

– Да, Гарри.

Драко кивнул, и мальчики, взявшись за руки, торжественно направились к игрушкам. Северус устало опустился на стул у кровати в углу и вытащил одну из книг, хотя внимание по-прежнему было сосредоточено на детях. Но никакого шума или бурного веселья не последовало. Драко тихо сидел, не двигаясь, не разговаривая – очевидно, все еще размышляя о своем поведении, вызвавшем недовольство Северуса и огорчение Гарри.

Гарри на его молчание не сердился, все понимая и сочувствуя. Он занялся одной из детских книжек, что-то разглядывая и время от времени смешно комментируя картинки. Но Драко, с печально опущенной вниз головой, продолжал тихо сидеть, так ни разу и не улыбнувшись.

Нарцисса молча проследовала за директором. Залы и коридоры были безлюдны – шли занятия, и она была рада этому. Её присутствие в школе может породить ненужные слухи, если уже не породило. А это всегда плохо, пока вы сами ещё не решили, что именно должны знать о вас люди.

Когда Дамблдор открыл дверь в больничное крыло, женщина была удивлена, что палаты совершенно пусты. Директор, заметив её удивление, был готов к любым вопросам, но Нарцисса промолчала. Пряча улыбку в бороду, он подвел ее к другой двери, за которой сидела медсестра, поднявшаяся при их приближении.

– Альбус, госпожа Малфой, – кивнула она, приветствуя гостей. – Вы вовремя. Они только что закончили завтрак.

Нарцисса постаралась запомнить последовательность, в которой он вынимал книги, и вошла в комнату, пытаясь не показать, насколько ее удивило поведение медсестры, оставшейся за дверью и даже не попытавшейся зайти с ними, да и дверь открылась без пароля или ключа – защитой, по-видимому, служил только книжный шкаф.

Они оказались в уютной спальне.

В дальнем углу, за кроватью, поистине королевских размеров, сидел Северус и читал книгу. Возле кровати стояли два высоких стульчика, а рядом, у левой стены, где была опрокинута коробка с игрушками, расположились двое малышей. Женщина уж было шагнула к следующей двери, за которой, наверно, и находился Драко, когда ее глаза остановились на детях. Присмотревшись, она ахнула, узнав в одном из них своего сына.

Две детских головки мгновенно повернулись к ним. Их реакции на неожиданное появление отличались так же, как и цвет их волос: оба вскочили на ноги, черноволосый мальчик с криком бросился к Северусу, отчего сердце Нарциссы болезненно сжалось, но ее внимание тут же было отвлечено маленьким Драко, подбежавшим и обхватившим ее колени. Она не смогла сдержать улыбку, заигравшую на губах и мягко осветившую холодную красоту лица. Ей всегда нравилось растить Драко, заниматься с ним, баловать, и она жалела, что у неё больше нет детей. Сминая дорогое платье, женщина опустилась на колени и, крепко обняв сына, ласково взъерошила его шелковистые волосы.