Следующий день начинался тихо и спокойно. На рунологии Вертрана так старательно переводила древний текст, что даже заслужила похвалу от преподавателя.

— Нет бы вам раньше так стараться, дорогуша! — пробурчал старенький мастер Фрин. — Знание рун необходимо каждой магиссе! Это не просто буквы, не просто символы — это сама магия! То, что невозможно изложить обычным текстом, всегда можно передать рунами.

— Угу… — покорно кивала Вертрана.

Все ее мысли были только о письме и лорде Коноре. Как он поступил с ним? Сразу же испепелил? Разорвал на мелкие клочки? Перечитывает, кривит губы в гадливой усмешечке и придумывает наказание для нерадивой помощницы? Если он до сих пор не ответил, значит, надежды почти не осталось.

— Садитесь, Вертрана.

Верта опустилась на стул и механически принялась чертить на листе руну «Дор» — «договор».

— Договор? — прочитала Мей. — Какой договор?

Верту будто молния ударила. Еще не веря себе, она начертила несколько рун. У каждой руны было несколько смыслов, поэтому так сложно понять написанное. Она молча подвинула листок к подругам.

— «Мы с хозяином заключили договор»? — прочитала Эйлин и вскинула на Верту изумленный взгляд.

Вертрана с радостью заменила бы символ «хозяин» на любой другой, но пришлось поступиться гордостью ради дела. Она энергично закивала на вопрос Элли и продолжила писать, но магистр Фрин заметил неладное.

— Так, девочки, записками будете обмениваться у себя в дортуаре!

У Вертраны жгло пальцы: так хотелось поделиться с подругами, но пришлось прерваться. «Вдруг они смогут помочь? — успокаивала Верта разбушевавшуюся совесть. — Я могу им доверять как себе. Я не предаю его… Или предаю? Да какая разница! Он не откликнулся на мою просьбу! Поэтому — плевать!»

За обедом Вертране передали коробку конфет, крепко перевязанную атласной лентой.

— От лорда Конора, — сообщила повариха.

Розочки с надеждой воззрились на подношение.

— Да он издевается! — прошипела Вертрана. — Это его ответ? Поешь конфеток и утешься?

У нее даже слезы на глаза навернулись от разочарования.

— Делиться будешь? — нетерпеливо спросила Лора.

— Конечно! Хоть все забирайте!

Вертрана попыталась развязать узел, но тот не поддавался — Верта едва не сломала ноготь. Точно издевается!

— Открою в спальне и всех угощу, — пообещала она.

Эйлин тоже выглядела расстроенной, избегала встречаться с Вертой взглядом.

— Отдай мою долю Мей, — попросила подруга.

Вернувшись в дортуар, Вертрана отыскала в тумбочке нож для бумаг и перепилила ленту. Шоколадные конфеты выглядели и пахли чудесно, вот только у Верты совершенно не было аппетита. Она обошла девочек — каждой досталось по конфете. Мей перепало две, она откусила маленький кусочек и расплылась в улыбке.

— Будешь писать лорду Конору, поблагодари его от меня.

— Ага, счас! — пробурчала Вертрана.

Коробка опустела, однако все равно оставалась тяжелой. Вертрана взвесила ее в руке, нахмурилась, не понимая. Потрясла. Внутри, под вкладышем из картона, что-то шуршало и перекатывалось.

— Девочки, прогуляемся, — быстро сказала она.

На этот раз уединенная скамейка в галерее оказалась свободна. Верта, не теряя времени даром, просто перевернула коробку, вытряхнув ее содержимое на колени. На подол платья выпали два медальона и письмо. У Вертраны так дрожали руки, что она не смогла развернуть лист.

— Давай ты! — попросила она Элли. — Читай вслух.

В послании лорда Конора содержалось всего несколько строк, написанных аккуратным почерком. Никакого приветствия, все сухо и по делу.

«В один медальон следует поместить прядь волос Мей, в другой — прядь твоих волос, после обменяйтесь медальонами. Не забудьте поменять местами ленты».

— Что это значит? — спросила Мей.

— Ох, не знаю… — прошептала Вертрана. — Извини.

— За что? Ай!

Вертрана уже наматывала на палец несколько рыжих волосинок, которые только что вырвала у подруги. Тут же безжалостно дернула себя за локон.

— Элли, развяжи ленту!

— Девочки, — испуганно пролепетала Мей. — Что происходит?

— Мы тебе все объясним… Если получится!

Вертрана не знала, чего им ожидать. Может быть, это ловушка? Какое-то изощренное наказание? Пусть только попробует обидеть Меюшу!

Эйлин ловко завязала на ее шее ленту с символами рода Гернаус. Вертрана зажмурилась и опустила на грудь тяжелый медальон, излучавший незнакомую магию.

— Ой! — пискнула Мей. — Ты — это я! Один в один!

— А я — это ты!

Вертрана разглядывала девушку, сидящую напротив, и не верила своим глазам. Она будто смотрела на собственное отражение, которое, однако, вело себя очень своевольно — прижало руки к щекам, а потом к животу.