Ему пришлось прервать свою миленькую маленькую речь, потому что на его щеку приземлилась увесистая пощечина.

– Как ты смеешь, мать твою? – шиплю я. – Когда ты попытался задеть меня этим в первый раз, я решила не зацикливаться, но снова заговорить об этом?.. Кроме тебя, Брэнтли был единственным мужчиной, с которым я спала!

Это заставило его замолчать. Однако я не могу удержаться от продолжения:

– Я должна была сидеть и ждать тебя, мистер Высокомерная Задница? Забавно, потому что я действительно это делала! После шестнадцати лет без мужских прикосновений я сдалась на одну дурацкую ночь, которую едва помню. Скажи, что все это время ты хранил целомудрие, и я закрою свой чертов рот!

Я уже давно перешла на повышенные тона, так что сейчас орала, сложив руки на бедрах.

Он снова помалкивает.

– Так я и думала. Спасибо за бургер и текилу!

Протискиваюсь мимо него и иду на парковку.

Я сдерживаю слезы, пока не добираюсь до своего грузовика, но как только оказываюсь внутри, позволяю им пролиться. Как я могла позволить своему телу вот так захватить мой разум? Боже, я женщина, а не девочка-подросток, неспособная контролировать свои желания. Но наша страсть была настолько реальной, что казалось, будто и не проходило стольких лет.

Я до сих пор ощущаю его губы и руки на себе. Самое отвратительное, что если бы он не доставал меня Брэнтли, то я, вероятно, позволила ему взять меня прямо там, у стен паба.

Мы не могли контролировать себя, когда были моложе, целовались и трахались где только можно. Но я свято верила, что теперь, будучи взрослыми, мы сможем держать руки при себе. Но нет. Похоже, наши тела хотели соединиться, как и раньше.

А то, что я не была с другим мужчиной, ну или с тем, кого помнила, серьезно мешало моему либидо.

Понимая, что в таком состоянии не должна садиться за руль, прошу забрать меня Кирианн. Мы катаемся по городу Бог знает сколько времени из-за моего нежелания возвращаться в пустой дом. Заглядываем к Майки, где я выпиваю еще немного, и наконец, словно в тумане, подруга везет меня домой.

Мы подъезжаем к моему двору, где я сразу замечаю фигуру на крыльце. Сердце выпрыгивает из груди, когда тень поднимается и двигается к машине.

– Это же...

– Да, – сквозь сжатые губы перебиваю Кирианн.

Я узнаю эту походку и выхожу из машины, хлопнув дверью.

– Спасибо, Кир. Позвоню тебе завтра, – прощаюсь с подругой через открытое окно.

Она кивает и уезжает, а я резко поворачиваюсь к Габриэлю.

– Пришел, чтобы еще немного поиздеваться? – прикрикнув на него, прохожу мимо и поднимаюсь на крыльцо.

– Чарли... – устало протягивает он.

От него исходит запах алкоголя, он еле плетется, когда пытается меня догнать.

– Я облажался... – невнятно бормочет Гейб.

Он добирается до крыльца и плюхается на плитку.

– Ты напился? – спрашиваю его, открывая входную дверь.

– Я все испортил, Чарли, – печально говорит он, ложась на крыльцо.

– Черт возьми, Габриэль, вставай, – подхожу к нему и пытаюсь поднять с земли. Но мужчина слишком тяжелый, чтобы мне это удалось, даже если я очень сильно постараюсь.

– Просто оставь меня здесь. Я не заслуживаю твоей доброты, конфетка.

Он переворачивается на спину и ласкает мою щеку. Мое сердце оттаивает от боли в его глазах.

– Пошли. Давай, я сделаю тебе кофе. – Обхватываю его ладонь.

Он закрывает глаза от моего прикосновения и медленно поднимается на ноги. Я успеваю его поймать, когда он спотыкается, закидываю его руку себе на плечо и обнимаю за талию.

– От тебя пахнет мужиком, – разгневанно лопочет он.

– Мы с Кирианн заглянули к Майки.

Интересно, помнит ли он его?

– К этому придурку, – выплевывает мужчина.

– Этот придурок был одним из твоих лучших друзей, Габриэль. И мой друг до сих пор. Не будь таким засранцем.

Я завожу его на кухню, чувствуя, как его тело напрягается.

– И все же... – невнятно произносит он, – мне не нравится, что он крутиться вокруг моей женщины.

– Я уже давно не твоя женщина, Габриэль.

Свалившись с одного из моих кухонных стульев, он с громким стуком ударяется головой о мой стол.

– Гейб! – подбегаю к нему. – Вставай!

Я встряхиваю его, и он медленно поднимает голову, встречаясь со мной глазами. Печаль и боль крутятся в великолепной синеве.

– Я пытался хоть как заглушить боль, Чарли. Все время. Сейчас я встречаюсь с психотерапевтом. Тот день... Я никогда его не забуду. Я никогда не забуду выражение твоего лица...