– Сэр. Здесь охрана отеля. – Проговорил голосом, максимально похожим на голос говорившего со мной охранника.

– Что... – прозвучало изнутри и дверь начала открываться. Вот и подарок судьбы. Напитанное энергией тело выдало такой удар, что стоявшего за дверью снесло вместе с ней. Полшага вперед на запредельной для человека скорости и быстрая оценка ситуации. В руки привычно легли беретты и выплюнули пять пуль. Все в головы. Мне нет разницы как стрелять, в движении или стоя на одном месте. С моей скоростью восприятия это неважно.

– Зря Вам, барон, не сиделось в своей гребаной Германии.

Три выстрела и ноги вдруг перестали его держать, а сам он схватился за них и выл, катаясь по полу.

– Хватит скулить. Нужно было думать заранее.

Еще три выстрела.

– Все твое богатство не поможет тебе снова встать на ноги, уж ты мне поверь. Впрочем, даже если бы и могло, ты этого не узнаешь.

Все что осталось в двух магазинах было моментально всажено в голову потомка некогда гордого рода. Который, к слову, только что прервался.

Выстрел в спину развернул меня, а следующий в правую часть груди откинул на чайный столик.

Слушая все эти истории про людей, которым пустили пулю в голову, а они остались живы, я только усмехался. Кто же знал, что это и правда реально! Но вот он стоит, пошатываясь, и снова целится в меня. Я попытался кувыркнуться, но правая рука подвела. Похоже, перелом или трещина в кости. Ощущение знакомое, как и явные признаки сотрясения. Это я при падении вазу головой разбил. Шшш. Обожгло плечо болью. Черт, ранение не сквозное. Я прямо почувствовал, что начальник охраны барона, восставший из мертвых, готовится выстрелить и рванулся со всех сил. К сожалению неудачно. Кроссовок скользнул по паркету и будто бы ускорился, отчего нога влетела в угол дивана голенью. Боли не было, но я знаю, скоро мозг осознает открытый перелом и боль придет. А пока, сдаваться нельзя. Левой рукой попытался взяться за ковер и дернуть его, что в принципе получилось. Охранник пошатнулся, но смог устоять на одних рефлексах. И пока он качался и целился, я вспоминал свою жизнь. Хорошая получилась жизнь. Яркая. А вот смерть просто ни к черту. Последняя мысль и темнота.

Глава первая.

Я уже и не знаю, сколько я здесь, в этой темноте. Делать тут особо и нечего, так что я по привычке попытался медитировать. Ага. Счазз. У меня больше нет первых двух чакр. В смысле вообще нет! В этой темноте у меня нет тела. Ну конечно. Я умер, так что ни чакры выживаемости – отражения физического тела, ни жизненной силы у меня нет, так как нет и тела. Мда, дела не фонтан. Зато третья чакра хлещет силой во все стороны, или ее просто высасывают, что еще хуже. Попытался прикрыть этот фонтан и что-то у меня даже получилось. По крайней мере, скорость оттока этой непонятной силы и скорость ее восстановления я смог уровнять. Но на это потребовалось ужасно много времени и пусть я теперь не исчезаю, но чувствую себя просто преотвратно.

Прошла, наверное, вечность, пока я почувствовал себя сносно и энергия третьей чакры снова под накопилась. Мне все легче и легче давался контроль над чакрой и я смог переключить свое внимание на остальные. Самая понятная для меня чакра – шестая. Разум. Пятая в принципе тоже секрета не представляет, это эмоции, все то, что составляет мою личность. Она увеличивалась вместе со мной и с шестнадцати лет она увеличилась втрое. Более того, я и при жизни мог ей немного управлять. Приложить жаждой крови или наоборот внушить спокойствие, это было довольно просто. А вот шестая, участвуя в каждом движении, в каждом поступке или принятом решении, оставалась для меня загадкой, как и четвертая. Последняя, вообще просто серый шарик и все. Он ничего не излучает и ничего не поглощает. Через него проходит энергия, но при этом вообще не меняется, или я не могу понять этих изменений. В общем, я обратился к шестой чакре и стал медитировать на нее. Чакра не желала открывать мне своих секретов, казалось уже целую вечность я разве что не купаюсь в ее энергии, одновременно хаотичной и упорядоченной, размытой, словно невоплощенный хаос и плотной как само воплощение порядка. Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент я смог направить каплю этой силы во вне. Не оформляя, просто комок этой силы.

То чувство опустошенности я ни с чем и никогда не спутаю. Настолько сильная ментальная усталость, как будто я три месяца учился без передыху и наконец-то вырубился от перенапряжения. А когда очнулся, пришлось снова перекрывать силу из третьей чакры. Она хлестала во все стороны и тут же поглощалась вечно голодной тьмой. Да блин. И снова вечность провел в накоплении, но на этот раз мне было чем заняться. Я создавал в шестой чакре нечто вроде дворца памяти. Раскладывал прожитую мной жизнь по полочкам. Обдумывал каждую продуманную мной при жизни мысль, и сам на себя удивлялся. На удивление мало неверных решений, кроме решения жениться на Ольге. Рассматривая все наши с ней разговоры, все ее жесты, каждое движение, я приходил к выводу, что она меня с трудом терпела. Странно, и как я не видел этого при жизни? Более того, почему так ни разу с ней не “объединился”? Идиот. Оля-то похоже была засланным казачком! А я все проср..л! Самовлюбленный болван! Впрочем, ладно, теперь ничего не изменить.

Когда дворец памяти был создан, в моем распоряжении оказались огромные, по моим меркам, запасы ментальной энергии, но что с ними делать я пока не придумал. Так что отложил вопрос и обратил свое благосклонное внимание на седьмую чакру.

Я и раньше замечал, что она крайне редко бывает заполнена. Но когда все-таки заполняется, то просто выплескивает свою силу во вне. Никаких эффектов я не замечал, так что на этот раз решил за ней последить. Для начала начал отслеживать, откуда в ней вообще энергия берется. Отследил. Все чакры, кроме четвертой, переводят в седьмую капли силы. Потихоньку, помаленьку, чакра набрала свой максимум и я в нее нырнул. И тут же вылетел обратно. Там какой-то барьер, и он просто не впустил меня! Это из-за того, что я мертв? Ладно, пока оставим как есть. Но оставлять седьмую чакру совсем пустой я не хотел и снова обратился к остальным.

Путем проб и ошибок я пришел к простому способу заполнения. Я раскочегаривал пятую чакру и вызывал в себе самые разные чувства, доводил их до пика и тянулся к ним “сквозь” седьмую чакру. Чувство, каким бы оно ни было, тут же втягивалось в чакру и наполняло его. Поначалу, хватало буквально секундной любви или ярости, чтобы полностью наполнить седьмую чакру, но со временем, нужно было все больше и больше. К тому же, как только она наполнялась, она высвобождала силу. Пока что, совершенно безрезультатно.