— Прошу простить меня, — выдохнула она сквозь сдерживаемый кашель и быстро вышла из столовой.

Шадар спрятал едва заметную улыбку за бокалом с вином, Лиам воздел глаза к потолку. Лучше бы Теону хоть на неделю забыть про свои замашки и отстать от этой девушки. Она, конечно, хороша, но не стоит договоренностей с магом. И если Диаль узнает, убьет голыми руками. Обоих. И брата и его, что не остановил.

Все еще борясь с кашлем, то прекращавшимся, то настигающим вновь, Эстель поднялась в свою комнату. И без сил упала на кровать, нимало не беспокоясь, что платье помнется. Салфетка все еще была у нее в руках, и девушка со стоном натянула ее на лицо. Невозможные драконы! Вот же нелегкая их сюда принесла!

Тихий стук в дверь отвлек от самобичевания, Эстель скинула белую ткань с лица и села на кровати.

— Войдите!

Лесса показалась в дверях с подносом, где высился кувшин и стакан.

— Спасительница моя! — Эстель встала и налила воды, не дожидаясь, пока Лесса поставит поднос на столик у кровати.

— Леди Эрран интересуется, вернетесь ли Вы к столу.

— Передай ей, что с меня на сегодня довольно унижений, — в сердцах ответила девушка и жадно напилась воды, прижимая ладонь к животу. Служанка сдавленно хихикнула, краснея. Эстель смягчившись, отмахнулась: — Нет, скажи, что у меня разболелась голова. Мои физические страдания удовлетворят ее больше, чем моральные. Моему стыду она уже давно не верит.

Эстель налила в стакан еще воды и подошла к зеркалу, левой рукой снимая злополучную заколку из волос. Чтобы она хоть раз еще ее надела!

— Принести Вам ужин, госпожа? — заботливо спросила Лесса.

Девушка захлопнула ящик с побрякушками и села на пуфик.

— Неси. Предчувствую, буду зверски голодна, когда выберусь из этого корсета.

— Ой, простите, — ахнула прислуга, ставя наконец поднос и подходя к ней, чтобы расшнуровать тесное платье.

Утро выдалось такое же чудесное, как и вчера, что уже само по себе хороших предчувствий не вселяло. Эстель выбралась из постели и пошире распахнула тяжелые шторы, впуская больше света в комнату. Окна ее спальни очень удачно выходили на подъездную гравийную дорожку, где уже стояли в ярких утренних лучах черные экипажи с гербами царского мага. Суета и беготня прислуги с чемоданами подтверждали, что прибыл жених. Мрачнея все больше, Эстель распахнула окно и оперлась на подоконник. Отсюда не было слышно, о чем переговаривались слуги. Но маг, похоже, уже в доме.

В спальню постучали.

— Войдите, — Эстель обернулась.

В комнату практически ворвалась мать в сопровождении Лессы. Леди Эрран блистала в лазурном платье и топазовых серьгах, оттенявших яркие голубые глаза.

— Боги! Эстель! Ты еще не одета! Керрис прибыл!

Девушка машинально перевела взгляд на свою длинную ночную сорочку, по которой рассыпались волны вишневых волос.

— И отойди от окна! Это неприлично! Лесса!

Горничная услужливо кивнула и подбежала к окну, с шумом закрывая створки. Эстель сложила на груди руки. На леди Эрран впечатления не произвело.

— Немедленно приведи себя в порядок и спускайся к завтраку! Ему не терпится на тебя взглянуть, — невозмутимо приказала Морин и вышла, оставив дочь на попечение прислуги. У которой, конечно, хватит благоразумия одеть строптивицу подобающим образом. И на сей раз без всяких двусмысленных намеков!

— Можно подумать, он не наглядится на меня всю оставшуюся жизнь! — пробормотала Эстель в закрытые двери.

— Судя по его виду, ему не так долго осталось, — шаловливо заметила Лесса.

Эстель рассмеялась. Для семнадцатилетней Лессы пятидесятилетний маг действительно казался глубоким стариком. К сожалению, маги живут очень долго.

— Тогда и правда имеет смысл спуститься к завтраку.

Горничная помогла надеть легкое кремовое платье с кружевным воротом-стойкой и убрать волосы в высокую прическу.

— Какую заколку сегодня предпочтете, госпожа? — служанка открыла злополучный ящик.

— Не люблю быть предсказуемой, — поморщилась она, заглядывая внутрь. И захлопнула ящик. — Лучше обману все ожидания разом.

— Вы сейчас о леди Эрран, госпожа? Или… о драконах?

— Лес-са, — прохладно напомнила о приличиях Эстель.

— Простите, госпожа.

Спустившись в столовую, Эстель удивилась царящему там простору. Ни драконов, ни жениха за столом не наблюдалось. Только семейство Эрран. Девушка присела с краю, рядом с Инесс и подальше от матери.

— И где мой трепетный возлюбленный? — наклонилась она к сестре. — Мама заверила, что он жаждет встречи со мной.

Инесс взяла с тарелки тост и стала намазывать джемом:

— Встречи с драконами он, вероятно, жаждал больше.

— Мне стоит ревновать?

Сестра ответила хитрым взглядом:

— Не берусь судить, но на лорда Шадара он действительно смотрел с некоторым вожделением.

Сестры заговорщицки рассмеялись, Морин притворно покашляла, призывая девушек к соблюдению приличий за столом. Но яркое веселье в глазах погасить не сумела. Разница в возрасте у сестер была всего год, и они прекрасно ладили. Что в понятии леди Эрран означало, что Эстель дурно влияет на Инесс. Но права она не была, сестры одинаково дурно влияли друг на друга. Просто Инесс обладала более уступчивым характером.