Озеран положил руку на плече академику.

– Михаил Иванович, нам необходимо срочно увидеть эту шкатулку шестнадцатого века!

– Но, Юрий Александрович, как я понял, Вас интересует эпоха Чингисхана и его потомков, но, видите ли, эта шкатулка никакого отношения к этой великой эпохе не имеет.

– Ошибаетесь, Михаил Иванович, имеет отношение, и самое непосредственное!

Лицо профессора стало серьезным, он поправил очки и официальным, как на экзамене, тоном произнес:

– Потрудитесь объяснить, студент Озеран, какое отношение имеет шкатулка Хорезмских мастеров шестнадцатого века к эпохе Чингисхана и чингизидов?

– Позвольте мне, профессор, посоветоваться с моим товарищем Остапом? – спросил Озеран.

– Да уж, советуйтесь, только не долго: у меня много работы в саду!

Озеран отвлек Остапа в сторону.

– Понимаешь, Ося, академик – спец по истории Монголии и Чингисхану, даже древний монгольский язык знает, письмена читает; без такого человека нам Хана не найти – надо ему все рассказать и привлечь к поискам Галлиулина. Собственно, мы ничем не рискуем! Какой здравомыслящий человек поверит, что студент телепортировался и путешествует где-то в двенадцатом столетии? Если не поверит, то посмеемся вместе с ним и уйдем восвояси. Главное мы знаем, что шкатулку и следы Хана нужно искать в Томске.

– Да ты прав, Юра, профессор нам пригодиться! Мне кажется, что Пастухов человек увлеченный, – такие верят во все необычное и странное, он не будет отрицать возможность телепортации сразу – захочет все проверить сам. Только скажи мне, почему экспедиция восемьдесят шестого года раскопала "Мобилу Чингисхана", когда он телепортировался в двенадцатый век много позже?

– Ничего странного, Остап, в этом нет. Если наш Хан телепортировался в двенадцатый век, то его след в истории прослеживался много веков вплоть до нашего времени. Эту мобилу могли найти и в четырнадцатом веке, и в девятнадцатом, и в любом другом. Так или иначе, сейчас мы воспринимаем нашу действительность и историю с учетом следа Чингиса Галиуллина, ибо, как он часто мне напоминал, каждый из нас сегодня делает совокупное будущее грядущих поколений.

Друзья подошли к профессору.

– Михаил Иванович, эту самую шкатулку Хорезмских мастеров в Московском антикварном магазине год тому назад купил студент-историк Чингис Галиуллин, – сказал Озеран. – Прошу Вас, сейчас не задавайте никаких вопросов, а сначала выслушайте меня.

– Извольте, – недоверчиво произнес Пастухов. – Присаживайтесь за стол, я Вас слушаю.

Озеран подробно изложил историю студента Чингиса Галиуллина.

Во время всего рассказа профессор не проронил ни слова, только по мере изложения его потухшие глаза все больше и больше наполнялись ярким светом, который бывает только у путешественников, изобретателей и ученых перед открытием неизведанного.

Озеран вытер ладонью запотевшее лицо, прихлебнул из кружки виноградный сок и усталым голосом сказал:

– Я все рассказал Вам, профессор! Вы поможете нам встретиться с академиком Курбановым?

Профессор вскочил из-за стола и заметался по саду.

– Невероятно! невероятно, молодые люди! Телепортация в прошлое! Какие неограниченные возможности для науки! Немедленно, немедленно едем в Томск!

– Так вы согласны нам помочь? – в унисон воскликнули Остап и Озеран.

– Немедленно! немедленно в Томск, к Курбанову! – восклицал академик Пастухов. – Немедленно в Томск! Немедленно в Томск!

– Немедленно собираемся, – взволнованно повторял Пастухов, – и мчимся в Томск, к профессору Курбанову Алиму Гургеновичу. Он – первая величина научного мира по эпохе Чингисхана! Можете в этом не сомневаться!

– Вы правы, – поддержал профессора Остап, – надо ехать в Томск и первым делом удостовериться, что шкатулка хорезмских мастеров, найденная археологами в Бурятском кургане, принадлежит студенту-историку Чингису Галлиулину, находящемуся сейчас в двенадцатом веке, – примем эту рабочую версию, пока, без доказательств.

– Сколько Вам нужно на сборы! – спросил Пастухова Озеран.

– Не более тридцати минут!

– Михаил Иванович, ровно через час мы за Вами заедем!

– Жду, жду! только не мешкайте, ехать надо немедленно!

Остап и Юра Озеран вышли из профессорского двора на улицу.

– Вызываем такси, – сказал студент-историк, – едем к тебе, Остап, затем возвращаемся за профессором, и прямиком в Симферопольский аэропорт. До Москвы лететь часа три, а потом еще часа четыре до Томска. Если повезет, и везде успеем вовремя, то завтра утром будем в славном Томском университете у академика и профессора Курбанова Алима Гургеновича. Кстати, Остап, учебник по археологии, по которому я учусь в университете, написал именно этот прославленный академик-археолог.

– Замечательно, Юрок, замечательно, – задумчиво произнес Остап, такси – это замечательно! Но есть, друг мой, и другие варианты! – он достал из кармана мобильный телефон, набрал номер и сказал:

– Костик, большой привет! Ты мне срочно нужен! Есть время?

– Для тебя, Остап, у меня всегда есть время! Куда подъехать?

Остап назвал адрес.

– Буду через десять минут.

– Жду, Константин!

Ровно через десять минут к калитке профессорского дома подъехал белый кабриолет, за рулем которого сидел армейский товарищ Остапа Костя Тупикин.