– Сейчас посмотрим… – ответил мужчина и открыл ларец возле маленького зеркала. – Есть что-то… Посмотри, тут и гребень лежит.

– Прекрасно, – произнесла Ирена и как-то слишком грациозно для простой девушки подошла к туалетному столику, привычно приподняв длинный подол на необходимый уровень, чтобы не запнуться.

Джим, заметив это, смерил пленницу настороженным взглядом.

Несколькими ловкими движениями она распушила гребнем спутавшиеся волосы, прихватила их, скрутив в тугой жгут, и умело собрала на затылке шпильками. Получилась незатейливая, но очень милая причёска.

– Ты выглядишь словно… словно графиня какая-то.

– Глупости, – кинув на отражение испанца мимолётный взгляд, ответила девушка и вновь перевела взор на своё лицо. – Будь я благородного происхождения, то, можно подумать, умела бы сама одеваться и собирать волосы?

– Ты права. Но, вероятно, ты служила в каком-то очень богатом доме, поскольку весьма уютно чувствуешь себя в дорогом платье. Я никогда не видел, чтобы простая девушка так быстро справилась с таким странным корсажем и кучей юбок…

Ирена, бесстрастно глядя на своё отражение, закрепила жемчужную заколку в волосах и, красиво повернув к испанцу голову, спросила:

– Может быть, достаточно? Хватит придумывать истории про меня: то шпионка, то графиня, то служанка.

Её оголённые плечи блеснули в неясном свете свечей.

– Не хватает… жемчуга на шее, – едва переведя дух, ответил испанец.

Он слишком суетливо стал рыться в шкатулке, но вскоре нашёл то, что было нужно…

– Ой, он не белый… кажется, голубой.

– Серый, скорее, – поправила пленница и, взяв нить жемчуга в руки, приложила её к груди. – Пойдёт. Застегните же!

– Никогда не думал, что буду помогать одеваться… такой красивой женщине… для другого мужчины.

Джим Токкинс смотрел на маленькую, грациозную, красиво стянутую узким лифом, фигурку пленницы и не переставал восхищаться ею. Хотя внешность девушки не отвечала требованиям моды, но было в ней что-то слишком притягательное, чтобы отвести взгляд.

– Я никогда не была красавицей, – возразила Ирена, продолжая безразлично смотреть на своё отражение и даже не пытаясь им любоваться. – Не понимаю, почему ваш атаман выбрал меня.

– А ты бы хотела, чтобы на твоём месте оказалась толстушка? Или та краля, не отягощённая моралью, что всё время кричала, чтобы её не лапали?

– Я бы хотела… – снова красиво повернув голову к испанцу, ответила девушка, – проснуться в своей постели сейчас.

– Извини, Ирена… Это желание уже невыполнимо…

– А почему ты так… – незаметно для себя перейдя на более простой тон, спросила блондинка, – так добр ко мне? С самого начала.

– Не знаю. Но если бы тебя отдали мне, мы бы это выяснили быстрее, – глядя в омут сине-зелёных глаз, ответил испанец. На миг отведя взгляд, чтобы взглянуть на часы, он добавил: – Извини, мне пора…

Мужчина неспешно ушёл из комнаты, плотно заперев её на засов.

…Кеннеди проснулся и заворочался на жёсткой кушетке… «Привидится же такое! – с досадой подумал английский разбойник. – А впрочем… Разве не так я собирался с ней поступить?..» Изгнанник отвернулся к стене и снова закрыл глаза…

– Ты пахнешь морем, – приблизившись к пленнице сзади и вдохнув запах её волос, произнёс атаман разбойников.

Они стояли напротив зеркала, и мужчина видел на его поверхности бледное, не выражающее никаких эмоций лицо девушки. Он положил руки на полуобнажённые плечи. Она чуть заметно вздрогнула.

– Не бойся, – произнёс Кеннеди. – Я тебе больно не сделаю. Идём, для начала нам нужно поговорить.

С этими словами атаман взял пленницу за тонкий острый локоть и подвёл к кровати – более присесть в этой комнате было некуда.

– Я слушаю тебя.

Ирена удивлённо приподняла дуги бровей:

– Простите, атаман, а что я должна Вам рассказать?

– Кто ты? Откуда? Как твоё имя?

– Это имеет какое-то значение?

– Конечно, – положив ладонь на пальчики девушки, ответил разбойник и почувствовал, как горячие искорки потекли по его телу от этого прикосновения. – Если твоя фамилия Райт, то я прощу тебе многое. И даже готов буду пресечь узами брака нашу давнюю вражду.

– Увы – я не Райт, – покачав головой, ответила блондинка.

– Очень хорошо, – улыбнулся атаман. – Так даже лучше. И всё же – кто ты?

– Если Вы пытаетесь выяснить, можно ли получить за меня выкуп, то не старайтесь… Я сирота, у меня никого нет.

– Твои родители, вероятно, очень состоятельные люди были, а?

– Не знаю, я воспитывалась в приюте, – не глядя на разбойника, ответила упрямая блондинка.

Кеннеди только усмехнулся.

– Да уж! Ладно, я подожду, когда ты созреешь.