– И хоть Клери была тогда беременна от тебя, - продолжает трактирщик, она все равно стала женой Мани.

Оторопев на мгновение, Лачер опрокидывает стопку,

– Ну и что там получилось?
– спрашивает он наконец.

– Малец. Ему теперь уже под сорок. Вон он там под генералом Гисаном режется в ясс.

Лачер даже не глядит в ту сторону.

– А кем же ты стал в Канаде?
– спрашивает его трактирщик, попыхивая сигарой.

– Уолтом Лачером, - отвечает тот.

– Воутом Ла-а-чером, - тянет удивленно трактирщик.
– Чудное какое-то имя.

– Да так по-ихнему читается Лохер, - объясняет Лачер.

– А зачем назад приехал?
– спрашивает трактирщик, чувствуя вдруг закипающее в нем недоверие, сам не ведая почему.

– А вы все по-прежнему тут копошитесь?
– хмыкает Лачер, даже не взмокнув в своей дохе, хотя пьет домашнюю водку, как воду.

Э-э, да чего уж, в этой дыре то дождь льет, то снег сыплет, вздыхает трактирщик. Долина прозевала момент, не подключилась к прогрессу, вот многие и спустились вниз, а тут застряли только те, кто поглупее, кому все равно, бедны они как церковные мыши или нет. Ему самому тоже не ахти как повезло. Не говоря уже о том, что не велика честь быть председателем одной из самых заброшенных общин в горах под Берном, его и в личном плане постигла неудача - его первая жена, Оксенблутова Эмми, не беременела, и все тут, наконец один доктор, кудесник из Аппенцелля, помог ей, и она родила Сему, но, по всему, была уже стара для этого и померла от родов. Тогда он через год женился на молоденькой. из Флётингена, от нее у него дочь Энни, вот только что конфирмация была, но матери-то всего лишь тридцать два, он уже стар для этой чертовки, тут глаз да глаз нужен.

А Лачер пил тем временем водку, и нельзя было понять, интересует его болтовня трактирщика или нет.

– В Канаде, - заметил он сухо, - у меня земли больше, чем все ваши горные общины тут, вместе взятые. Уран, нефть, железо.
– Потом спросил: - Сколько вас тут осталось еще наверху?

– Шестнадцать, - ответил трактирщик, - остальные ушли.

– А учитель и полицейский откуда?
– спрашивает Лачер.

– Учительницу прислали из столицы, а полицейский из Конигена, - говорит трактирщик.
– Он же и инспектор лесных угодий.

– Учительница и полицейский не в счет, - бросает Лачер.
– Значит, вас четырнадцать семей. И я даю вам четырнадцать миллионов.

– Четырнадцать миллионов?
– ахает трактирщик и разражается смехом.
– Эка размахнулся, поди, не по карману!

– Мне по карману сумма и побольше, - говорит жестко Лачер.

Трактирщику становится не по себе.

– Четырнадцать миллионов? За так?
– спрашивает он тихо.

– Нет, - говорит Лачер.
– За это вы мне прикончите Дёуфу Мани.

– Дёуфу Мани?
– трактирщик не верит своим ушам.

– Дёуфу Мани, - повторяет Лачер.

– Убить до смерти?
– переспрашивает трактирщик, - Его?
– И не знает, что даже думать по этому поводу.

– Ну что ты вылупился, как идиот, - говорит Лачер.
– Я когда-то поклялся отомстить, теперь вот вспомнил и клятву свою сдержу.

Трактирщик не мигая смотрит на Лачера.

– Ты спятил.

– С чего ты взял?
– ухмыляется Лачер.

– Ты просто слишком много выпил, - решает трактирщик, его вдруг начинает бить озноб.

– Слишком много для меня никогда не бывает, - говорит Лачер и наливает себе еще стопку беци.

– Клери у Мани уже совсем старушка, - произносит задумчиво трактирщик.

– Клятва есть клятва, - говорит Лачер.

– Ты просто рехнулся, Воут Лаачер, - убежденно заявляет трактирщик, встает, тоже приносит себе водки и опять садится.
– Просто окончательно рехнулся.

– Мне и это по карману, - смеется Лачер.

– А кому ты, собственно, собираешься мстить?
– спрашивает трактирщик, постепенно до него доходит, что тот вовсе не шутит.
– Клери или Дёуфу?

Лачер задумывается.

– Забыл, - говорит он наконец.
– Помню только, что должен отомстить, помню, что поклялся.

– Бред какой-то, - не может прийти в себя трактирщик и качает головой.

– Возможно, - соглашается Лачер.

Трактирщик молча пьет.

– Тридцать миллионов, - произносит он наконец нерешительно.

– Четырнадцать, - твердо говорит Лачер, опрокидывая стопку.
– Вы и с этими-то ничего путного не сделаете.

– Когда?
– спрашивает трактирщик.

– Через десять дней, - отвечает Лачер.

– Завтра созову общину, - соображает трактирщик, - только без полицейского.

– Давай действуй, - говорит Лачер.

– Община не согласится, - заявляет трактирщик.

Лачер смеется.

– Согласится. И Дёуфу Мани тоже, я этого сморчка знаю.

Лачер встает.

– Отнеси мне бутылку в комнату.

– Фрида, приготовь четырнадцатый номер, - приказывает трактирщик.

Девушка стрелой взлетает по лестнице. Лачер смотрит ей вслед.