UR.ANUS
Поэзия Каталонии
вернуться

Антология

Шрифт:

Народные романсы

Граф Арнау

– Вы одна ли в этот вечер,женушка родная?Вы одна ли в этот вечер,вдовушка честная?Нет, одна я не бываю,граф Арнау милый,Нет, одна я не бываю,Господи, помилуй!Кто же с вами вечеряет,женушка родная?Кто же с вами вечеряет,вдовушка честная?– Бог и Пресвятая Дева,граф Арнау милый.Бог и Пресвятая Дева,Господи, помилуй!– Ну а где же дочки ваши,женушка родная?Ну а где же дочки ваши,вдовушка честная?– В спальню я их отослала,к ниткам да иголкам,В спальню я их отослала,вышивают шелком.– А нельзя мне их увидеть.женушка родная?А нельзя мне их увидеть,вдовушка честная?Напугаются уж больно,граф Арнау милый,Напугаются уж больно,Господи, помилуй!Ну пускай меньшую только,женушка родная,Ну пускай меньшую только,вдовушка честная.– И меньшую, граф Арнау,вам не уступлю я,И меньшую, граф Арнау,тоже ведь люблю я.– Замуж дочкам не пора ли,женушка родная?Замуж дочкам не пора ли,вдовушка честная?– Без приданого не выдашь,граф Арнау милый,Без приданого не выдашь,Господи, помилуй!– У окна, под половицей,кожаный мешочек,там уж, вдовушка честная,хватит вам на дочек.Ну а где служанки ваши,женушка родная?Ну а где служанки ваши,вдовушка честная?– Серебро на кухне чистят,не жалеют мела.Серебро на кухне чистят,чтоб не потускнело.– А нельзя мне их увидеть,женушка родная?А нельзя мне их увидеть,вдовушка честная?Напугаются уж больно,граф Арнау милый.Напугаются уж больно,Господи, помилуй!Ну а где же слуги ваши,женушка родная?Ну а где же слуги ваши,вдовушка честная?Спят они на сеновале,граф Арнау милый,Спят они на сеновале,Господи, помилуй!Хорошенько им платите,женушка родная.Хорошенько им платите,вдовушка честная,По усердью им и плата,граф Арнау милый.По усердью им и плата,Господи, помилуй!Как же в дом-то вы проникли,Граф Арнау милый?Как же в дом-то вы проникли,Господи, помилуй?– Сквозь оконную решетку,женушка родная.Сквозь оконную решетку,вдовушка честная.– Ай, так вы ее спалили,граф Арнау милый!Ай, так вы ее спалили,Господи, помилуй!– Не коснулся я решетки,женушка родная.Не коснулся я решетки,вдовушка честная.– Ай, у вас глаза дымятся,граф Арнау милый.Ай, у вас глаза дымятся,Господи, помилуй!– То мои грехи выходят,женушка родная.Оскорбительные взгляды,вдовушка честная.– Ай, у вас дымятся губы,граф Арнау милый.Ай, у вас дымятся губы,Господи, помилуй!– То мои грехи выходят,женушка родная.Криводушье и злоречье,вдовушка честная.– Ай, у вас дымятся руки,граф Арнау милый.Ай, у вас дымятся руки,Господи, помилуй!То мои грехи выходят,женушка родная.Нечестивые объятья,вдовушка честная.Ай, у вас дымятся ноги,граф Арнау милый.Ай, у вас дымятся ноги,Господи, помилуй!– То мои грехи выходят,женушка родная.По кривым путям хожденье,вдовушка честная.– Что это за шум я слышу,граф Арнау милый?Что это за шум я слышу,Господи, помилуй?– Это конь мой бьет копытом,женушка родная.Это конь мой бьет копытом,вдовушка честная.– Ячменя ему подсыпьте,граф Арнау милый.Ячменя ему подсыпьте,Господи, помилуй!– Нет, ячмень он есть не станет,жеиушка родная.Ест он проклятые души,вдовушка честная.– Ну а где приют вам дали,граф Арнау милый?Ну а где приют вам дали,Господи, помилуй?– Где же, как не в преисподней,женушка родная?Где же, как не в преисподней,вдовушка честная?– Почему же в преисподней,граф Арнау милый?Почему же в преисподней,Господи, помилуй?– За обманы да бесчестья,женушка родная.За обманы да бесчестья,вдовушка честная.И не нужно поминаний,женушка родная.И не нужно поминаний,вдовушка честная.Ведь от этих поминанийНет мне облегченья.Ведь от этих поминанийТолько злей мученья.И пускай заложат камнем,женушка родная,и пускай заложат камнем,вдовушка честная,ход, к монашенкам ведущий,женушка родная,в монастырь Святой Агеды,вдовушка честная.Петухи никак запели,женушка родная?Петухи никак запели,вдовушка честная?– Да уже как раз и полночь,граф Арнау милый.Да уже как раз и полночь,Господи, помилуй!– Ну тогда хоть на прощаньеоблегчите муку.Ну тогда хоть на прощаньедайте же мне руку!– Да вы мне ее сожжете,граф Арнау милый.Да вы мне ее сожжете,Господи, помилуй!

