Он посмотрел на Барри и, к собственному удивлению, увидел на его лице выражение озабоченности. Казалось, он вспомнил нечто очень важное и теперь напряженно думает.

– Что-то не так? – спросил Филатов. Барри тряхнул головой и улыбнулся:

– Ерунда, мелкие служебные проблемы…

– Но они не помешают нашему делу?

Филатова вдруг охватило беспокойство – может быть, все не так гладко, как кажется? В конце концов, пока он только выполняет распоряжения Барри, не зная всех подробностей операции.

– Не парься, Алекс! – ответил Барри голосом веселого толстяка. – И кстати, я хотел спросить про водку. Привез?

– Водка дожидается тебя в номере. И к ней еще кое-что.

– Ты меня интригуешь, старина!

И он крикнул водителю, чтобы тот ехал быстрее…

Пока доехали до «Байока», Филатов едва не задохнулся, к тому же рубашка под пиджаком пропиталась потом и буквально хлюпала при каждом движении. Так что, добравшись до номера, он первым делом избавился от пиджака и встал под кондиционер. Барри тем временем вышел на балкон и стал куда-то звонить.

«Боится прослушки? – подумал Филатов. – Но он утром все проверил. Значит, не хочет, чтобы я слышал, о чем он говорит. Ладно, проверить я его все равно не могу, остается верить…»

Он вылез из-под струи ледяного воздуха, сходил в душ, надел чистую рубашку, а Барри все еще разговаривал по телефону. Филатов вытащил из чемодана бутылку «Кауфмана» и постучал по стеклу. Барри обернулся и быстро закивал – иду, иду! И действительно тут же закончил разговор и вернулся в номер, принеся с собой порцию горячего уличного воздуха.

– Это и есть та самая водка, которую продают в обычных магазинах? – спросил он, с интересом рассматривая бутылку.

– Бывает и дешевле, но той отравиться можно, – пояснил Филатов, вытаскивая из чемодана небольшой аккуратный сверток.

– А это кое-что к водке?

– Точно!

Филатов положил сверток на стол и стал его разворачивать с медлительностью фокусника. Заинтригованный Барри сел напротив. Первым появилась буханка черного хлеба.

– «Бородинский»! – объявил Филатов.

Он с удовольствием вдохнул знакомый до боли запах и протянул Барри. Тот принюхался и уважительно сказал:

– Пахнет соблазнительно. А почему «Бородинский»?

– На Бородинском поле русские войска разбили Наполеона! – с гордостью пояснил Филатов, доставая банку соленых огурцов.

– А зачем ты вез огурцы? Их же можно в любом маркете купить.

– В маркете маринованные, а это домашнего засола! У нас такие огурцы бабульки делают и около магазинов продают.

– Чьи бабульки?

– Самостоятельные. Чтобы к пенсии прибавка была.

– Понятно… – неуверенно сказал Барри.

Но Филатов не стал тратить время на разъяснение причин скудости российских пенсий, а выложил на стол кусок сала, густо натертого солью с перцем.

– Но в этом же безумное количество калорий и жира! – забеспокоился Барри. – Я и так толстый!

– Ничего подобного, – возразил Филатов, нарезая продукты захваченным из самолета пластмассовым ножом. – Ты в меру упитанный мужчина в полном расцвете сил!

– Гениально! – От восторга Барри даже зааплодировал.

– Да это я не сам придумал, – скромно потупился Филатов.

– Наверное, Толстой? Или Достоевский? – проявил знание русской литературы Барри.

– Вроде того, – Филатов разлил грамм по пятьдесят водки и пояснил: – Вначале выпиваешь водку и нюхаешь хлеб, а потом закусываешь огурчиком. Ясно?

Барри кивнул, и они выпили. Филатову после долгого перелета и суматошного дня водка показалась очень своевременной. Что же касается Барри, то он, аккуратно проделав все манипуляции, теперь прислушивался к собственным ощущениям.

– Нравится? – спросил Филатов, наливая по второй.

– Кажется, да, – задумчиво ответил Барри. – А хлеб только нюхать?

– Можно положить сверху кусочек сала и съесть…

По мере опустошения бутылки обстановка становилась все более непринужденной, а когда Филатов достал из чемодана вторую, и вовсе стала домашней. На улице стемнело, но свет в номере включать не стали. Только одинокая лампа, висевшая над самым столом, освещала разгоряченные лица собутыльников. Обычная русская водка и традиционная закуска понравились Барри.