– Я знаю, как все обстоит с Эйнаром, – говорит она, чтобы успокоить его, и он, похоже, немного расслабляется.

– Как давно вы у нас в городе? – спрашивает Эльза.

Матиас вроде как собирается ответить, но потом показывает в сторону дверей.

– Может, вы войдете? – предлагает он. – Я не хочу быть виновным в том, что вы получите воспаление легких, стоя на сквозняке.

Эльза уже действительно начинает замерзать, поэтому следует за ним в церковь. Судя по всему, он мыл алтарь тряпкой, когда она пришла. Что ж, дело хорошее…

– Вы ничего не хотите выпить, госпожа Кулльман? – спрашивает ее Матиас.

Она начинает качать головой, но потом передумывает. В любом случае ей все еще холодно.

– Я как раз собирался приготовить кофе, – говорит он, как бы читая ее мысли, и Эльза улыбается.

– Это было бы очень кстати, – признается она.

Эльза бывала в рабочей комнате Эйнара в часовне множество раз, однако то же самое помещение нынче выглядит совсем иначе. Оно чисто прибрано, все аккуратно разложено по своим местам, и нет ни следа от легкого запаха спиртного, который ранее присутствовал там постоянно.

Молодой пастор заваривает кофе и выдвигает стул для Эльзы. Она садится на хорошо знакомое ей жесткое сиденье и ждет, пока тот прохаживается по комнате, перекладывает какие-то бумаги и поправляет занавески. Ей нравится наблюдать, как он по-хозяйски ведет себя.

– Это ваше первое назначение? – спрашивает Эльза пастора, наливающего кофе в маленькие, видавшие виды чашки Эйнара.

Тот улыбается, ставя одну из них перед ней.

– Вы можете обращаться ко мне на «ты», госпожа Кулльман. Если хотите, естественно, – предлагает он.

– Ты можешь называть меня Эльзой, – говорит она и улыбается. У нее возникают чуть ли не материнские чувства по отношению к нему, молодому священнику с мальчишеской внешностью, пусть он не может быть младше более чем на десять-двенадцать лет ее самой.

– А где сейчас Эйнар? – спрашивает Эльза, поднимая чашку к губам. Кофе вкусный, крепкий и горячий. Лучше того, который обычно готовил Эйнар.

– Он сейчас спит в пасторском доме, – отвечает молодой священник. – Я думаю… хм… думаю, к сожалению, вчера вечером он влил в себя больше, чем обычно.

– Пожалуй, хорошо, что у него появился такой помощник, как ты, – говорит Эльза.

– Постараюсь разгрузить его так сильно, как смогу, – уверяет молодой пастор. У него серые глаза, замечает она с близкого расстояния, но зрачки обведены темными кругами. Пожалуй, именно из-за глаз он выглядит таким очаровательным. Они большие и круглые, как у ребенка; благодаря им он кажется моложе, чем наверняка есть на самом деле.

– Для чего ты искала Эйнара? – спрашивает пастор. – Пожалуй, я смогу помочь тебе вместо него.

«Да, пожалуй, он сможет», – думает Эльза.

Прежде Эйнар помогал ей с некоторыми городскими делами. Призывать к порядку мужчин, обращающихся со своими женами неподобающим образом, оказывать поддержку тем, кто терял близких, и тем, кто нуждался в беседе. Он никогда не был особенно резок, имел доброе сердце и искренне верил в Бога. В последние годы, однако, пьянка стала забирать у него слишком много времени и сил, и ей пришлось взвалить на свои плечи большую часть их некогда общей ноши.

– Одна из самых старых женщин городка, Агнета Линдберг, тяжело больна, – начинает Эльза. – Ее конец близок.

Пастор смотрит внимательно на нее.

– Сколько ей лет?

– Шестьдесят семь, – отвечает она. – У нее рак. В животе. На нее сейчас очень тяжело смотреть. Она всегда была крупной, сильной женщиной с широкими плечами и громовым голосом, но теперь напоминает скелет и не встает с кровати. И она боится, – продолжает Эльза. – Думаю, ей необходимо поговорить с кем-то, кто смог бы прогнать ее страх. Дело не в самой смерти, она боится за… да.

Матиас молча кивает. Его большие светло-серые глаза не отрываясь смотрят на нее, и она чувствует, как ей становится легче на душе.

Она может положиться на него. Он в состоянии помочь ей.

– Она боится грядущего, – заканчивает пастор фразу Эльзы. – И ты хочешь, чтобы кто-то взял бедную женщину за руку и развеял ее опасения. Побеседовал с ней о мире, где она окажется после смерти, о нашем Отце Небесном, который сам встретит ее.