Дама из Арагона

Есть в Арагоне юная дама,солнцу равная красой;кудри золотые вьютсядо земли у дамы той.(Ох, как искусно, Анна Мария,Ты крадешь сердец покой!)Кудри матушка ей чешет,взявши гребень золотой;каждый локон – загляденье,чудо – волосок любой,волосков атласные прядиоблегают стан прямой.Ей сестричка их заплетаетгладкой, ровною косой;косу крестная кропит ейароматною водой,а невестка перевиваетразноцветною тесьмой.С дамы брат очей не сводит,горд красавицей сестрой;с ней на ярмарку он едети, не стоя за ценой,серьги, кольца выбираетдля сестрицы дорогой,—от их тяжести платочекчуть не рвется кружевной,«Братец, братец мой! К обеднеты сходи, прошу, со мной!»В храм войдет – алтарь мгновенноблеск удваивает свой;капли розами расцветают,коль черпнет води святой.Место уступить все дамыей спешат наперебой;на полу сидят все дамы,ей же ставят стул резной.Капеллан, забыв молитвы,путает одну с другой;певчий вовсе умолкает,от смущенья сам не свой.«Кто ж она? Кто эта дама,столь прекрасная собой»?Скажет: «Дочь», – король французский,здешний – назовет сестрой.Кто не верит, пусть вглядитсяв башмачка узор цветной:арагонский герб с французскимон увидит пред собой.

Узники Лериды

Как в Лериде, славном граде,все узники вместе сидят,сидят и поют они песню,а было их сто пятьдесят.Их песню слушала дева,под окном тюрьмы затаясь.Они ее увидалии песню прервали тотчас.«Что ж, узники, вы не поете,иль вам помешала я?»«Ах, как же нам петь, сеньора?Темница наша страшна,сидим без воды и хлеба,гуляем в день только раз,и часто злой тюремщикгулять не пускает нас».«Ах, пойте, узники, пойте,—я скоро вызволю вас».И вот с мольбой о подаркеприходит к отцу она.«Дитя мое, Маргарида,чем я одарю тебя?»«Ах, батюшка мой родимый,ключи от тюрьмы мне дай!»«Дитя мое, Маргарида,не быть тому никогда:назначена казнь на завтра —им всем петля суждена».«Ах, батюшка мой родимый,пощаду милому дай!»«Дитя мое, Маргарида,кто милый твой? Отвечай!»«Ах, батюшка мой родимый,он высок, и рус, и удал».«Дитя мое, Маргарида,его прежде всех казнят».«Ах, батюшка мой родимый,пусть вешают и меня!»«Дитя мое, Маргарида,не быть тому никогда».Из золота были петли,перекладина – из серебра,вся виселица цветамибыла разубрана.Кто ни проходит мимо —нежный вдохнет аромат,и в память о бедном влюбленномслова молитвы звучат.

Моряк

Сидит на морском берегуюная дева,вышивает шелком платокдля королевы.Стежок кладет за стежком,проворна иголка…Работа к концу, да беда —больше нет шелка.Тут бригантина плывет.«Ах, ради Бога!Шелк не везешь ли, моряк?Дай мне немного!»Ей отвечает моряксильный и смелый:«Какой тебе надобен шелк,алый иль белый?»«Я вышиваю платокпунцовым шелком…»«Ну так взойди на корабль,выбери с толком».Запел моряк, и под звукиего напева,наскучив шелк выбирать,уснула дева.Корабль отплыл; тут онаот сна восстала:глядит вокруг, а земли —как не бывало!Берег родной от неегде-то далеко.В открытом море корабльплывет одиноко.«Верни на берег меня,о, сделай милость!Мне страшно в море, моряк!» —дева взмолилась.«Чтоб стала ты мне женой,взял на душу грех я…»«Нас три сестры, но былапрекрасней всех я.За герцога вышла одна,за графа другая,но стану, на горе себе,женой моряка я.Лишь бархат носят да шелкмои сестры ныне,а мне, видно, век щеголятьпридется в холстине».«Ты в золоте станешь ходить,жить будешь безбедно:отец мой – английский король,а я – принц наследный.Семь лет я тебя искал,прекрасная дева:я в Англии буду король,а ты – королева».

