Сэр Фрэнсис мгновение колебался, прежде чем ответить.

– Да, действительно. Скелет тогда достали.

– Кто-нибудь исследовал его?

– Нет. Тогда велись раскопки еще на нескольких курганах в Волде. Я отослал скелет и несколько найденных черепов в музей Скарборо. Я сомневаюсь, чтобы найденное погребение принадлежало доисторическим временам, на самом деле, оно гораздо более позднее. Никто не озаботился провести исследования.

Когда мы спешились возле дома, один из конюхов, принимая лошадей, в ответ на вопрос Линтона, сообщил, что полковник и миссис Гемпшир вернулись около часа назад, что одна из лошадей захромала, и коляска, в которой они собирались отправиться в Фрэмптон-Кастл, останется на ночь. В гостиной мы нашли леди Линтон, наливавшей чай младшей сестре сэра Фрэнсиса и ее мужу, которые, как только мы вошли, воскликнули в один голос:

– Мы просим у вас убежища на одну ночь!

Оказалось, что они гостили неподалеку, но были вынуждены удалиться по причине внезапной смерти одного из домашних, так что им ничего не оставалось, как отправиться в Байфилд.

– Мы планировали, - продолжила миссис Гемпшир, - навестить вас в конце следующей недели, но если вы не возражаете, перенесем его на более ранний срок. Если же в доме много гостей и совершенно нет места, то мы будем благодарны, если вы дадите нам возможность переночевать, завтра вернемся к себе, и снова приедем, как планировалось раньше.

Леди Линтон прервала ее, сказав, что все уже улажено, а затем, обращаясь к мужу, проговорила:

– Мне нужно с тобой переговорить.

После чего оба они вышли из комнаты.

Линтон вернулся почти сразу, сделал мне знак следовать за собой, и когда мы оказались в холле, там, где нас никто не мог услышать, с раздражением произнес:

– Боюсь, мне придется просить тебя уступить свою комнату. Надеюсь, ты не будешь возражать? К сожалению, свободным остается одно-единственное место - в той галерее, наверху. Там имеется камин, так что от холода ты страдать не будешь; и это всего на одну-две ночи. Слуга собирался перенести твои вещи, но леди Линтон не отдавала ему распоряжения, пока я не улажу этот вопрос с тобой.

Я заверил его, что ничего не имею против, что наверху мне будет так же комфортно, и что ему не следует беспокоиться о подобных пустяках, ведь мы же старинные друзья.

Вряд ли какая иная комната могла сравниться удобствами с той, в которую я перебрался. В большом камине ярко пылал огонь, рядом с ним располагалось кресло, на столе стояла лампа, лежали мои книги и письма, тяжелые гобеленовые шторы опущены, отгородив часть пространства галереи, превратив его в комнату. Она понравилась мне больше прежней. Единственным неудобством была винтовая лестница. Даже не представляю, как леди в длинных платьях поднимались по ней.

Сэру Фрэнсису необходимо было после ужина пообщаться с сестрой и ее мужем, которых он не видел в течение длительного времени. Полковнику Гемпширу, насколько он мог судить, предстояло отправиться в Египет; и они с Фрэнсисом отправились в курительную комнату, я же, чтобы не мешать, поднялся к себе, рассчитывая дочитать книгу. Впрочем, читал я не долго; очень скоро я почувствовал, что глаза у меня слипаются, и лег спать.

Перед тем, как лечь, я немного раздвинул шторы; отчасти потому, что мне было необходимо как можно больше свежего воздуха, отчасти - мне хотелось наблюдать за игрой лунной света по полу галереи вне пределов комнаты, ими огороженной.

Должны быть, в течение некоторого времени я спал, поскольку, когда открыл глаза, вместо яркого огня в камине по углям бегали звездочки искр. Меня разбудило ощущение, будто где-то позади двери, в комнате, где сэр Фрэнсис хранил свои книги и бумаги, раздался какой-то звук.

Я всегда сплю очень чутко, но в этот раз проснулся сразу и окончательно, готовый к действиям, какими бы они ни были. Снаружи завывал поднявшийся ветер.

Прошла минута или две, и я уже готов был приписать звуки своему воображению, когда совершенно отчетливо услышал скрип двери, а затем щелчок закрывшейся задвижки. Затем в галерее раздался звук шагов. Я сел и прислушался, кто-то шел там, свершено очевидным образом. Шаги приблизились к моей кровати. В темноте я ничего не видел; но услышал, как неизвестный проследовал по галерее дальше, где было два незанавешенных окна; лунный свет проникал только через одно, ближнее, второе было закрыто часовней или каким-то другим зданием. Неизвестный, как мне показалось, остановился там, постоял некоторое время, после чего направился в обратную сторону.

Я пристально смотрел на освещенное окно, и мне показалось, что возле него возникло какое-то затемнение. Я продолжал слушать. Шаги вернулись к комнате с бумагами, затем снова к окну.

Как только звуки замерли у освещенного окна, я увидел, очень отчетливо, как, наверное, никогда прежде в жизни, человека, стоявшего в лунном свете, с меховой шапкой на голове.

Некоторое время он стоял напротив окна, повернувшись ко мне в профиль; затем снова повернулся, и я услышал его шаги. Чем или кем бы оно ни было, человеком или чем-то еще, но оно приближалось к моей кровати.

Я опрокинулся на одеяло; угли в очаге неожиданно вспыхнули, яркий свет на мгновение рассеял темноту, окружавшую меня, и в этом свете я увидел, совсем рядом с собой, лицо.

Вне себя от ужаса, от неожиданности, совершенно потеряв над собой контроль, я завопил:

– Кто ты?

Волосы у меня на голове встали дыбом, снова нахлынула темнота, и я уже приготовился к схватке с существом, стоявшим рядом, когда раздался скрип досок, удаляющиеся шаги, скрип двери в дальнем конце галереи и щелчок замка.