UR.ANUS
Скульптура сна
вернуться

Ромм Михаил Давидович
Шрифт:

Невидимые жители земли

Невидимые жители земли,Живущие в земле, вернее – в почве,Они плывут внутри, как корабли,Но звёздам не заглядывают в очи.Тяжёл их труд, им отдых незнаком,У них одна забота и стремленье.Подумаешь о мире их живом —И остро ощущаешь отвращенье.Остановившись вдруг, они умрутИ станут для товарищей работой,Продолжится неутомимый труд,И новой жизнью станут нечистоты.

На огороде

Начинается гневно и грустно,Неспособна на грусть и на гнев,Песня мглы в ореоле капустном,Запугав, заглотив, обнаглев.Острый голод – и лист мягкотелыйРежет нёбо лохматых небес.Комья глины сухой…КаравеллыРаздвигают бушпритами лес.Память лжи в треске лопнувшей почки,Ржавый трактор, давящий лягух,Параллели, сведённые в точки,Стоны трав, обагряющих слух.Завтра здесь кабачки-ренегатыТолстомордые вцепятся в грунт.Рыжий пёс поглядит виновато.Доллар ляжет, поднимется фунт.

Состояние

Мне спокойно и радостно жить,Мне ничуть не тревожно,И лучей золотая финифтьОплела осторожно.В летней капельке ясного дняОтражается солнце беспечно.Это всё, это всё – для меня,И дано мне навечно.Детский смех над водой, тишина,И небес голубых глубина,И не хочется думать о том,Что же там – за холстом…

Зерно

Вы видели когда-нибудь зерно?Положено на влажную бумагу,Иссохшее от времени, оноВ себя вбирает жизненную влагу.Разбухло, вид величия лишён,Так мертвенно-белесо и ничтожно.Проходит день, и острый корешокНатягивает тоненькую кожу.Проклюнулся. Нелеп и некрасив,Как будто коготь выпускает хищник,А на спине набух уже нарыв,И коготь все растёт и влагу ищет.И вот росток ладони смог открыть,Рождённый покорять и покорить.

Земляника

Господь придумал землянику.Ломаю голову – зачем?Хотел ли, Господи великий,Полюбоваться, как я ем?Она сверкает алым бликом,По сути, лишняя совсем —Причуда силы многоликой,Не понимаемой никем.А может, в мире иллюзорном,Предвидя летнюю жару,Бог знал: под листиком узорнымУдобно будет комаруУ лакомства меня встречать,Чтобы за жадность наказать.

Начало осени

Ранняя осень – позднее лето.Солнце в зелёных ветвях.Но желтизна проступает. И это —Как седина на висках.Пышно колышется зелень живая,День ещё зноём печёт,Но вот уже в горы листья сгребаетДворников хмурый народ.Россыпь рябины – парад ежегодный,Радостная круговерть.И кажется выдумкой космос холодный,И кажется выдумкой смерть.

У речки лесной

Здесь у речки лесной, где звенит тишина,Ночью небо становится ближе,И горошины-звёзды на ветви сосна,Точно бусы алмазные, нижет.Млечный купол, сверкая, в тиши вознесёнэхТолько изредка слышно из мрака,Как в далёкой деревне облает свой сон,Заскулит и затихнет собака.Неожиданный плеск – лягушачий прыжок,Вдруг посмотришь на воду, очнувшись,Догорая, костёр затрепещет у ног,Тёмным зверем уютно свернувшись.Так искрится холодная осени вязь,Насекомых народ усыпляя,И опавшие листья, слегка серебрясь,Кораблями в реке проплывают.

Ранний сентябрь

Сентябрь ранний – и не осень вовсе:Деревья только думают желтеть,Но всё-таки ты к худшему готовься —Вот-вот наш мир закрутит круговерть.На листьях солнце, как на фотоснимке,Проступит, превратив их в образ свой,А мне всё снятся чёрные ботинки,Грохочущие в такт по мостовой.Потом затянет тонкой коркой лужи,Под инеем прогнутся провода.И хоть я знаю: дальше будет хуже,Парадоксально счастлив иногда.