И на всю эту кутерьму спокойно... нет, не спокойно - со сдержанным восхищением, с холодным восторгом и, пожалуй, с еле заметным любопытством смотрел, не поднимаясь, щегольски одетый садовник с выразительными черными глазами и черной бородкой, аккуратно окаймляющей бледное лицо.

Вашингтон,округ Колумбия

Сентябрь 1993 года

День первый

17:10

Если бы Дэйна Скалли регулярно читала гороскопы, она наверняка обратила бы внимание, что в этот четверг, по странному стечению обстоятельств, их обоих ее и коллегу Фок-са Малдера - ожидает день, благоприятствующий установлению интимных отношений. Факт сам по себе примечательный, ибо Фокс и Дэйна были совершенно не похожи друг на друга - что по знаку Зодиака, что по внешности, что по характеру. "Ах, конечно!
– скажет умудренный жцзненным и литературным опытом читатель.
– Знаем-знаем: противоположности сходятся". Опровергнуть это утверждение сложно - несмотря на всем известный факт существования близнецов. Однако если наш читатель призадумается... он, возможно, обратит внимание на занятное обстоятельство: два сравниваемых человека редко оказываются такой уж окончательной противоположностью. Хоть какие-то общие черты у них наверняка обнаруживаются даже при не очень внимательном изучении.

В данном случае, то есть у наших героев, общих черт было, по-видимому, три: незаурядный интеллект, почти клиническая порядочность и место работы, а именно - Штаб-квартира ФБР в Вашингтоне. Оба, представляясь, автоматически произносили одно и то же интригующее словосочетание: "Специальный агент ФБР". Оба занимались секретными материалами, допуск к которым из девяти руководителей отделов Федерального Бюро Расследований имел только один. В остальном же...

Малдер внешне всегда был спокоен, как удав. Дэйна, если нервничала, не способна была скрыть этого даже от собственной домашней черепахи. Правда, по стенкам мисс Скалли бегала только в отсутствие посторонних. Отец, капитан военно-морских сил США, очень старался воспитать в дочери сдержанность.

Кстати, Малдер, как правило, любых посторонних игнорировал, не прилагая для этого ни малейших усилий.

Далее, Скалли с детства - опять же по настоянию отца - приучила себя систематизировать свои мысли и записывать не только окончательные выводы, но и ход рассуждений. Откуда выуживал собственные умозаключения Фокc, он не смог бы объяснить, даже если бы ему пообещали Нобелевскую премию. Единственно возможным описанием процесса его мышления было следующее: сначала в голову агента Малдера загружалась информация, а потом там же сам по себе появлялся ответ на формулируемый впоследствии вопрос.

Дэйна - вопреки дисциплине и логике - под влиянием минуты сначала действовала, а потом думала. Малдер в импульсивных действиях ни разу уличен не был. Сталкиваясь с непрофессионализмом, нечестностью, злоупотреблениями и так далее, он морщился, а затем предпринимал тихие, но эффективные действия, которые: а) приводили к требуемому результату; б) снижали до минимума возможность повторных встреч с раздражающим лицом. Скалли в аналогичной ситуации реагировала по типу "стингера". И если, стартовав, она проносилась мимо Фокса, тот - создание меланхоличное - безошибочно успевал перехватить разбушевавшуюся коллегу, невзирая на скорость, реактивный выхлоп и количество задействованных боеголовок.

Список можно было бы продолжать до бесконечности, но мы добавим для полноты картины еще одну только маленькую деталь: Фокc и Дэйна соответственно брюнет и блондинка. Да и кроме того, Малдер - мужчина, а Скалли... Вот именно. И если вы к тому же подумали, что наши герои относятся друг к другу с нарастающей симпатией, вы совершенно правы.

Так вот, вернемся к гороскопу. Прогноз оправдался блистательно: Дэйна Скалли и Фокc Малдер встретились в четверг рано утром и провели весь день вместе, рука об руку, плечо к плечу. Их свидание проходило под знаком близких, пожалуй, даже интимных отношений с американской системой судопроизводства. И когда этот день наконец закончился, мужчина и женщина вывалились из здания суда, чувствуя себя совершенно затрах... простите, утомленными.

– О-о-о! Я уже забыла, что такое день в суде.

Фокc пристроил на крышу машины тяжелую стопку справочников по юриспруденции и полез в карман за ключами.

– Это одна из причин, почему надо бегать за нормальными пришельцами и оставить в покое отечественных сумасшедших. Инопланетяне в суд не потащат, наставительно сказал он.

Дэйна Скалли взялась за ручку на дверце машины и укоризненно посмотрела на Малдера:

– Эй, здесь открыто!

– Что?

– Машина не заперта, - пояснила она.

– Странно, - растерялся он.
– Я помню, что запирал.

– Ну, если запирал - тогда заводи новый секретный материал. Дело о зелененьких открывателях дверей.

Они одновременно плюхнулись каждый на свое сиденье и хлопнули каждый своей дверцей. Малдер вертелся, пристраивая поудобнее затекшие от долгого сидения конечности, как вдруг услышал удивленное восклицание Скалли:

– Смотри-ка!

На панели, прижавшись боком к лобовому стеклу, лежал маленький прямоугольный предмет. Аудиокассета в прозрачном пластиковом футляре. Послание от неизвестного...

– Я же говорил, что запирал машину!
– не преминул напомнить Призрак. Интересно, что здесь записано? Ставлю десять к одному, что танцевать под запись не придется.

Он затолкал кассету в магнитолу и нажал кнопку.

"Приветствую вас, агент Малдер", - произнес незнакомый голос.

Фокc и Дэйна переглянулись. Что это еще за дурацкие шуточки?

"Шесть месяцев тому назад британскому министру Ричарду Эберкромби начали угрожать расправой".

Голос был женский. Низкий. Немного вкрадчивый. С ненавязчивой, но отчетливой насмешечкой.