Подбежавший напарник проткнул копьём свисающий нарост на затылке, действительно, похожий на упомянутую часть мужского организма. Тварь, при этом, мгновенно расслабила лапы и свесила башку. Щит исчез, туша, размером с микролитражку грохнулась рейдерам под ноги.

– Еее!
– радостно закричал второй и довольно потряс копьём.

Первый облегчённо выдохнул:

– Уфф... Ты вовремя. А то я кирпичей навалил столько, что можно завод отгрохать.

– Однако, бизнес. Вот ксеры обзавидуются.

– Ога. Локти грызть будут. Ладно, давай посмотрим, кто тут у нас. По-моему, мелкий рубер.

– Скорее, крупный кусач.

– Я, всё-таки, предпочитаю считать, что это рубер.

– Похрен. Давай уже, вскрывай ларчик. Не терпится взглянуть на трофеи. Да и валить уже надо отсюда. Хоть и тихо всё прошло, но бережёного.

– Не бзди. Мелкие не сразу поймут, что территория освободилась, так что пара часов у нас есть. Тьфу, блин, нет жемчужины.

– Размечтался. С чего ей тут взяться?

– Ну мало ли. Некоторым везёт. Всё, достал.

– Ну?

– Жмотяра паскудная! Четыре горошины и горстка споранов. Даже считать не хочется.

– Вот же падла. Всё, уходим.

Рейдеры, пригнувшись, пересекли поле, вошли под сень леса. Облегчённо вздохнули: ещё немного, и жара бы их доконала. Двинулись вдоль границы, обходя деревушку по широкой дуге. Оба молодые парни. Один, исполнявший роль приманки, высокий, худой, лицо удлинённое, со впалыми щеками. Второй кряжистый, коренастый, с круглым лицом и широким носом. Шёпотом переговариваясь, они огибали деревья, время от времени поглядывая на открытое пространство.

Через пару часов они вышли к знакомому ориентиру - развесистому дубу, растущему посередине луга. И уже были готовы скрыться в глубине леса, как вдруг высокий рейдер вздрогнул и указал на что-то пальцем:

– Смотри, стая мертвяков.

Второй взглянул в том направлении:

– Вижу. Как то слишком целенаправленно бегут.

– Глянем?

– Может, не стоит? Вдруг лось какой пробежал, или корова шустрая.

– Вот и я к тому. Но лося они вряд ли догонят, а вот корову - вполне. Давай, их немного, вроде десять - перебьём. Может, какой споран отыщется. Сыщем скотинку, свежего мяска отведаем. А то консервы давно поперёк горла.

– Ох, умеешь ты искушать.

– Погнали, короче.

Компания мертвяков целеустремлённо скакала по пастбищу. Бежать было легко: клевер и щавель не вырастают выше щиколотки, осоку и злаковые успели скосить перед перезагрузкой кластера. Уже скоро рейдеры заметили капли крови на зелёных листьях. Теперь понятно, почему так уверенно и торопливо несутся заражённые. Запах крови для них - словно красная тряпка для быка.

– Дьявол, там человек ползёт!
– задыхаясь, крикнул высокий.

– Где?

– Вон за кочкой. Рядом с прудом!

– Вижу. Кричим!

– Спятил?

– Кричим!

Они заорали во всю глотку. Но ветерок, задувший им в лица, отнёс голоса в сторону. Мертвяки даже не дёрнулись в их сторону. Отчаявшийся дылда выхватил пистолет и бабахнул в воздух.

– Ты придурок!
– тут же накинулся на него коренастый.
– Смерти нашей хочешь?

– Плевать. Жопой чую, тот чувак не из новеньких.

Четверо из десяти бегунов, наиболее сообразительные, повернулись на звук выстрела. Увидев двуногих, которые сами идут к ним на обед, радостно заурчали, бросились назад. Остальные продолжили погоню.

– Прибереги щит на него! Встречаем!

Высокий щёлкнул пальцем: привязь круто осадила одного бегуна. Два быстрых выпада копьями, два успокоенных мертвяка повалились на травку. Третий кинулся было на коренастого, но успевший высвободить пику худой метнул снаряд ему в спину. Вытащил оружие. Коренастый подбежал и завалил того, кто был остановлен арканом.

Раненый, увидев помощь совсем рядом, остановился, поджидая преследователей. И когда те приблизились, из последних сил дунул и потерял сознание. Налетел вихрь, шестерых трупаков отбросило метров на пять и крепко приложило к земле. Но те недолго барахтались. Вскочили, рванули кто раньше, кто позже. В этот момент раненого окутала коричневая шипастая сфера. Пятеро бегунов повисли на ней, словно мухи на клейкой ловушке. Один, прорвавшийся, набросился на него, вцепился в защиту, клацая зубами. Щит испарился. Хрипя от быстрого бега, худой пронзил его копьём, толкнул ногой изогнувшееся тело.