Шрифт:
Хотят построить защиту? Разве способны... против такого?
"ЯЖИИИИИИВВВВВВ!"
Водопад янтарного гудящего пламени захлестнул тело, вспорол стену воронки, и, как вихрь, разметал снежинки. Я не почувствовал боли – мое тело мгновенно окутал голубоватый сияющий кокон, за пределами которого сущности начали вспыхивать, растворяясь в огне мимолетными искорками.
А потом все разом исчезло, пронеслось, и осталась только бесцветная, выжженная пустота...
Из ее глубин выплыли огромные лица – десяток лиц с гротескно растянутыми и смазанными чертами, будто отраженными в кривом зеркале. Одно было смутно знакомым, я как будто видел его недавно. О черт, ну конечно же – Грануаль! А прочие лица. Да я же помню, помню где их видел – тогда, в самом начале… когда я висел в пустоте, именно эти лица взирали на меня! И они выдернули меня вовсе не туда, куда планировал меня выдернуть загадочный старик!
Пришли слова, зазвучали прямо в мозгу, каждое – могучим ударом кимвала:
– Он начал поглощать элементалов! Еще немного, и он станет слишком силен! Мы не удержим... Подсекай же, Абнор!
– Я стараюсь, мой дорогой Манзарнан!
– Еще один всплеск!
– Кокон рвется!
– Он почти осознал себя...
– Говорю вам, он уже не спит!
– Всплеск!
– Блок! Нам не удержать...
– Заткните рты. Я подсек! Кладите заплату, шелудивые псы!
– Всплеск! Берегитесь, ментальный удар!
Меня сотряс удар боли, разрывающей мозг.
Затем пришла спасительная темнота.
*Ну, вот он и начался, конец света. Теперь отсчет пошел на недели.
Глава 11
ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ (рыбная) Что-то страшное грядет... А меня снова берут в оборот*
— Приплыли, вставайте!
– Ась? – Франног подпрыгнул на кровати, столкнув на пол канареечную подушку-валик.
– Приплыли. – Я махнул рукой, словно метнул в стену камень. Каюта имперского мага, облитая пурпурным бархатом, с леопардовыми шкурами на полу, напоминала дамский будуар, впечатление усиливала мебель – ажурная, с гнутыми ножками, пахнущая сандалом. У принца было поскромнее, но тоже богато. Сейчас навязчивая роскошь кают вызывала у меня раздражение, может, потому, что при всей роскоши «Малки» ее потолки не давали выпрямиться, а согнувшись, я испытывал острую боль.
Мудрец уселся на кровати, разминая лицо ладонями.
— Ой, голова трещит!
— Не у вас одного.
— Что? Тоже?.. Вид у тебя невеселый. И эти панталоны с разрезами по краям... Ты не облевал их часом, или это такая расцветка? Гм... Так, говоришь, мы приплыли?
– Угу. Только в другом смысле.
— Э?
– Я говорю: у этого слова два значения. Мы приплыли во втором, которое скверное. И вообще, у меня целый ворох скверных новостей.
— Постой, погоди... Что-то я плохо соображаю с утра... Во рту будто хины насыпали. — Франног потянулся к прикроватному столику, взял кувшинчик в ивовой оплетке, напился. – Свежий... Почти свежий виноградный сок. Будешь?
— Спасибо, лучше дождусь, когда он заиграет.
– Ох-ох! Знаешь, мне снились кошмары!
— Не вам одному. Снились всем. Вы их помните?
– - Н-нет. Помню, что было страшно, страшно до жути, а потом... что-то ударило меня... нет, накрыло... разорвалось внутри головы... Ой, как же ломит виски!
– Никто не помнит. – Я и сам не знал, почему решил умолчать о своем сне. – И у всех... кто остался жив, головки бо-бо. Даже наше высочество мается, весь побелел, словно мелом натерли. Вандора совсем никакая – кричит, что болит вся голова. Ну, у дамочек это обычное дело…
– Ох-ох! Что за странные звуки, как будто что-то стучит по корпусу там и тут. Ты не слышишь?
Я кивнул. Промолчал, затем с гримасой опустился на пятки. Нет, так еще больней, уж лучше стоять наполовину согнутым, придерживаясь за дверной косяк.
– И сейчас не утро. Третий час дня. Я к вам заходил раньше, убедился, что живы... Я сам еле прочухался час назад.
– Шахнар! Но почему...
Я передернул плечами, что стоило мне болезненной гримасы:
– Беспамятство. Это тряхануло всех, понимаете? И вас, и меня, и нашего ненаглядного принца, и команду. И... не только их. Всех.
– Не понимаю...
– Сейчас поймете. Выбирайтесь на палубу, это нужно видеть. Просто видеть.
– Мнэ-а-а... – Франног зашарил в поисках халата. – Но мы приплыли? Можно выгружаться?
– Угу, прямо за борт.
– Э-э, ты хочешь сказать...
– Пока мы валялись в беспамятстве, «Малка» перемахнула границу с Тарентией...
– Э-э... Ну? Мы же собирались это сделать, чтобы запутать принца.
– Собирались.
– И что?
– Получилось слишком хорошо.
Франног заморгал.
– Погоди... Я, кажется, начинаю понимать... Сколько?
– Навскидку – мы отпилили от Фалгонара около двухсот миль.
– Великий Шахнар! – Мудрец звонко шлепнул себя по лысине.
Я кивнул, сказал грустно:
– Все наши расчеты... медным тазом. А ведь я чуть не выбил себе глаз секстаном! Короче, – я ткнул пальцем за спину, – горы Аннордаг там, а мы здесь. Придется пешочком в Фалгонар добираться немножко дольше, чем мы рассчитывали.
– Ох на!
– И еще добрая весть: ходовик врезал дуба, и, кажись, без Бакинчу нам с поломкой не управиться. Я-то думал вырубить его утром, матросы говорили, до утра протянет, а когда очнулся, был уже второй час. Перегрев и что-то похуже – трубки для дистиллята занесло копотью, а стрелки на указателях заклинило на правой половинке. Придется подгребать ручками, до берега, благо, недалеко.