Шрифт:
Понтус слышал, уже позже, что после того генерал ушёл дорогой на крепость Арбие, затем в Монтальчино, где его ожидал Строцци. Оттуда уже он уехал в Рим, чтобы передать Сиену папе Марцелу как посреднику на переговорах присутствовать при подписании всех документов.
Не знал Понтус, хотя и Монлюк тоже, но тот, может быть, догадывался, что только что они были участниками и свидетелями провала далеко идущих планов королевы Екатерины Медичи. Это она уговорила своего супруга, короля Генриха II, послать армию Строцци за Альпы, на помощь Сиене, провозгласить права на Тоскану её, внучки Медичи Лоренцо Великолепного. Она надеялась, что Тоскана, восставшая против испанцев, освободившись от испанского поводка, станет апанажем [23] для её любимца, сына Александра [24] , родившегося четыре года назад, как раз в тот год, когда Понтус бежал из монастыря.
23
Апанаж (франц. apanage) – земельные владения, предоставляемые младшим членам княжеских семей, некоронованным членам королевских фамилий в Европе; удел.
24
Александр (назван при рождении) – впоследствии Генрих, будущий французский король Генрих III с 1574 г.; король Польши в 1573–1574 гг.
Понтус и Антуан снова встретились.
– А-а! Оставь! – безнадёжно махнул рукой Понтус, когда Антуан стал расспрашивать его об осаде Сиены.
Но он сообщил ему, что там, в осаде, в их армии появились больные, с позорной болезнью, французской…
– Болезнь французская?! – съязвил, как обычно, Антуан, удивлённо вытаращив на него глаза. – Эту болезнь можно подхватить только здесь, в Италии! В том же Риме! Ты что, не слышал, что неаполитанская [25] она! – категорически отмёл он обвинение в адрес своей нации…
25
Неаполитанская болезнь – сифилис.
И вот они, офицеры, и Понтус в их числе, снова предстали перед Бриссаком.
Полгода осады в Сиене сказались на Понтусе.
Бриссак встретил его радушно.
– Вот теперь ты стал опытным офицером!.. Голодали? – спросил он.
Понтус смешался от такого внимания маршала, пробормотал, что да, было…
В начале мая вернулся из Рима Монлюк. На встрече с офицерами он поделился тем, что увидел в Ватикане. Там, в Ватикане, он был свидетелем смерти папы Марцела II. Сменив Юлия III, новый папа правил только двадцать два дня.
– О нём говорят, что он был чересчур порядочный! – стал рассказывать подробности Монлюк на совещании офицеров у Бриссака. – Он оказался случайно на этом месте! С характером был!.. Стал ломать круговую поруку в церковных верхах, тягу их к наживе!.. Первые святые папы не имели ни почестей, ни богатств!.. Затем императоры и короли испортили их, когда стали дарить им огромные богатства! Современным же папам всё мало, когда видят, как вокруг епископы и кардиналы наживаются, щеголяют друг перед другом замками и дворцами, стали недоступны своей пастве…
Он тяжело вздохнул: ему было жаль этого папу.
– В Риме пошли слухи, что его отравили, – заметил он в конце своего выступления.
Один из офицеров спросил его, кто бы это мог быть.
– Возможно, кто-то из своих же, церковников…
Понтус же вспомнил, что рассказывал ему «Чахоточный» о папе Александре VI. Того тоже отравили, похоже свои же, кто-то из ближних кардиналов или семейные; подозревали даже его сына – Чезаре Борджиа.
Монлюк уехал в Марсель, оттуда в Париж.
Вскоре стало известно, что там его принял король, вручил ему орден Святого Михаила за мужество при защите Сиены, за то, что не капитулировал перед имперцами, выдал ему ещё и пенсию…
Двадцать третьего мая 1555 года на папский престол был избран Павел IV [26] . Это был старик семидесяти девяти лет, неаполитанец, Джампьетро Карафа, с ещё не отпылавшими страстями, монах театинского [27] ордена, архиепископ Неаполя и кардинал, глава верховного инквизиционного трибунала в Риме. У него была тоже слабость: он ненавидел испанцев больше, чем протестантов, евреев и мавров, вместе взятых.
26
Павел IV (Джампьетро Карафа) (1476–1559) – папа римский с 1555 г.
27
Театинский орден (1524) – назван по родному папе Павлу IV городу Киети (древнее название Теате).
– Этот станет откручивать головы! – высказался вслух даже всегда сдержанный и смелый Бриссак как-то на совещании офицеров.
Офицеры вопросительно посмотрели на него.
– Он хлещет крепкий ром, как заправский шкипер [28] ! Хм! – ухмыльнулся маршал, давая понять, мол, что ещё можно ожидать от такого «святого»…
Новый папа не заставил себя долго ждать, проявил себя сразу.
В Риме, напуганные размахом протестантизма, стали искать своего врага… Подозрение пало на Библию…
28
Шкипер – капитан коммерческого судна.
– Евреи неверно объяснили христианам смысл Старого Завета! – простая мысль пришла мыслителям из Рима…
И папа Павел IV приказал вешать, немедленно и без пощады всякого, кто, не будучи евреем, будет застигнут в гетто [29] или на улице, ведущей в этот проклятый квартал Рима.
– Опять евреи виноваты! – вскричал, скоморошничая, Антуан. – Понтус, отсюда надо бежать! Здесь скоро будет горячо!
– Но ты же не еврей!
– Достанется и нам! Поверь, как только иезуиты разойдутся!.. К тому же ты альбигоец [30] ! Почти что гугенот!.. Враг Церкви!..
29
Гетто (ит. ghetto) – часть города, отведённая для принудительного поселения людей, дискриминируемых по национальному, расовому или религиозному признакам. Первоначально это была часть христианского города, отведённая для проживания евреев.
30
Альбигойцы – французское название приверженцев манихейской ереси катаров, распространённой в XI и ХII веках во Франции, северной Италии и западной Германии. Название происходит от города Альби в Лангедоке, одного из наиболее крупных центров ереси.