Немного посидев, он зашел на кухню, взял столовый нож, и полоснул себя по указательному пальцу. Кровь выступила моментально. Довольный, он вернулся к столику, взял буквы и измазал их в крови. Затем, наслаждаясь, опустил палец в конверт, и когда тот стал бурым от крови, кинул туда две буквы.

Глава 8.

Архипов не был человеком слабонервным, но ему вдруг стало не по себе, когда его вызвал подполковник Литвинов.

"Опять..." - подумал он, стучась в дверь.

– Проходи, - пригласил его Литвинов.
– Садись.

Потом Литвинов замолчал, что-то разглядывая на своем столе. "Настроение у него совсем неважное ", - подумал Архипов.

– Докладывай, - сказал он Андрею, не поднимая глаз.

Архипов занимался этим, получившим в управлении недобрую славу делом. Сослуживцы смотрели на него как на приговоренного.

– Мы ищем, Иван Дмитриевич. Давно связались с родственниками, по месту работы, жительства проверяем. Под видом задержки огородных воришек прочесали две трети садовых обществ. Сейчас наши ребята вместе с водоканалом работают, проверяют все особняки, коттеджи. Но пока...

– Подожди, - прервал его Литвинов.
– Ты сводку вчерашнюю видел?

– Да.

– Ну и что?

– Это, наверняка, не наша, но я данные записал на всякий случай...

– Хорошо записал?
– Литвинов повысил голос.

"Это что-то с нервами у старика ", - подумал Андрей, но ответил:

– Да, Иван Дмитриевич, хорошо...

– На, смотри. Это тебе пришло.
– Литвинов кинул ему прозрачный целлофановый пакет.

Архипов взял пакет и повертел его в руках. Внутри находился окровавленный конверт. Выудив его двумя пальцами и аккуратно открыв, Андрей увидел внутри только две вырезанные буквы среди запекшейся крови. " И " и " К ".

Ты хорошо записал сводку?
– повторил Литвинов.

Андрей мгновенно вытащил блокнот из внутреннего кармана и открыл в нужном месте.

Ирина Алексеевна Коновалова - 1973 г. рожд. учащаяся КГУ юр. фак. 5 курс. Место жительства - общежитие к. 34. Приметы: высокая...

Он все прочитал, потом перечитал. Значит уже три.

"И", "К" - Ирина Коновалова.

Архипов перевернул лист блокнота.

"Ф", "Н" - Наталья Феоктистова. 1965 г. рожд. зам. дир. 000 " РИТЦ ", м/ж Яблочная 43б кв. 2. Приметы: фото прил.

"А", "Т" - Арина Троепольская. 1969 г. рожд. контролер РТЦ "Связь", м/ж нос. Каменево д. 12. Приметы: фото прил.

Архипов тупо смотрел на сухие строчки.

– Что предлагаешь?
– спросил Литвинов.

– Попробовать дать объявления в газеты, телевидение? Может, кто-нибудь что-нибудь видел.

– Ты что, с ума сошел? Ты представляешь, что в городе начнется? Паника, скандал! Нас и так не слишком то любят, ты хочешь, чтобы вообще растерзали?

– Что же делать?
– спросил, скорее у себя Архипов.

– Ты думаешь, эти буквы, это инициалы?

– Нет сомнений. Три совпадения подряд.

– А вдруг это что-то еще?

– Вряд ли, но в любом случае, я проверю.

– Возьми себе еще людей, - сказал Литвинов.

– Хорошо, Иван Дмитриевич. Я выезжаю к Коноваловой в КГУ.

– Давай. Почаще информируй. Да... и отнеси конверт на экспертизу.

– Ладно, - Архипов стремительно вышел.

Глава 9.

На следующий день разговаривал с экспертом, высоким пожилым человеком с копной абсолютно седых волос.

– Я тебе сочувствую, - произнес эксперт, протягивая ему всего один лист заключения.

– Ничего?
– спросил Андрей.

– Почти, естественно, никаких отпечатков. Кровь первой группы, положительный резус. Конверт произведен в Калининграде, на "Янтарном сказе". Буквы вырезаны из "Комсомольской правды".

Эксперт - сделал паузу.

– Я поискал и нашел, это газета за 29 сентября 1995 года. Он подошел к столу и протянул Архипову газету.

– Дело в том, что такой шрифт довольно редко используется, да и то, только "Комсомолкой''. В "Калининградке" его не бывает, - ответил эксперт на немой вопрос Архипова.
– Как я уже сказал, кровь первой группы, резус положительный. Это другая кровь, отличная от ваших предыдущих экземпляров.

– А что вы думаете насчет букв, что они могут значить?
– спросил Андрей.

– Кажется, вы мне говорили, что это инициалы, - сказал эксперт, усаживаясь за стол.
– Я никогда не сталкивался ни с чем подобным, но по-моему, тут вы не ошибаетесь.

– Спасибо, - ответил Андрей и вышел. На душе было скверно. Дело не продвигалось ни на йоту.

В университете и общежитии не сообщили ничего, что могло бы дать хоть какие-нибудь ниточки. Красивая, прилежная, на вечеринки ходила редко, друзей было мало. В общем, ничего. Единственное, что он нашел, это - визитная карточка "Левин и Дитрих" с именем Максим Резник.