****

До личных покоев на восемнадцатом этаже Веста дошла, не замечая от гнева ничего вокруг. Сбросила плащ у порога, прошагала в самую дальнюю комнату, служившую будуаром. Села за столик у зеркала, мрачно оглядела пылающие щеки. Подумалось, что хорошо бы подняться в сад, занимающий почти треть следующего этажа. Уход за цветами всегда помогал успокоиться и собраться с мыслями. Впрочем, нет. Сначала она сделает то, что должна. Не стоит больше откладывать.

Левая рука нащупала склянку с кровью представителя Осеннего клана Рата, от которого отскакивала даже сила Королей, правая потянулась к небольшой квадратной коробочке на столе, где пряталось еще одно зеркало. Самое обычное. На первый взгляд. Мудрецы не зря говорят, что самое ценное лучше хранить у всех на виду. По приказу Эллы покои Весты уже не раз перерывали сверху донизу, простукивали стены в поисках тайников. Однако, никому и в голову не приходило искать двойное дно в обычной безделушке.

Принцесса извлекла овальное стекло из углубления, перевернула его. Подула на внутреннюю сторону и, трижды постучав, мысленно представила морщинистое лицо Майи, подрисованные брови, выцветшие голубые глаза.

— Послание, — шепнула Принцесса Зеркалу, с удовлетворением наблюдая, как по стеклу прошла рябь. — Прости, тетушка, что не говорю тебе этого лично. Знаю, будешь возражать и отговаривать. Поэтому просто прошу исполнить все в точности, как я сейчас скажу. Не подведи, коли не хочешь, чтобы я повторила судьбу брата.

Проговаривая вслух задание для Майи, Принцесса окончательно утвердилась в мысли, что приняла единственное верное решение. На душе стало чуточку легче. Поэтому постучав по зеркалу второй раз, Веста выглядела спокойнее. Теперь она требовала визуального контакта.

— Добрый вечер, Веста, — вежливо отозвался осколок "Пути" голосом Грэма. Через секунду Зеркало показало и его вечно небритое лицо. Впрочем, щетина стихийнику всегда шла. Подчеркивала природную мужественность. — Что-то случилось?

— Ничего из ряда вон, — не моргнув глазом, солгала Её Высочество. — Хочу сообщить, что тебе пора готовить ученицу к ответственному заданию.

— Ты не передумала использовать Мари? — Весте почудились печальные нотки.

— Мы с ней заключили сделку, если ты не забыл. Свою часть я выполнила. Теперь ее очередь. И не смотри на меня так, защитник юных сироток. Если девочка не устроит самодеятельности, с ней ничего не случится. Поэтому постарайся доходчиво объяснить ей этот факт. Никому из нас не нужны лишние сложности.

— Мари и послушание не слишком сочетаются, — хмуро усмехнулся Иллара. — Эта дочь Зимы избегает проторенных дорог.

— Наслышана. Однако, пусть прибережет новые выкрутасы для своих Величеств.

— Ты сообщила Инэю, что заберешь его подданную уже в ближайшее время?

— Нет, — брови Весты сошлись в одну линию. — Ты уж передай это своему Королю сам. У меня пока нет ни малейшего желание обсуждать с ним что-либо. К тому же, у Инэя сейчас столько забот в связи с предстоящей свадьбой, что отвлекать его на земные дела было бы настоящим кощунством.

— Сколько сарказма, — покачал головой Иллара.

— Прости, — сбавила обороты Принцесса. — Не хотела выплескивать на тебя раздражение. Чем дальше, тем больше чувствую себя героиней низкопробной пьески.

— Уверена, что тебе не нужна помощь?

— Знаю, Грэм, ты говоришь искренне, — Веста не удержалась от тяжелого вздоха. — Однако, единственное, что мне требуется — это невмешательство. Ты всегда был верным другом, но наступают моменты, когда каждый должен блюсти интересы своего Дворца.

Не дав Грэму ответить, Принцесса накрыла Зеркало ладонью. Глаза предательски защипало. Она умела быть сильной. Но иногда и ее хваленая выдержка давала слабину. Слишком многое произошло за последние полтора года. Слишком часто приходилось забывать про собственную гордость. Думать о чужих проблемах, а не заниматься своей жизнью.

Теперь еще Элла сделает всё, чтобы не пустить ее к Зеркалу. Впрочем, так ли это сейчас важно? Личная жизнь дала трещину. Что-то изменилось в отношениях, и без того очень непростых, пропитанных горечью и болью. Вот только когда и почему это произошло, она не понимала. Ведь чувства не угасли и даже не притупились. Он никогда не откажется от нее. А она всегда к нему возвращается, измучавшись от тоски. Быть может, просто запретная любовь не может быть счастливой до конца? Или же она была проклята с самого начала? Разве они не получили тому доказательство, окрашенное невинной кровью?

Нет! Веста резко поднялась, сжимая кулаки. Она не сдастся. Никогда. Ее обреченная на вечную тайну любовь была единственным светом в полной притворства жизни. До самой смерти она не откажется от того, любить которого не имеет права по статусу. Никому этого не отнять. Ни людям. Ни стихийникам. Ни небу.

День в Погодной канцелярии не задался с утра. Из-за царящей во Дворце нервозности, связанной с подготовкой к Королевской свадьбе, склянки падали из рук, котлы плевались кипящей жидкостью, стихийники бесконечно натыкались друг на друга. А к полудню в одном из залов в закваску вьюги умудрились дважды добавить сок одуванчика. Совершили страшное преступление, ведь горькие травы плохо взаимодействовали с морской солью — основным компонентом погодных зелий. Сначала постарался новичок, потом его куратор, упустив момент, когда ученик положил в котел очередной ингредиент. Разумеется, гораздо увлекательнее было наблюдать за пухлощекой блондинкой с кокетливой улыбкой в другом углу.