— Что-то они под землей копают, это точно, — сказал Лес. — Однажды перед отправкой в Ютландию я зачем-то воспользовался своими зачатками дара дальновидения и почувствовал, что под Домом ютов есть лабиринт. Тогда-то мне не до лабиринтов было, а сейчас думаю: больно уж это шахту напоминает. В таких мы, лесичи, железную руду добываем.

— Возможно, возможно… — забормотал Рой. — И вещество, добываемое под Домом ютов, может иметь отношение к созданию межпространственных мембран, создавая некое поле, истончающее разделяющую миры преграду…

— Во выразился! — искренне восхитился Лес. — Я бы ни за что так не смог: истончающее разделяющую!..

— Поддел ты меня, — засмеялся маг, и Лесу понравилось, что новый знакомый умеет посмеяться над собой. — А было, ты сказал, два явления ютов лесному народу?

— Два. Уж это любому сопляку в нашем государстве известно.

— А вот мне — увы и ах! Может, из-за отсутствия в нашем государстве той субстанции, которая в носу скопляется…

— О чем ты? — не понял Лес.

— О соплях, мой юный друг. Нету их у нас, а потому ни о каких ютах мы ничего и не знаем.

— Извини меня, Рой, — сказал Нов. — Забыл я, что ты человек пришлый. Подумал, что ты шутишь: как это можно про ютов не знать? Все же знают…

— Ну и что насчет появления этих замечательно добрых существ?

— Добрых, еще чего, — хмыкнул Лес.

Повесть о чЮдесных полках Роевых! — Лес Нов так значительно произнес это, будто написал слова огненными буквами на густом таежном воздухе. — Так называется самая-самая первая книга, которая написана на языке лесичей. И нет лесича, который не читал или хотя бы не слушал ее в детстве.

Первые юты появились в княжестве четырнадцать веков назад. В Драчевском треугольнике у деревни Малые Подштанники. Но не на околице, как во второй раз, а в глубине леса. Там такая чащоба, что не каждый и сунется. И скопилось их в таежной глухомани тысяч пятнадцать-двадцать. А у нас в Лесном княжестве в те времена всего-то жителей было тысяч тридцать. Так что войска мы могли выставить три полка по десять подсотен в каждом. Из них всего пять под-сотен — княжья дружина. Эти — опытные ратники, а остальные — ополченцы. С косами они куда ловчей управляются, чем с мечами.

В обозе вообще не бойцы: возничие, кузнецы, повара. Одни кузнецы могут с врагами помахаться. Молот ничем не хуже палицы. Возничие — старичье, ну а повара… Какой из повара воин? Разве что половником в лоб треснет, как пацан у Кудрявчика, коли к котлу без спроса сунешься.

Есть еще у нас патрульная служба. Их пять подсотен на княжество тогда приходилось. В бой их не бросишь — они границы стерегут да внутри страны за порядком следят. Вот и получается, что наша армия набиралась около трех с половиной тысяч. Как биться, когда противник тебя втрое превосходит?

— Ну, дома и стены помогают, — сказал Кам Рой.

— Насчет стен не знаю, а природа — да. Мы почем зря траву не мнем и деревья не рубим. На этой земле нам жить и потомкам нашим. И нам даже травы помогали, не говоря уж об иножити…

Лес, а что за иножить?

Кам, это стыдно не знать. Иножить — это иная жизнь, лешие да берегини. Мне почему-то кажется — ведун-то я никакой! — что иножить появилась еще до сотворения нашего мира. Это был первый акт творения Батюшки-Создателя. Глянул на них: лесун-ки почти никогда не рожают — вот лично я ни одного лешачонка не видел, — а берегини и почище того — у них рождаются только дочки. А где петух, что топтать станет? Короче, ни тем ни другим без человека не выжить. Вот и сотворил людей… Но я же не про то взялся рассказывать.

Первые юты — мы их зовем ютроллями, а вторых — ютантами! — появились в княжестве ранней-ранней весной, когда лешие еще спали в берлогах в обнимку с друзьями-медведями, а берегини на дне омутов, зарывшись в ил. Иначе они бы нам сразу поведали, что в лесу объявились мужики зеленые с заячьими ушами, носом с аршин, ногами колесом, без штанов, но в железных шляпах. В таких остроконечных колпаках с зубцами. Колпаки крутятся, как сверло коловоротное: ю-ю-ют! ю-ю-ют! За то их и прозвали ютами, а страну, откуда они пришли — Ютландией. Сами-то себя первые называют троллями, а вторые — тантами.

Ютролли объявились вместе с первыми проталинами. И не стали дожидаться, пока иножить проснется, сразу ушли в землю. Дедушка мой Пих — очень сильный ведун. Он в воду глядел и мне показывал, как юты, выходя из двузракой паутины, по снегам голые прыгают. А еще — как они землю носом роют. Становятся раком и — ю-ю-ют! ю-ю-ют! — остается дыра, только пятки сверкнули. Но сразу-то они появились без колпаков, их потом сделали.

Наступил месяц цветень. Вышли на берег лешие, всплыли берегини, никаких ютов не заметили. Ют-ролли к тому времени укрыли двузракую паутину земляным курганом.