– Почему?

Разговор звучал гипнотически, словно медленный грустный блюз: Фостер задает быстрые, короткие вопросы – парень отвечает бесконечными змеистыми фразами, запутанными, как лабиринт.

– Потому что Джеф сказал, этот мужик наверняка из мафии, небось хочет там бабки спрятать, или наркоту, или труп, или еще что такое, так что на глаза ему не полезем, мы же не идиоты! И мы держались подальше, но смотрели, что он там делает. И вот он копал прямо весь день без перерыва!

– Ты рассказал родителям? Или кому-нибудь еще?

Кусая губы, Пол уставился на свои ботинки.

– Не хотел, – подсказал ему Тейтум. – Потому что надеялся, что там деньги.

– Это не против закона – никому не рассказывать, – пробормотал Пол.

– Значит, мужик весь день рыл яму. – В голосе Фостера появились нотки нетерпения. – Дальше что?

– Дальше ушел. Мы подождали до темноты, а потом пошли туда, думали, вдруг там бабло, тогда можно себе взять немного, потому что Джеф… ну, у него, когда батю уволили, с деньгами стали совсем кранты, и он хотел семье помочь, а я… – Пол замолчал. Видимо, его мотивы были не столь чисты.

– Ты просто подумал, что бабло в жизни не помешает, – подсказал Тейтум. – Дальше.

– Ну, пришли мы туда, и сначала никак не могли эту яму найти, и вообще не поняли, что за фигня, он тут же снова ее закопал, что ли? А потом в одном месте слышим скрип и видим, что земля как-то прогибается. В общем, оказалось, этот мужик яму заложил досками и сверху присыпал песком, так, чтобы вообще незаметно было, если не знаешь, где искать. Мы убрали доски, но ничего там не нашли, ни наркоты, ни бабла. Тогда я говорю – или, может, Джеф сказал, хотя нет, точно я – я говорю: «Может, он яму вырыл сейчас, а что-то спрячет там позже? Тайник сделал, сечешь?» И мы решили, что надо приглядывать за этой ямой, на случай если этот мужик снова появится и если что-то туда положит, проверить, что там, и если бабло, взять себе немного, а если наркота… э-э… сообщить в полицию.

«Стащить и загнать», – мысленно поправил его Тейтум.

– Но тот мужик так и не вернулся, а я ходил и проверял эту чертову яму каждую ночь… ну… целый год, наверное. А он так ничего туда и не положил, и я подумал, может, он забыл об этой яме, да к тому же и Джеф уехал, а одному по ночам в наших краях бродить стрёмно, раз меня чуть скорпион не цапнул, ну и…

– А этого мужика ты больше не видел? – спросил Фостер.

– Не-а. То есть, может, и встречал где-нибудь на улице, или у нас в парке, или в кино – не знаю, я ведь его как следует не разглядел. Но никогда не видел, чтобы он возвращался к яме. К этой яме вообще никто не приходил. Пока не появились вы.

– Ничего примечательного не запомнил? Какие-нибудь особые приметы?

– Он приезжал на белом фургоне. На номера я и не смотрел, но фургон был белый и старый, облезлый такой.

Тейтум и Фостер переглянулись. Наконец ниточка!

– Знаешь, как связаться с Джефом? – спросил Фостер.

– Не-а. Он вроде теперь живет где-то под Сан-Антонио.

– Хорошо, мы его найдем. Можешь рассказать еще что-нибудь о машине?

– Машина белая, – извиняющимся тоном ответил Пол. – Я больше на яму смотрел.

– Спасибо, Пол, ты очень нам помог, – закончил разговор Фостер.

Пол кивнул, пошарил взглядом вокруг, похоже, надеясь еще пообщаться с офицером Уилсон, понял, что в ближайшем будущем это ему не светит, и вразвалочку пошел прочь.

– Убийца мог планировать все это уже полтора года назад? – понизив голос, спросил Фостер у Тейтума.

Тот посмотрел по сторонам, ища глазами Зои.

– Что такое? – спросила она, подходя к ним.

– Нашли свидетеля, – объяснил Грей, – который видел, как наш парень копал могилу. Полтора года назад.

– Полтора года? – изумленно переспросила Зои.

– Очевидно, он планировал убийство гораздо дольше, чем вы думали, – заметил Фостер. – Вы ошиблись.

Тейтум ожидал от Зои резкого ответа. Словно «ошибаться» не принадлежало к числу ее любимых – особенно когда кто-то применял его к ней самой! Но она промолчала – только смотрела прямо перед собой, словно вместо суетящихся вокруг полицейских видела что-то совсем другое.

Тейтум знал этот взгляд. Ее осенило.

Зои расхаживала взад-вперед по комнате для совещаний в полицейском участке. Тейтум сидел за столом и откусывал от ломтика пиццы. По дороге сюда они купили целую пиццу – замену и обеду, и ужину.

– Присядь, – сказал он. – И поешь. На пустой желудок ничего хорошего не придумаешь.

Зои села, но тут же снова встала, забыв, зачем садилась. Села опять. Схватила кусок пиццы – с жареным беконом и ананасами! Отлично. Из-за пиццы с ананасами у них с сестрой шли вечные баталии, и приятно было видеть, что Тейтум более толерантен, чем Андреа. Они заказали половинку – с беконом и ананасами, а другую – с пепперони и острым перцем. Зои вонзила в пиццу зубы, убедилась, что захватила одним укусом и бекон, и ананас, и счастливо зажмурилась.