– Осколки забирать будете? – безразлично спросил парень, укладывая купюры в кассу.

– Зачем они мне? – недоуменно посмотрев на него, мужчина удивился. «Что за глупость!» - подумал он. Теперь он осторожно начал снова пробираться вдоль полок и столов, стараясь на этот раз не задеть ничего дорогущего своим немаленьким задом.

Тихо звякнул колокольчик, а затем еще раз. За эти секунды осколки фигурки успели исчезнуть с пола.

– Мне нужна музыкальная шкатулка! Мне сообщили, что она есть только у вас! Умоляю, продайте ее мне! – запыхавшись, мужчина снова оказался около хозяина.

– Да, что-то такое у меня было, - задумчиво оглядывая кучи, протянул блондин. Сам он в точности знал, где что находится, что сколько стоит и вообще все об истории предмета. На то он и хозяин антикварной лавки. Потому он уверенно направился к столу в углу этой большой комнаты, приподнял старинные свитки, манускрипты, наваленные кучей, но обладающие нереальной стоимостью, и выудил из недр кучи шкатулку. Это была изящная деревянная коробочка, расписанная великолепными красками, ничуть не потускневшими сквозь века. Парень медленно приоткрыл шкатулку, и тут же завертелись малюсенькие колесики, зубчики и приводы внутри нее, заиграла мелодия. Внутри оказалась небольшая платформа, на которой кружились, обнявшись, миниатюрные фигурки мужчины и женщины в бальных нарядах. Аккуратно прикрыв шкатулку, парень вернулся к посетителю.

– Вот она, шкатулка, ее расписывал сам Сандро Боттичелли* для семьи Медичи. Пятнадцатый век, она прекрасно сохранилась, но все равно очень хрупка. Шесть тысяч долларов, вы будете брать? – он воззрился своими пронзительными глазами на мужчину, который, в свою очередь, в изумлении рассматривал шкатулку.

– Боттичелли? – хриплым от волнения голосом переспросил он. «Откуда, откуда здесь такая вещь?!» - мысль настойчиво билась в его голове. «Бог мой, подумать только, сам Боттичелли!» - он был вне себя от радости.

– Да.

– Конечно, буду! – чуть не подпрыгнул от радости, как оказалось, заядлый коллекционер. Он судорожно вытащил портмоне, трясясь от волнения, и отдал купюры хозяину, которые тот опять спрятал в старинную кассу.

– Благодарю за покупку, - меланхолично повторил парень фразу обычного продавца, осторожно упаковывая драгоценность.
– Вот, - он передал покупку мужчине.

– Спасибо! Спасибо вам! – в восторге посетитель покинул лавку, умудрившись не задеть ничего.

– Ага, - протянул парень, осматриваясь по сторонам. В лавке снова наступила пыльная тишина.

– Мяу! – пронзительный крик донесся откуда-то сверху и на стол с кассой приземлился упитанный трехцветный кот.

– А, это ты, Тимофей, - хозяин рассеяно потрепал любимого питомца за ухом, на что тот отозвался прямо-таки громовым урчанием, утыкаясь в руку. Морда кота была донельзя довольной, а яркие зеленые глаза, почти такие же, как у его хозяина светились в темноте. Кот посмотрел на хозяина, а потом уставился туда, куда смотрел парень – в сумрак комнаты.

Парень еле слышно вдохнул, ощущая, как легкие наполняются пылью, выпрямил сгорбленную спину и снова почесал кота.

__________________________________________________________

*Сандро Боттичелли (1445-1510) - великий флорентийский художник эпохи Возрождения

========== 2. Omnia mea mecum porto. ==========

в пер. с лат.: Все свое ношу с собой.

_____________________________________________

Никто не знает, когда был построен этот дом, кто в нем жил с самого начала, но все понимали одно – лавка была самым загадочным местом. Там можно было купить все, даже не так – Все. Каким-то мистическим образом у хозяина лавки всегда оказывалась именно та вещь, которая интересовала покупателя, причем неважно, была ли это монетка времен Французской революции или настенные часы, первыми повешенные во дворце швейцарского императора. Непонятно было, как такое вообще возможно было достать, но хозяин лавки, этот молодой парень, который вызывал у покупателя неопределенные эмоции, доставал, пропадая на дни, недели, реже месяца. Но приносил всегда то, что нужно. В эти дни лавка стояла закрытой, словно бы пустой. Из нее будто уходила душа, и даже ветер переставал кружить листья перед ее крыльцом.

Хлипкую на первый взгляд дверь никто никогда не мог взломать, а кто пытался – долго сожалел об этом.

Потому стояла такая необъяснимая атмосфера в том месте, здесь никогда не решались сталкиваться преступные группировки, орудующие в городе, никогда не было ссор и перебранок. Соседи, если они еще остались тут, вели себя, как мыши. И все равно большинство домов вдоль по улице были заколочены и заброшены. Странно…

– Тимофей? – блондин рассеяно перевел взгляд на насторожившегося кота, уши которого неожиданно прижались к голове и тут же выпрямились, навострившись. Морда кота медленно повернулась к хозяину, утробно мяукнув, кот соскочил со стола, заставив его пошатнуться.

В конце улицы в это время появился парень. Как дом не вписывался в окружающую обстановку, так и парень, кажется, был не от мира сего. Ярко-красные короткие волосы были взъерошены, лицо надменное, самодовольное, но от того не менее красивое: тонкие, почти аристократические черты совершенно не вязались с комплекцией парня – широкие плечи, подкачанные в меру мышцы, обтянутые черной футболкой, поверх которой была одета кожаная куртка, отороченная мехом. Ноги обтягивали узкие красные джинсы, почти того же цвета, что и волосы. На плечо парня была закинута спортивная сумка, которая была, видно, чем-то сильно забита. Шагал парень уверенно, нисколько не смущаясь явно незнакомого места. Вообще по виду его можно было предположить, что он какой-нибудь бандит, особенно учитывая сигарету в зубах, наглую ухмылку и проколотую бровь.