“Ну давай, покажи”. Мужчина улыбаясь махнул рукой. Девочка закивала и стала стягивать тряпку. Учитель сказал ей нарисовать особый круг и даже научил ею, как можно рисовать свечками. Девочка была очень счастлива своему новому умению. Учитель всегда учил её только интересному. С ним никогда не было скучно. Разве что, девочка не любила впитывать эту… манн… Манку. Это было скучно. Но зато не противно, как есть белую манкой, которой её кормила мама.

За тряпкой был начерчен рисунок. Он был очень запутанным, в нём было много черточек, все вместе они напоминали круг и целое звёздное небо.

“Очень хорошо, молодец. Кстати, можно один вопрос, мелькая… А зачем… Цветочки?” Мужчина в сером улыбаясь указал на угловатые бутончики, нарисованные между запутанными линиями. Девочка вдруг вспомнила, что пока она рисовала её захотелось украсить рисунок, и она поэтому начертила её розочки…

Мужчина продолжая улыбаться покосился в сторону.

“Очень… Очень хорошо, мелкая… Но знаешь, задача была сделать… как я сказал. Может попробуешь ещё раз, только правильно?”

Девочка опустила голову.

“Ничего, ничего… В следующий раз у тебя обязательно получиться, ха-ха, я сам иногда… В общем долго не могу говорить, встретимся потом. И помни, всё это нужно чтобы проучить твоего папу. Пока”. Мужчина исчез. Девочка постояла, взялась за тряпку и с усердием стёрла свой рисунок. Она вспомнила картинку, которую ей показывал учитель, и стала чертить ещё раз.

Проучить папу, проучить папы, повторяла про себя девочка, вырисовывая по несколько раз каждую линию… Она отошла от рисунка и ещё раз посмотрела на него. Вдруг она увидела, что все вместе чёрточки напоминают усики…

Через десять минут девочка уже рисовала котёнка.

…

Альфия поправила свой ошейник и тихо постучала, и встала в ожидании. Но ответа не было, ни через минуту, ни через две. Уже вскоре она перекачивалась с ноги на ногу, вглядываясь вдаль коридора; её мысли блуждали. Наконец раздался приглушённый голос:

“Открыто”.

Альфия немедленным движением открыла дверь и зашла в покои. Они были в меру просторными. К стене прилегала широкая кровать. Рядом располагалось окно. В него снаружи вжимался куст — комната была наполовину углублена в землю. Изящный столик стоял в другом углу помещения. Его, да и всю комнату, усеивали белые листы бумаги. Вдруг из открытой ещё дверцы подул ветер, поднимая все бумажки на своих волнах, — они зашелестели в белом урагане.

Альфия разглядела в нём рыжую девушку в воздушных белых панталонах и светлой рубахе. Принцесса повернула личико — её глаза прятала белая повязка.

“Прочитай”. Девушка вытянула в никуда руку с листочком. Альфия растерянно подошла и поглядела на выведенные на нём изящные узоры — она не умела читать и совершенно не смущаясь заявила об этом ожидающей принцессе.

“Это ты”. Мария улыбнулась, убрала листок и снова вытянула руку. Альфия вздохнула и подстроилась под неё макушкой. Мария её погладила.

“Послание, от него”. Сказала Альфия, ускользая из-под ладони.

“Он говорит, чтобы ты скорее достигла второго ранга; это должно помочь”. Она достала из кармана своего платьица синий камушек, а затем пузырёк с красной жидкостью.

“И ещё… можешь пользоваться мной как хочешь. Он так сказал”.

Она положила камушек на ладонь Марии. Девушка его ощупала и спросила:

“Он красивый?”

Альфия растерялась, посмотрела на камешек по-новому и вдруг вспомнила ещё некоторые слова Артура: ей всё ещё нужно было раздобыть такой же, разве что времени теперь был месяц — ей дали отсрочку.

“Наверное”. Буркнула Альфия.

“Какого он цвета?”

Альфия незамедлительно ответила:

“Голубого”.

“Голубого…” Мария повторила за ней и счастливо улыбнулась, сжимая камешек покрепче.

*********

Артур рассматривал голубое небо и плывущие по нему облака. Сильный ветер шумел вокруг. Длинные рыжие волосы юноши хлестали воздух и падали ему на глаза. Маг стоял на короткой железной лесенке; под ним проплывала пёстрая земля. Высокие горы пытались зацепиться за его судно словно вытянутые руки, но они не доставали; снежные верхушки таяли, каждый несколько часов полёта далёко внизу, словно в глубине вод, шумели лавины. Горная гряда напоминала потёкший торт.

Артур вдохнул разреженного воздуха и развернувшись вернулся кабину, закрыв за собой медную дверь. Кабина была железной, но с отделкой из золота и серебра. Широкое окно спереди открывало вид на непривычный профиль облаков. У самого нижнего края стекла проглядывалась полоска земли; у верхнего — лоб желтого баллона.

Юноша сверился с картой на стене, подкрутил немного штурвал и проследил как поток манны свободно струится из него в двигатель. Аппарат этот лежал под кабиной и отвечал за работу шумного винта.