Старый кожаный кошелек с двумя браслетами успокоил рвущееся из груди сердце. А все остальное – кольцо патриарха Черных Врат, слеза феи, подарок маленькой Серы – это лишь небольшие дополнения к двум самым важным вещам.

Хотя, взглянув на меч, Хаджар все же первым делом повязал на пояс именно кошелек.

Мечей в этом мире много…

– Не думаю, что вам разрешено здесь своевольничать, – прозвучало за спиной.

Хаджар обернулся. Только сейчас он понял, что слишком глубоко погрузился в собственные мысли.

Звуки веселья уже давно стихли. Центральный зал, внешне напоминающий таверну и бордель одновременно, опустел. Все практикующие, ряженые в синие браслеты, обнажив оружие, сгрудились за спиной Глена. Тот все так же показательно лениво потягивал хмель из кружки. Вот только его цепкий взгляд говорил об обратном.

Предводитель полусотни отобранных Карисой “подопытных мышей” был готов к схватке. Вернее даже – к битве. На смерть.

Эйнен, уже каким-то образом успевший нацепить наряд своего народа, стоял плечом к плечу с Хаджаром. В его руке опасно покачивался пока еще не обнаживший смертоносное жало посох-копье.

– Положите вещи обратно и идите спать, – приказным тоном продолжил Глен. – Не дело воровать у тех, кто вас приютил.

– Мы ничего не украли, – процедил Эйнен, – лишь забрали свое.

– Вашего здесь ничего нет.

– Имена на коробках говорили об обратном, – спокойно напомнил Хаджар.

Они встретились взглядами с Гленом. Видят Вечерние Звезды, низкорослый “жулик” оказался одним из немногих, кто смог выдержать игру в гляделки с Хаджаром.

– Кажется, на севере и островах детей перестали учить счету, – с нажимом сказал Глен. – Последний раз прошу по-хорошему. Полож…

– Положи детородный орган своих псов себе в глотку, – сплюнул на пол Эйнен. Подобное высказывание едва не заставило Хаджара слегка приоткрыть рот от удивления. Да уж, видимо, на обычно спокойном островитянине сказывался стресс последних недель. – Сколько уже вы так обкрадываете новичков? Заставляете их думать, что они не могут забрать вещи, а потом отправляете на смерть?

– Рот закрой, рыболюб, – выкрикнули из толпы. – Никто их на смерть не отправляет!

– Ага, – поддакнул другой голос, – выдаем оружие.

– Что поржавее…

Зазвучал гогот, похожий на смех голодных псов.

– Те, кто выживают, получают наше уважение и место за общим столом, – продолжил Глен. – Это такая очень древняя традиция, и не вам ее нарушать.

Хаджар заподозрил нечто подобное в тот же момент, когда Кариса задержала на нем свой взгляд. Ведьма явно хотела этим на что-то намекнуть. Может, на то, что им следует быть вдесятеро настороженнее с теми, кто носит “амулеты чужаков”, нежели с горожанами.

Ведь что сказала ведьма – вред нельзя причинить жителю подземного города. И тот, наверное, просто так не сможет тронуть “амулетного”. А вот о взаимных стычках Кариса ни словом не обмолвилась.

– Дорогой Эйнен, – произнес Хаджар, – не кажется ли тебе, что эти господа несколько перепутали, с кем говорят?

– В этом ты прав, варвар.

Эйнен на резком выдохе повернул рукоять посоха, и из навершия выстрелило железное жало. Одновременно с этим вокруг островитянина взмыл торнадо энергии, наполненной тьмой и тенями. Те, будто оживая, спрыгивали со стен и пола, чтобы собраться в силуэт огромной оскаленной обезьяньей пасти. От ее беззвучного рева, казалось, покачнулся сам свет, став тусклее и рассеяннее.

Хаджар вместе с приятелем слитным движением выхватил клинок из ножен и сделал им легкий полувзмах. Второй торнадо энергии, на этот раз синей, с прожилками черного, закрутился в бараке. Он изгибался и извивался, принимая очертания свернувшегося кольцами дракона, легшего у ног Хаджара.

Вместе с этим каждый ощутил, как ему в глотку нацелился невидимый клинок. Как если бы за спиной Северянина появилась незримая армия.

– Владеющий… – понеслось по рядам.

– Демоны и боги, он владеет мечом.

– Никогда таких не видел…

– Вечерние Звезды, они не уступают адептам…

– Тихо! – рявкнул Глен, и тут же ропот затих. Все же этот ушлый воин обладал неоспоримым авторитетом среди местных. – Нас полсотни человек, и мы не такие слабаки, как может показаться.

– Мы это видим, – кивнул Эйнен, – но в битве многие умрут. И даже Великая Черепаха того не ведает – может, это будешь ты сам.

В подтверждение слов приятеля Хаджар слегка повернул клинок. Порыв силы сорвался с лезвия. Он оставил на полу длинную, глубокую борозду, остановившуюся лишь у ног Глена.