Хочется отстранится! Хочется взвыть от потрясения! Выругаться грубым матом на весь проклятый мир! И бежать прочь без оглядки.

Вот я дура! Как же раньше не догадалась?!

Боже! Что это??

Невозможно, невероятно, противоречиво!

Это действительно был он.

Мой босс.

И он только что бессовестно трахнул меня пальцем в клубе для богатеньких извращенцев.

Но самое главное… это он купил мою девственность.

(P.S «Хабиби» в переводе трактуется «любимый, или любимая». Можно применять данное слово как к мужчине, так и к женщине. Например, есть такая песня «Habibi Ya Nour El Ain» - Любимая, ты свет моих очей…»)

ГЛАВА 2.

Спустя месяц.

— Всем п-привет. Меня зовут Марина. И у меня вот такая вот проблема… — Робко опускаю глаза в пол, сжимаю руки на краях юбки, жутко стесняюсь. — И я до одури люблю своего босса.

— Привет Марина! — бурные аплодисменты посыпались со всех сторон.

— Расскажи подробней о своей проблеме. Вкратце, желательно. Почему ты здесь? — попросила Альбина Иосифовна, мой новый коуч-тренер и психолог.

— Подробней? Хм… — задумалась, прикусив губу, — Я работаю на него всего несколько недель. А вкратце — Он. Сущий. Дьявол.

Зал дружно загудел. Кое-кто даже присвистнул от удивления.

Ещё бы! Это вам не порошочек нюхать, это куда более острая проблема!

Моя проблема действительно уникальна. И я считаю, что мой случай особенный. Вот скажите пожалуйста, есть ли среди ваших знакомых человек, который бы днём «дрался» со своим шефом, а ночью трахался?

Учитывая тот факт, что шеф ни черта не знает, что он имеет дело с одним и тем же человеком.

— О, как! А вот это уже интересно! — Альбина живенько встрепенулась.

— Но я его люблю! — Чуть громче, выдала практически с воплем отчаяния.

Да! Люблюююю, гада! Грубияна, неотесанного, властного барана! Который, то унижает меня, то ласкает так по-животному, что хочется выть до разрыва гортани!

Именно поэтому я вступила в клуб отчаянных и зависимых. В клуб для людей, страдающих зависимостью. Анонимный. Некоторые вон даже из них наркоманы с приличным стажем. Что я тут делаю? Да тоже страдаю! Потому что больше ничего и не остаётся.

А всё потому, что моя история очень сложная и практически невозможная.

Я веду двойную жизнь. Играю две роли.

Днём — гадкая утка-невидимка, а ночью… вульгарная путана, приторговывающая собственным телом.

— Я трясусь, страдаю, даже локти кусаю! А он меня ни во что не ставит! — Ну вот, понеслось.

К чёрту всё! Накипело! Из меня сейчас прёт, как из водонапорной башни.

Долго же дермецо копилось.

— Браво! — Неожиданно, Альбина вскочила с места и принялась аплодировать, — Похлопаем за такие искренние чувства! — Зал, конечно же, подхватил. — Не держи в себе эту боль, дорогая, поделись с нами!

— Давай, Марина! Мы одна команда, в одной телеге, так сказать. Не сдерживайся. — Радушно поддержал темноволосый парень в застиранном свитере с бейджиком «Гриша» и заплывшим лицом, как у гнома.

Гришу разобрали на тренинге прямо передо мной. Он уже вот как неделю не пьёт. А чтобы не сорваться, чтобы как-то отвлечься — вышивает крестиком.

Чудесно! Я прям попала в свою стихию.

А я вот, чтобы не сорваться, когда прихожу домой, избиваю подушку и метаю дротики в фотографию своего персонального Дьявола, которую выдрала из журнала, где он красовался в новеньком смокинге от «Армани».

Мне тоже хотелось ойййй как нажраться! Ещё давно. С первого дня, как пришла работать в компанию «De.Vil Industry», но некогда было, да ещё и с аллергией на спиртное это было бы практически невозможно. Новый босс меня так загонял, что я, порой, ни ног, ни рук не чувствовала. А всё потому, что круглосуточно на него упахивалась. Он, правда, об этом не догадывался. Что именно круглосуточно… Он знал меня лично как серую мышь, вкалывающую в его подсобке от заката до рассвета, чтобы оплатить ту треклятую вазу династии «Хрень», которую ему подарил на именины сам Джеки Чан, чтоб его.

А я… ну конечно же я её разбила! Когда полезла на шкаф за документами.

Во всем виноват мой маленький рост и «сверхспособность» притягивать неприятности. К тому же, вся эта «веселая красота» случилась в мой первый рабочий день.

А в остальном… я была для него, богатого, напыщенного мажора, обычной игрушкой. Днём — «девочка на побегушках», ночью — «девочка я буду трахать тебя жёстко».

— Не могу находится с ним рядом. — Решаюсь открыться публике. — От его вида меня лихорадит. Не понимаю, что со мной! Я блин реально чувствую себя неизлечимым наркоманом! — Едва ли не рыдая, все-таки осмелилась пожаловаться «братьям и сёстрам по несчастью». — О, эти глаза… в них хочется захлебнуться! А этот голос… Я бы душу Сатане продала, за возможность слушать его каждый день, как любимую песню. Даже на диктофон себе записала и поставила на будильник. А что! Так ведь веселее просыпаться, под «бодрящие оры», звучащие будто из недр самой Преисподней: