Войдя в купальню, я оголил торс, встал перед умывальником и, сделав руки ковшиком, набрал в них воды, после чего быстро облился и умыл лицо. Холод сковал всё выше пояса, мускулы приятно отвердели, плоть стала чище, я занялся своими ранами. Регенератор сильно помог. Под рыжим светом, ударившим из стенок увесистого металлического кубика, кровь перестала сочиться, быстро свернулась и засохла, берега этих зелёных рек под названием "царапины" соединились мостиками из нарастающих кусочков плоти, и вскоре от них остались только побелевшие следы. Очень, однако, заметные. Мою щёку точно зашили ниткой, а не залечили излучением. Мда, я теперь ещё тот красавчик...И суток от вылупления не прошло, а уже изуродованный на всю жизнь...

На пути в купальню мне не встретился никто, но за время моего там пребывания казарма наполнилась людьми и теперь приветствует меня. И приветствует, несмотря на моё поражение, с горячей радостью.

– Гордость отечественной индустрии!- объявил сам Танкред, подняв мою руку высоко вверх.

– Ты настоящий зверь, Чужой.- Признал Надаск, когда я, чуть ли не унесённый на руках своих товарищей, очутился в нашей комнате.

– А ещё - редкостный засранец.- Произнесла входная дверь голосом Хищника, и он, двигая кривой челюстью, вошёл. Ну, мы хотя бы в расчёте - он порвал мне рот, а мои кулаки вывернули его челюсть из пазов так, что даже с чужой помощью он не сумел её по-нормальному вставить обратно.- Но рука у тебя крепкая. Я это уважаю.

– Хорошо, что ты хоть что-то научился уважать.- Я встал с кровати и шагнул ему навстречу. Окровавленная футболка растянулась оттого, что он весь напрягся, ожидая от меня продолжения поединка.

– Если будешь бить первым - бей наверняка.- Сурово посоветовал Хищник, и мы уставились друг на друга. Товарищи возбуждённо зашевелились.

– Тебя никто не просил кромсать моё лицо на лоскуты.

– Всякое может произойти в бою.

– Какое удобное оправдание...

– Ты сомневаешься в приказе?

– Похоже, ты обрадовался бы больше, будучи размазанным по асфальту в самом начале боя.- Хищник пригласил сесть, и я опустился на кровать напротив него. Да, пригласил. Значит, ищет примирения.- А если бы тебе приказали совершить самоубийство, ты совершил бы? Просто так, на ровном месте? Если бы вошёл сейчас к нам центурион и сказал: "Легионер Двадцать Один, возьми пистолет, приставь его к своему подбородку и спусти курок"?

– Да, только представь. Потому что это приказ.

Эту фразу я запомнил надолго. И долго над ней рассуждал. Как же так, взять и умереть по одной только чужой указке? Даже биологически неестественно так легко расставаться с жизнью. Любой организм стремится избежать гибели, а тут вдруг идёт ей навстречу. Одно дело - умереть за то, за что действительно стоит умирать, когда ты готов к этому, но вот так, рефлекторно...Суицидальным синдромом попахивает...

– Чужой, я действительно не хотел тебя калечить. Правда.- Заверил Хищник, но я почему-то не поверил.

– Разумеется. Виноват ведь приказ.

– Вот только слёз не надо. Не будь самочкой.

– Так, спокойно.- Левиафан встал между нами, удерживая за плечи, как будто мы хотим кинуться друг на друга. Но ни у меня, ни, я уверен, у Хищника такого желания нет. Поздно убивать из-за обиды - она уже не так сильна. Но это вовсе не значит, что я не злюсь на Хищника.- Поединок закончился, если вы не заметили.

– Я спокоен, как бурниш после обеда.- Я избавился от руки товарища.- Проповедуй в другом месте, а нам дай грешить с миром.

– В общем, славно ты бьёшься. Себя в обиду не дашь.- Хищник, наконец, высказал своё мнение обо мне доходчиво.

– Это точно.- Поддакнул Чак, и я вдруг вспомнил, что это он вместе с Левиафаном уносил меня. Да уж, вот кому тоже довелось испытать мою силу, когда я раскидал их, как детёнышей.- Как насчёт нового имени? У всех крутых бойцов оно должно быть.

– Нет.- Сразу отрезал я.- "Чужой" - лучший вариант.

– Да, да, ты прав.- Согласился товарищ и тут-же снова придумал.- Мы назовём тебя Чужой, Шрам-на-Щеке. Типа как фамилия и имя.

– Брахен-Ду Шализ, значит...- Повторил я вслух.- Меня это устраивает.

Во время вечерней пробежки мы впервые увидели бесхвостых. Какая-то вооружённая процессия, двигавшаяся по главной дороге лагеря к фабричному району, где, как я знаю, находится также штаб всей Первой Армии Клонов. Возглавлял процессию офицер с головой овалообразной формы, как у всех землян; на ней, на бровях имеется чёрная шёрстка. Рот не такой широкий, как у нас, но губы более пухлые и мясистые. Глаза имеют круглый зрачок. И вообще, зрачок у них просто есть. Вместо слуховых отверстий - кожно-костные выросты на висках, формой своей напоминающие раковины моллюсков, а обонятельную функцию выполняет клювообразный орган, растущий между глазами и нависающий надо ртом. Мягкая бледноватая кожа лишена чешуи и естественных костяных панцирей. Действительно нет хвостов, пятипалые руки имеют всего один, а не два противопоставленных боковых пальца и дорастают всего-то до уровня паха, а не почти до колен. И ещё, конечно, у них иначе устроена нога: голень длинная, ступня короткая и широкая, вместо трёх (считая рудиментарный боковой) пальцев - пять, как и на руках, а пятка не задрана высоко вверх и расположена вровень с остальной стопой. Им такое строение досталось от обезьян (как считают некоторые), а нам - от динозавров: наши ноги лучше приспособлены для бега и развивают куда большую скорость.

– А вот и немцы.- Пропел Раш-Фор и остановился, разглядывая отряд бесхвостых, а мы последовали примеру своего офицера и тоже замерли.- О, гутен морген, майн камрад! Небось, на экскурсию приехали.

Все ещё постояли несколько секунд, разглядывая союзников, а я случайно столкнулся взглядом с их офицером. Его глаза были грозными, предупреждающими, просто другими, но в их глубинах есть что-то наше. Даже не наше, а общее, присущее и нам, и землянам. Глаза эти будто подстёгивали меня: "Держись, впереди славная битва".