— Нам надо поговорить, — заявила Саара и свернула на кухню.

— Что-то не так? — худая женщина, изнеможенная после работы, забеспокоилась и даже запуталась в собственных туфлях. — Дети?

— Все с ними в порядке, просто... Вы точно обследовали их от и до?

— Насколько это возможно, мы до сих пор не знаем, что за чертовщина творится с их ДНК, — Ивэй затараторила, кивая головой. — Я говорила, у них последовательность странная и некоторые участки цепи как будто вырезаны, а на их место понаставлена всякая чушь... — Ивэй осеклась, вспомнив, с кем говорит. — Тетушка, ты же ничего в этом не понимаешь? Я могу показать данные исследований, если хочешь.

— Не в этом дело! — няня мотнула головой, с силой опуская руку на стол, а потом поджала губы, подбирая нужные слова. — Просто они... Заметила, что Куд и Нина действуют иногда так, словно они один человек? Как будто знакомы с самого рождения? Я, кажется, поняла, почему.

— И?

— Заметила ли ты, как Куд иногда вдруг замирает и молча начинает сверлить взглядом дыру в чем-нибудь? И Нина в этот момент оборачивается и тоже начинает якобы смотреть в ту же сторону! А когда мальчику нужна помощь: одеться там, например, или поесть, или игрушки собрать — он ничего не делает, верно? Только позовет Нину да уставится на ту же игрушку, а она тут как тут, будто все его мысли угадывает. Убирает. Понимаешь? Они будто общаются. Телепатически, в смысле! Она видит его глазами, — сумбурное объяснение Саары заставило Ивэй улыбнуться. А на последней фразе и вовсе засмеяться:

— Телепатия? Я тебя умоляю, тетушка, это невозможно! По крайней мере, со стороны Нины. Мы такие исследования проводили, чуть ли не сеансы экзорцизма, поверь мне.

— Я говорю то, что видела. И не раз, — Саара нахмурилась, заметив что-то в коридоре, быстро выключила свет и тут же почти набросилась на Ивэй.

В кухню неторопливо прошла Нина. Она сначала осторожно касалась пола пальцами ноги, а затем ставила всю стопу и переносила вес. Вела руками по стенам и косякам, едва трогая их, но угадывая свое местоположение. За пределами комнаты девочка все еще ориентировалась довольно плохо и даже из ванной ходила, держась за пижаму Куда. Но вот за ее спиной показался мальчик, так же аккуратно и бесшумно крадясь, и, не заметив в темноте двух забившихся под стол женщин, вздохнул:

— И тут ее нет. Она ушла, а Ивэй все еще не вернулась.

— Тогда я помогу. Давай, ищи, — Нина пожала плечами, и Куд начал что-то искать взглядом.

Саара начала дышать ртом, Ивэй, и так стоя на четвереньках, наклонилась еще ниже, чтобы рассмотреть детей целиком, а не только их ноги. То, что она увидела, потрясло ее и заставило усомниться в том, что она действительно все это видит.

Как только мальчик уставился на графин с водой, отражающий луч лунного света, Нина опустила руки и уверенно прошагала к тумбочке, звонко шлепая по полу. Дотянулась до табуретки, взобралась на нее и, крепко сжав в слабых руках тяжелый графин, повернула его носиком от себя, наклонившись. Куд, подойдя, задрал голову, и девочка безошибочно поднесла воду к его губам, остановившись в миллиметре от них. Нина поила Куда. Она даже каким-то образом предугадала момент, когда мальчик закашляется, и подняла графин выше за мгновение до этого. А потом Куд привел себя в порядок, вытер рот правой культей, почесал подбородком левое плечо, и Нина вновь опустила носик. Потом пила сама, в то время как мальчик воровато шарил глазами по столу в поисках конфет. Девочка облизнулась, словно тоже предвкушала сладости, а потом одновременно с Кудом вздохнула, когда мальчик понял, что высокая ваза по центру скатерти пуста.

— Помоги мне спуститься, — голос Нины прозвучал ужасно громко, и Ивэй чуть не вскрикнула, но Саара вовремя защипнула ей кожу на тыльной стороне ладони. Ивэй забыла о секундном страхе, но ей захотелось завыть — рука у няни сильная.

Куд подставил нормальное плечо Нине, и она, обхватив руками его шею, соскользнула с высокой табуретки, мягко приземлившись на пол. Дети ушли. Саара и Ивэй остались сидеть под столом, почему-то до сих пор боясь дышать. Спустя несколько минут няня, уже не в первый раз видевшая нечто подобное, пихнула застывшую в прострации Ивэй локтем и вылезла, размяв спину.

— И как тебе? — она усмехнулась, наблюдая, как женщина со всех сторон оглядела графин, потом посмотрела на дверной проем, а затем молча закурила, игнорируя правило не курить дома. Она ничего не отвечала до тех пор, пока тлеющий огонек не достиг фильтра. Только после этого подняла глаза на Саару.

— Не знаю. Мне надо подумать... — женщина махнула рукой, и Саара поняла, что сегодня об этом говорить больше не стоит — Ивэй и так будет думать над увиденным всю ночь.

— Кстати, как работа? Время уже начало одиннадцатого, а ты только вернулась. Сегодня позже обычного.

— Разбирала рабочее место, возилась с кучей бумажек. Бухгалтеры донельзя противные, — женщина усмехнулась, но получилось криво, да и руки ее подвели, не вовремя дернувшись.

— Уволили? — испуганно спросила Саара и запоздало прикрыла рот ладонью. Ее глаза расширились от ужаса — Ивэй заплакала. Она, не вытирая глаз, не обращая внимания на потеки туши, открыла шкафчик и, выудив оттуда печенье, которое няня прятала от детей после ужина, начала грызть одно с таким усердным видом, что Саара поняла: Ивэй нужно выговориться.

— Ладно, время позднее, я уж останусь до утра. Ты же не против? Нет? Тогда садись, племяшка, поговорим по душам, как в старые добрые времена. Чай будешь?.. 

* * *

Как только Джонатан затолкал в багажник последнюю сумку, уместив ее между туристической палаткой и пляжным зонтом, он, наконец, озвучил, куда собирается отвезти Ивэй с детьми, пока Саара болеет.

— Мы едем на море! — заявил мужчина, горделиво уперев руки в бока. — Я уже арендовал довольно приличный домик на берегу. Это на юге, так что там до сих пор тепло. Наверное, можно даже купаться.