Наблюдая за тем, как он спал, меня опять пронзило острой болью привязанности к нему, и меня поразило, насколько он был красив и великолепен.

Мои пальцы отчаянно хотели написать предложение из десяти букв, что было бы простым подтверждением того, что я чувствовала, но я… пока еще не была готова к этому. Было еще рано.

Он пошевелился, ощущая, что меня не было рядом с ним в постели.

Я нажму кнопку «Сохранить» и опять залезу к нему в кровать, стану ласкать его член, пока тот не затвердеет. И введу его к себе в киску, когда мы будем лежать рядом друг с другом, и разбужу его, прижавшись телом. Его руки сомкнутся вокруг меня и убаюкают - одна рука обхватит грудь, другая опустится на киску, его пенис будет уже внутри, а дыхание будет опалять мою шею. Лука начнет двигаться и со стоном произнесет мое имя, еще даже полностью не проснувшись, и затем я почувствую, как его губы изогнутся в улыбке у моего затылка, и он еще сильнее стиснет меня в объятиях. Он будет двигаться в решительном ритме, а затем, возможно, укусит меня за плечо и начнет пальцем поглаживать мой клитор и ласкать сосок, и все это время будет вколачиваться в меня, и мы вместе достигнем вершины наслаждения в розово-сером зареве восходящего солнца, вместе ощутим оргазм от медленного, душевного зарождения взаимной любви.

Любовь.

Именно этого слова я так боялась.

Всего из шести букв: Л-Ю-Б-О-В-Ь.

Другие члены предложения я тоже могла написать, в любом порядке: я, его.

Для меня это не было загадкой. Я просто не могла признать это, даже в письменном виде, поскольку слишком боялась, что меня лишат этого чувства, что это всего лишь мечта, что он передумал, что случится нечто ужасное.

Можно попробовать по-итальянски - Io lo amo.

Все равно страшно.

Никоим образом я не скажу ему этого, ни на каком из языков. Еще рано. Если он скажет первый, то у меня снесет крышу.

Боже, помоги. Я не знала, верила ли все еще в Бога, но, если он существовал, парил над нами и заботился, Боже, просто... помоги пройти через все это. Каким-то образом.

Он опять пошевелился в постели. Пришло время идти.

ГЛАВА 2

22 Июня

Черт возьми, все пошло не так, как планировалось.

Он скоро собирался выйти за завтраком для нас, так что у меня было мало времени.

Все сейчас начнется именно так, как я и думала, и что описывала выше. Я забралась в постель, взяла в руку его покоящийся член и нежно погладила его круговым движением большого пальца, лаская головку. Он начал увеличиваться благодаря этим ласкам, но недостаточно быстро, как по мне, поэтому я легла на кровать и резко взяла его в рот. Лука застонал во сне, когда я лизнула головку его члена, массируя яички, пока они не сжались, осторожно касаясь зубами. Наконец, он был полностью возбужден, и я начала становиться влажной от предвкушения.

Я повернулась спиной, ввела член Луки себе в киску, взяла его руку в свою и прижала ладонь к своей налитой груди. Я прижалась к нему бедрами, а его член инстинктивно вошел в меня.

Я почувствовала, как его дыхание стало неровным, а пальцы напряглись. Он потянулся, и его член почти вышел из меня, а затем выгнул спину и вошел в мою киску.

– Что ж, доброе утро, - сказал Лука с улыбкой в голосе.

– Я проснулась и снова хотела тебя, так что...

– Ты можешь будить меня так в любое время, - сказал он, сжимая мою грудь и проникая в меня глубже.

Мы двигались вместе, словно ехали в тандеме, его рука извивалась подо мной, готовая ущипнуть мой сосок, а другая рука, скользнув вниз, коснулась моего холмика.

Пока все шло, как планировалось.

Тут он потянулся к тумбочке и достал маленькую бутылочку лубриканта.

– Где ты ее взял?
– спросила я.

– Ты не единственный человек, который просыпается ночью и занимается разными таинственными вещами, знаешь ли.

– Ты встал и купил смазку?

– Я ее не покупал. Я привез ее с собой. Просто достал из машины.

Мы все так же двигались вместе, но ни один из нас еще не приближался к оргазму. Лука вынул из меня пальцы, скользнул ими к моей попке, и я почувствовала, как он щедро смазывает тугой сфинктер возбуждающе-холодной жидкостью. Это ощущение уже было мне знакомо, и оно нравилось мне. Я прекрасно знаю, что это говорит обо мне, и мне плевать. Это приятно, а Лука осторожен.

Его палец скользнул в меня легче, чем когда-либо, благодаря смазке. Головка его члена задевала вход в мою киску, и я хотела ощутить его снова, внутри себя, но он не делал этого, его палец был полностью во мне, удерживая меня на месте. Я могла только извиваться, насаженная на его средний палец.

А потом его рука скользнула к другой дырочке. Так чертовски медленно. Время остановилось. Все, что я воспринимала, это то, что его пальцы были внутри меня, осторожно шевелились, двигались, растягивая меня. Другой рукой он обхватил мою талию, замер у моего живота и опустился к моей киске, скользнул внутрь и коснулся клитора, слегка нажал на него, лаская и кружа вокруг него.

Я истекала соками, во мне разгорелся пожар, и то, как он растягивал не совсем и безболезненно мою попку двумя, тремя или сколько их там было теперь?.. пальцами, стало менее болезненным и более приятным. Он начал двигать ими вперед и назад, а его рука у моей киски исчезла, еще больше смазки появилось на его пальцах и что-то еще, что-то более длинное и твердое, но в то же время мягкое, оказалось возле моей промежности.

Я извивалась в беззащитном забвении. Его пальцы были во мне, я не знала, сколько их было, не могла сосчитать или ощутить разницу, но знала, что они меня растягивали и наполняли, позволяли приспособиться и привыкнуть.

О боже, о Господи, от нахлынувшей волны воспоминаний я задрожала, а моя попка пульсировала, пока я сидела на кровати и печатала все это.

Лука заполнил меня, стимулировал, растягивал, входил и выходил из меня, его пальцы снова оказались в моей киске и круговыми движениями начали подводить, погружать и подталкивать к оргазму. Затем я ощутила, что он вынул пальцы, и холодная смазка проникла в мою дырочку, позволяя чему-то огромному заполнить меня вместо его пальцев.