– Вниз.

Ну что же, каков вопрос, таков и ответ. Но ладно, не доверять ему смысла нет. К тому же я кажется понял орочью натуру – свирепую, честную и прямолинейную. Достаточно вспомнить его фразу: «Я вас никогда не убью», что в устах (то есть клыках) орка являлось признанием вечной дружбы. Опасности от орка нет, это точно, да и стиснутый в кулаке кинжал, поведения не меняет, но тем не менее тревога не уходит.

Пока я нервничал, мы спустились в широкий овраг. Орк привязал лошадь, к торчащей из откоса кривой рябине. Уж не знаю зачем. С телегой, да в темноте она вряд ли куда-то могла уйти. Кассиди, странно молчаливая прижалась к колесу, словно повозка способна хоть от чего-то защитить. Мне вновь стало стыдно, что не могу дать ощущение уверенности и спокойствия, но сейчас был такой момент, когда сам ни в чем не уверен.

Тем временем орк с хозяйский видом сунул гномке факел и принялся собирать хворост, которого валялось тут столько, словно прошел дождь из веток. Чтобы не выглядеть совсем уж бесполезным, я тоже стал собирать дрова, и через несколько минут на прогалине возвышался шалашик для костра. Кассиди поднесла факел к деревяшкам и оранжевые языки пламени тут же переползли на ветки.

Сидеть на стоянке вообще-то положено спинами к огню, чтобы, в случае атаки, не быть ослепленным и достойно встретить противника, но видимо не для всех это обязательно. Орк только насмешливо посмотрел на Громодара, что уселся по правилам и обычаям похода – спиной к пламени и со сжатыми кулаками.

– По этой дороге раньше скотину гоняли на убой, – сказал орк, хрустнув шеей, и стал ковырять палочкой в поленьях.

– Чего? – переспросил я, вырванный из раздумий о том что может случиться с местными, если включившие событийный триггер геймеры вдруг покинут игру».

Орк повторил:

– Скот, говорю, тут гоняли раньше. Видали полынь?

– Ну, да, – протянул я, – у дороги.

– То-то и оно, – сказал он, – что у дороги. – Не просто так, она там растет. С шерсти скотины, семечки полынные сыпались, прорастали. Дальше от дороги темно для степной травы-то, а вдоль дороги прижилась. Дальше, думаю, бойня должна быть заброшенная и коптильни. Сухая рябина не лучшие дрова для копчения, но все ж таки хороши.

Я кивнул.

– Ну да, мудро…

Орк, видимо, таким незатейливым способом пытался отвлечь нас от тревожных мыслей и оглядок. Но позитив не наступал. Зашли называется на минутку, посмотреть что делается в игре. И что-то реально тревожно приключаться в канаве, заросшей папоротниками, да посреди темного леса. Ну, ничего, это игра. Не реал. Все нормально и нечего нервничать…

Глава 3

Едва уверился в собственной непобедимости, в темноте прошелестело, и перед костром выпрыгнул огромный лохматый варг!

В его глотке заклокотало рычание, губы завернулись вверх, обнажая длинные клыки.

Девушка пискнула и бросилась ко мне, а я машинально выдернул кинжал, который тут же выскользнул из ладони, словно рукоятка разом превратилась в намыленную непомерно тяжелую иголку. Чертово проклятие!

Из пасти твари потянулась слюна. В глазах зверя отражается костер, он облизнулся и рычание прервалось глухим злобным хохотком. Зверь перевел взгляд на Кассиди, потом снова на меня, словно выбирая с чего начать, с пирожка или пончика.

 Варг присел на задние лапы перед прыжком, а я растопырился, вытянув руки перед собой, готовясь схватить его на лету. Вдруг перед глазами сверкнуло приглашение в отряд. Клыкастая морда в уголке? Ургала? Принято!

То же сделали и остальные – в отряд тут же добавилась бородатая физиономия Громодара и рыжие локоны Кассиди. Варг осел на задние лапы, щелкнул зубами и непонимающе посмотрел на орка. Потом шерсть на загривке вздыбилась, и он вновь неуверенно двинулся ко мне, но Ургала шагнул вперед, и крутанул в ладони ятаган преградив ему путь.

Только теперь я заметил, что варг стоит на трех лапах. Левая на весу и не лапа, а культя. Оттяпана половина. Шерсть свалявшаяся, ребра торчат. А под красным названия моба, сокращенная на четверть полоска жизни. Варг коротко взвыл, направив морду на орка, и в его голосе я конкретно расслышал гневное недоумение, мол «как же так?»

Ургала рыкнул что-то в ответ, и варг разом опустил голову и хвост. Только сейчас я понял, что вообще-то любое рычание орка, вполне возможно было какими-то крепкими выражениями на волчьем языке.

– Вообще не понял. Чего это он? – спросил я, выглядывая из-за могучей фигуры зеленокожего.

Орк, не сводя взгляда со зверя, ответил:

– Да решил вас сожрать, только не ожидал, что вы в моей стае. Орк если сильнее, варгу всегда вожак. И я запретил.

Варг спрятал зубы, опустил голову еще ниже, и вдруг словно решившись, вывернул голову, направив горло прямо под покачивающееся лезвие ятагана. Я заметил, как дернулся глаз нашего твердокаменного злобного проводника. Он сказал тихо, похоже больше самому себе: