– Понимаю. Любовь постоянно расстраивает наши планы. Я посмотрю, что смогу сделать. Но мне нужно для начала поговорить со святым отцом. Уверен, он исполнил вашу просьбу. Хотя это не вполне в его компетенции.

– Спасибо.

– А вы тем временем дождитесь меня. И давайте условимся. Никаких попыток суицида. А я сделаю так, что вам не будут колоть успокаивающее.

– Когда вы вернётесь?

– Думаю, завтра уже что-то смогу вам сказать. Или послезавтра. Много работы. Но ваше дело возьму на заметку особо, Эльза.

– Спасибо. Я вас очень прошу, он не оставит меня. Он явится за мной. Ему просто нужно время, я уверена.

– Всё будет хорошо. Мы во всем разберемся, – Михаил приподнялся. – А теперь мне нужно идти. Очень был рад нашему знакомству.

– Я тоже.

Закрыв дверь, священник увидел доктора, стоявшего возле окна. Взгляд у того был отрешенный, задумчивый. Михаил подошёл и аккуратно взял его за локоть. Александр Петрович вздрогнул.

– Послушайте, Александр Петрович. Я бы хотел вас попросить не давать ей без особой надобности успокоительное. Я поговорил с ней и уверен, что она меня послушает.

– Но она больна. Три попытки суицида.

– Слово Божие не слабее врачебного. Послушайте меня, не торопитесь. Дайте ей время. Конечно, если она сорвётся, у вас полное право применить ваши методы, но лишь в том случае, если она сорвётся. Я хочу завоевать её доверие. И потому дал обещание. Вам это понятно?

– Да, понятно.

– Хорошо. А теперь проведите меня к выходу. Очень у вас тут всё запутанно, боюсь потеряться.

***

Храм Николая Чудотворца был небольшим, деревянным и бедным. Равно как и район. То есть он вполне соответствовал своему месту, не выделяясь и сближаясь в лучших традициях общественных правил. Хотя было в этом и позитивное. Ведь храм Божий всегда должен возвышаться над общим миром.

Михаил припарковал «ягуар» и вышел из машины. В воздухе пахло канализацией, свежей землей и еле доносящимся ладаном. Он посмотрел на покосившийся забор. Видимо, охраны тут тоже не было. Хотя уже три года как все церкви Москвы обязали обзавестись охраной. Войдя в калитку, он перекрестился.

В храме кроме двух старух, выбирающих свечки подешевле, никого не было. Батюшка, по всей видимости, был в покоях, полностью доверившись своей помощнице, бойко рекомендовавшей самый наилучший восковый вариант для поминания усопших. Михаил встал перед стеклом с церковными товарами. Ценник был немного ниже, чем везде. Но установленную планку не перебивал.

Сзади тихо подошёл послушник. Михаил выпрямился. Почти все, кто работал в церкви, имели свойство передвигаться бесшумно, а потому он научился без труда угадывать даже столь тихое движение.

– Я вам могу чем-то помочь? – тихо спросил подошедший.

Михаил развернулся и показал удостоверение:

– Мне нужен иерей Александр.

– Подождите тут, я сейчас спрошу, может ли он выйти к вам.

– Только быстрее, у меня мало времени, – попросил Михаил.

Александр Петров, иерей храма Николая Чудотворца, был невысок, на удивление крепко сложен, с еле-еле заметным начинающимся ожирением. Михаил сразу узнал его, так как фотография в досье была свежей. Подойдя к Михаилу, иерей поздоровался.

– Чем могу помочь особому отделу? – спросил он.

– Предлагаю выйти на улицу, – сухо заметил Михаил. – Церковные дела мирскому населению знать без надобности.

Александр согласно кивнул и рукой указал на небольшую дверь, по всей видимости, ведущую во внутренний сад – обязательный элемент при любом районном храме. Михаил обернулся на старух, они всё же смогли выбрать нужные свечки.

– Если честно, я немного удивлен вашему визиту. Нас нечасто посещают столь высокие гости, – начал Александр, едва они вышли в сад. – Неужели в нашем тихом районе завелись сектанты?

– Мы не только с сектантами работаем, – буднично заметил Михаил, – к нам все инакомыслящие попадают. Или, что хуже, неверующие. Впрочем, есть и третья категория, так называемые одержимые.

– Одержимые? – поднял брови Иерей.

– Естественно, куда ж без них, – Михаил сделал грустное лицо. – У вас ведь таких нет?

Александр ничего не ответил, лишь внимательно смотрел своими крупными черными глазами, пытаясь определить – прозвучал ли вопрос с угрозой. Почувствовав это, Михаил привычно взял его под локоть.

– Прошу прощения, святой отец, но к вам меня привело дело. Если я не ошибаюсь, в вашу обитель обращалась некая Эльза, которая просила одного из ваших послушников помочь ей с изгнанием.

– Но мы не оказываем подобных услуг. Это противозаконно.

– Я понимаю. Для каждого ведомства своя задача, – Михаил вздохнул. – Я пришел не для того, чтобы выяснять противозаконность ваших действий. Вы прекрасно понимаете, что мы работаем лишь с мирским населением. Я лишь хочу поговорить с вашим человеком. Девочка очень больна, надо понять, насколько всё серьезно. Может быть, это вам поможет вспомнить.