– Верховная ведьма мертва, милорд? – прервал его размышления Гэйвин.

Губы Вергана скривились в усмешке. Он выбрал себе проницательного помощника. Гэйвин почуял, какой вопрос задать.

Огонь, вспыхнувший там, где стояла Файлин, не был настоящим огнем. Это был портал, и через него проклятая тварь сбежала. Вновь ускользнула из его рук, оставив с ненавистью и жаждой мести. И младенцем, которого бросила, лишь бы спасти свою жалкую жизнь.

Верган кивнул на вопрос помощника. Пока ученикам не стоит знать правду. Пусть думают, что с ведьмами покончено. Так спокойнее.

Но сам Верган не утратит бдительность ни на миг. Он отыщет и прикончит Верховную мразь. Люто, без милосердия. Задушит собственными руками, как суку. И быть может, тогда насытит черную тьму, что поселилась в его сердце после смерти Лоран.

А девчонка… Оставить ее себе он не может. Ему предстоит поднимать империю, которую он создал на руинах старого порядка. Даже свой ребенок станет помехой – не говоря о чужом. Просто посадить ее в клетку под надзор – думать об этом так же тошно, как убить ее.

Сиротская обитель – бывшая школа ведьм – неплохой вариант. Малышка будет там среди таких, как она. И в то же время он сможет незримо контролировать ее. В любой момент явиться и наблюдать, как она растет и развивается. Проверить, насколько сильна в ней кровь матери-змеи.

И если Верган увидит в ней опасность – то успеет принять меры. Отправить девчонку вслед Файлин. Тогда никакое сходство ее не спасет.

Глава 1

Семнадцать лет спустя

– Лис! Лисси! – раздалось за спиной. – Идешь в главный зал?

Лисия обернулась. Вот и подружайки пожаловали. Щеки у обеих девчонок взбудоражено румянились, глаза пылали предвкушением и восторгом. Сколько радости-то поглазеть на Отбор Приверженных!

– Иду, вы тоже?

– А как же! – воскликнула Розина! – Лис, ты не представляешь! Так много мужчин!!! На прошлом Отборе столько не было! Повезет же девчонкам с женихами!

– Да конечно, - фыркнула Лисия. – Женихов там – раз-два и обчелся. Кому нужна сирота в жены. Экономки, ассистентки, доноры магии – вот за кем все эти мужчины приехали.

– И наложницы, - пропела Одрия. – Половина приезжает за наложницами.

При этом кокетливо поправила локоны. Ну да, заветная мечта подруги – угодить в наложницы симпатичному и состоятельному лорду. А потом увлечь, чтобы он женился на ней.

Ох уж эта Одрия. В учебе – ленива и неусердна. Служанкой трудиться не хочет. В жены простому фермеру или ремесленнику – тоже. Но за женой в Обитель приезжают только ремесленники да фермеры, изредка – купцы. И жену хотят работящую и рачительную. Стрекоза вроде Одрии им даром не нужна.

А лорды, о которых она грезила, женятся на знатных девушках. Сироток берут в прислугу и наложницы.

Одрия запоем читала любовные романы. «Нежная крестьянка для властного графа», «Герцог для сиротки», «Принц и фермерская дочь»… Как их героини, она надеялась пленить сердце будущего покровителя. Лисия устала вправлять подруге мозги. Стрекозу, летящую на пламя, не удержать.

Втроем подруги побежали в главный зал. Еще ни разу Лисия не видела такой толпы мужчин под крышей Обители. Все они впивались глазами в девушек – жадно, пристально.

Лисии доставалось больше всех. Тонкая талия, каштановые с рыжеватым отливом локоны ниже пояса, сочные губы, огромные голубые глаза мгновенно притягивали мужчин.

Разглядывая упругую, сформировавшуюся грудь, гости замечали, что на девушке нет галстучка выпускницы. Кто-то разочарованно отворачивался. А кого-то и это не останавливало. Прямо на глазах трех подруг какой-то толстяк остановил матушку Иолу.

– Это точно не выпускница? – спросил, указывая на Лисию. – Девица выглядит созревшей. Грудки налитые, как яблочки, ммм… Может, она забыла надеть галстук?

Матушка смерила нахала ледяным взором и ответила таким же вымораживающим тоном:

– Совершенно точно, милорд. Ни одна из выпускниц не посмела бы забыть столь важную деталь. А случись такое – сестры непременно указали бы ей на ошибку. В Обители придерживаются строгой дисциплины.

Похотливые глазенки мужчины недоверчиво смерили Лисию с головы до ног. Задержавшись на той самой части тела, налитой как яблочки. Девушка скорчила брезгливую гримасу. Мужское внимание досаждало ей. А уж такого грубого и неприятного типа – втройне.