И одновременно с осознанием собственной исключительности Райли стремилась доказать подобным себе, что и среди них тоже не последняя. И тут-то неуверенность проявляла всю свою внушительную мощь. Они, богоподобные и могучие, иногда такое вытворяли, что волосы дыбом вставали. А Райли? Сидела мышкой в лабораториях да тратила жизнь на переезды.

В ресторан девушка прибыла с небольшим опозданием. Застревания в пыльных комнатушках, выделяемых свободным исследователям, к которым Райли себя причисляла, медленно, но верно развивали в ней агорафобию. Оттого теперь, очутившись в светлом помещении с зеркальным потолком, под которым собралось большое количество людей, она ощутила себя некомфортно и даже испугалась. Однако растерянность быстро прошла, когда её повели к нужному столику.

– О, должно быть, мистер Питер Кремс отошёл в уборную, - указывая девушке на пустующие стулья, сообщил метрдотель.

Райли поблагодарила кивком и села. Приподнятое настроение сулило превратить вечер в нечто особенное. И он действительно стал таковым, вот только романтика улетучилась в первую же минуту.

– Желаете что-нибудь, мистер Кремс?
– спросил проходивший метрдотель.

– Позже, приятель, - был ответ, и за столик пристроился Фрай.

Пальцы Райли стиснули платье, а затем невольно потянулись к клачу, в котором не оказалось верного пистолета.

– Ты не Питер Кремс.

– Да? А тот славный малый считает, что мне это имя подходит, - выпалил Фрай.

Кажется, неугомонному просто некуда было надевать свой новомодный фрак, и он нашёл ему применение.

– Но меня приглашал Питер, - девушка могла поклясться, что её телефон не ошибся с определением номера.
– О Боже, ты же не убил его…

– Нет, конечно. Расслабься ты.

Райли облегчённо вздохнула. Часто, открывая способность к возрождению, счастливчики начинали бережливо относиться к людям, которым не так повезло. Правда, случалось и наоборот: возгордившись, “избранные” полагали простых смертных недостойными их внимания, а потому легко могли сломать их судьбы и жизни.

Райли молча поднялась, но тут же предостерегающий возглас Фрая заставил её замереть.

– Эй, остынь, - он бесстрашно глядел в раскрасневшееся лицо девушки.
– Если ты сейчас уйдёшь, произойдёт трагедия. А потому… глубоко вдохни и выдохни.

– Ты не мой тренер по фитнесу, чтобы указывать мне!

– Значит, люди должны быть тренерами по профессии, чтобы указывать тебе?
– активно изламывая брови и шевеля пальцами, издевался Фрай. Заиграл с ножом, подбрасывая и ловя его. – И всё же лучше не убегать. Я… неловко признаваться… заминировал всё здание, и если ты уйдёшь, то знатно подпортишь барыгам вечер.

– Ты обманываешь.

– Проверим? – бесстрашно выпалил наглец, вскидывая подбородок вверх. – Скольких людей может убить женская прихоть?

– Этих людей убьёшь ты, а не я, - не сдавалась Райли. Для наглядности сложила руки на груди и нахмурилась. Лишь бы спрятать накативший ужас от звука щёлкнувшей мышеловки.

– Ну да. А ты потом будешь думать, что могла всех спасти, но не стала. Представь, я такой на кнопочку – чпок! И вокруг всё такое – бах! И кругом крики, паника, разруха и депрессуха. И кишочки на люстре.

Девушка раздумывала над ситуацией с десяток секунд. Кто знает этого чудика, вдруг не солгал? Райли не была азартной, а потому рисковать не осмелилась.

Всё же следует попробовать запереть Фрая таким образом, чтобы он никогда не сбежал. Опасный для общества психопат разгуливает на свободе, да ещё так открыто! Почему его портрет до сих пор не висит на каждом столбе каждой улицы стран мира? Ах да, потому что пришибленные моралисты прибегали с лозунгами: “Ну они же тоже люди, просто не понятые из-за своих уникальных способностей! Проникнитесь их положением!”. Удивительно, но многие люди верили, что ударившиеся в преступления “бессмертные” вели себя так из-за давления общества! Сколько статей было напечатано на тему притеснения воскрешённых. Сколько ток-шоу проведено с целью узнать, имеют ли право неубиваемые отказываться от опасных для других людей должностей, потому что не хотят терпеть боль при смертях. Сколько бестселлеров продалось миллионным тиражом, в том числе ненавидимый Райли сборник соплей “Бессмертный поцелуй бессмертия”.

– Серое платье тебе не идёт. Слишком подчёркивает твою индивидуальность, - дождавшись, пока девушка сядет, заявил Фрай.

Райли зависла от фразы. И мысленно пообижалась за оскорбление в адрес почти единственного платья в гардеробе.

– Ума не приложу, почему ты ещё здесь? – гневно выдала она. – Если я тебе не нравлюсь, давно бы отвял.

– Я вроде бы объяснял самым адекватным способом, на какой способен.

– Я не слушала.

– В письме, - добавил разносчик неприятностей. Райли равнодушно разглядывала бокал и переворачивала страницы меню, не смотря в него. Всё равно в отместку закажет самое дорогое блюдо.
– Потому что перспектива впечатляющая. Понимаешь? Ты не можешь нравиться людям такая, какая есть сейчас. Но какой ты станешь в руках искусного мастера! Как подумаю, аж качать начинает!

Райли резко захлопнула меню. Поблёскивавшие во рту Фрая золотые зубы распаляли её больше, а он ещё постоянно лыбился.

– Все эти крали среди бессмертных так хороши, но они законченные произведения. Каждая в завершённой форме. А ты… сыренькая, рыхленькая…

– Ты просто мастер комплиментов, - закатила девушка глаза.

– Комплименты – это иллюзия! За ними всегда читается: “Люби меня, люби!”.

Их прервал официант. Райли исполнила коварный план по заказу дорогих блюд и с самодовольством посмотрела на Фрая. И тут же его безмятежность и непосредственная радость разбили предчувствие сладкой мести. Девушка вдруг почувствовала, что занимается детскими играми и дурачеством в присутствии взрослого человека. И кого? Психопата без извилин в голове! Ну и кошмар так думать!