ДОН ЛУИС

Сколько б лет еще, галерник,я месил морскую воду,но любовь меня скрутила,и я вымолил свободу.Граф покаяться велел мнесразу, как сойду на сушу,но, еще на сходнях стоя,облегчил я свою душу.К тетушке иду сначала,наш старинный герб над входом.«Тетушка, да вы всё та же,не осилить вас невзгодам!»«Тот, кто это мог сказать бы,на семь лет к веслу прикован».«Тетушка, он – перед вами,и свободен от оков он.Тетушка, молю, скажите,матушка моя здорова ль?»«Дон Луис, она в могиле —горя-то ведь было вдоволь».«Тетушка, скажите, жив либатюшка мой? Что с ним стало?»«Дон Луис, давно ослеп он —слез-то пролито немало».«Тетушка, скажите, жив либрат мой? Вот бы повидаться!»«К маврам он попал в неволю,вряд ли ты увидишь братца».«Тетушка, а что с женою?Тетушка, ну хоть полслова!»«Замуж собралась мерзавка —стало быть, нашла другого.Завтра, говорят, венчанье —милость им нужна Господня…»«Тетушка, молю, скажите,дома ли она сегодня?»«Дома, говоришь, племянник…Дом она уже сменила,новый-то у самой церкви,у Святого Михаила».«Тетушка, сейчас уйду я.Плащ мне принесите старый,да у вас моя гитара,эх, отвык я от гитары».Песню он запел, и тотчасмуж проснулся беззаконный:«Вы послушайте, мой ангел,что за горестные стоны, —так могли бы петь сиреныили рыбы в море пенном…»«Ах, сеньор, при чем тут рыбыи зачем тут петь сиренам?!Вы нас разлучили с мужем,это он поет, горюя…»«Ах, так вот вы как, сеньора!Что ж, тогда его убью я».«Прежде вы меня убейте —мне одной не жить на свете!»Муж убит был ровно в полночь,женщина же – на рассвете.И когда, ликуя, душивыпорхнули прочь из тела,это были белый голубьсо своей голубкой белой.

Рамон Льюль

Песнь Рамона

Создатель жизнь в меня вложил,чтоб я добру всегда служил,а я во зле коснел, грешили гнев Господень заслужил.Христос мне Истину внушил,чтоб я в любви ко благу жил.Я исповедался с утра:покаяться пришла пора,дабы ступить на путь добра.Дана молитва мне, мудра,любовь, надежда – ей сестра,—и вот душа моя бодра,Я школу создал, духом яр,которой славен Мирамар:словам Христа да внемлет мавр.Где виноград растет и лавр,там слезный ток и вздохов жар,любя, принес я Богу в дар.Был мною людям разъясненвеликий Троицы канон.Бог-сын был Девою рожден,помазанником наречен,и, в человеке воплощен,сошел с небес на землю Он.Чтоб грешных чад спасти своих,смерть принял Иисус за них,в громах вознесся грозовых;и будет добрых Он и злыхсудить за все деянья их,не слыша жалоб никаких,К науке приобщась моей,всяк истину познает в ней,избегнет лжи, ее сетей:крещенье примут иудей и мавр,раскается злодей, вкусив науки новой сей.Взял крест и возлюбил я Ту,в ком Матерь грешникам я чту;я от нее помоги жду,когда вершу свою страду.Любовь в душе своей блюду,скорбя и радуясь, иду.Я беден, стар, гоним я тут,и мне не в помощь знатный люд;я взялся за великий труд,был путь мой и тернист, и крут,и вот как справедлив наш суд:меня не любят и не чтут.В любви, как в глубине морской,хочу найти смерть и покой,и мне не страшен никакойзлой князь, церковный иль мирской,хоть горько, что тиран такойсбивает с толку род людской.Пусть Бог нам вестника пошлет,чтоб подтвердил он, вестник тот,что Бог есть человек и родчрез Деву от людей ведет;да будет мне Она оплот,от преисподней да спасет.Хвала Тому, кто так велик!Когда б мой пыл Его достиг,чтоб свет Его в меня проник!Но может отвратить Он лик:грехи вершил я что ни миги сочинил я много книг.Где б ни был я, творить хочудобро, да мне не по плечу,и вот досадую, ропщу,а все ж, коль правде я учу,для книг своих я получуу Бога то, чего ищу.Молюсь, чтоб дал мне здравье Бог,свободу, радость без тревоги святостью меня облек,чтоб грех какой-то, иль порок,иль тот, кто гневен и жесток,власть надо мною взять не мог.Вели, Творец, земле своей,стихиям, травам, твари всеймне не вредить в юдоли сей.Пошли мне истинных друзей,всех праведней, мудрей, верней,чтоб славе я служил Твоей.

О праздности

О, праздный брат,что леностью объят,в подобье смерти ищешь ты отрад!Когда умрешь,как ты слова найдешь,чтоб оправдать бездельной жизни ложь?Увы! Мой слухк речам рассудка глух,и каяться не склонен праздный дух,стенать, тужить,чтоб милость заслужить,хоть знаю сам, что мне не вечно жить;да вот беда:чураюсь я труда,хоть создан, чтоб творить добро всегда.Когда ж и впредья буду в зле коснеть,придется мне за то в огне гореть!

Об уповании

Когда денница озарит востоки разоденется любой цветок,чтоб красоту его умножить могсвет упованья,я тотчас исполняюсь ликованьяи веры в благость той, кто Матерь мирозданья,и я спешуна исповедь и Господа прошуна путь меня наставить, коль грешу:да повелит,чтоб искупил я множество обид,что сам нанес, во зло себе и в стыд,тем, кто творит молитвы Пресвятой,врачующей добром и красотой;и верю: после исповеди тойвсяк грех уйдети больше на меня не нападет,раз Господу я честный дал отчет.