– А, вот ты о чем! Я очень глупо выглядел, да? – Лара дружески дернула его за волосы:

– Не глупее, чем обычно. – Он ухмыльнулся:

– Это немало.

– Ты уже поговорил с Мэтью? – спросила Лара.

– Конечно поговорил… что ты имеешь в виду? – Заметив серьезное выражение на лице Лары, Коллин добавил: – Что-то стряслось?

– Боюсь, что он считает себя виноватым в нашем поражении.

– Бог ты мой, что за глупость! – сердито воскликнул Коллин. – Мы все проиграли. Не все же десять схваток он проиграл?!

Он быстро осмотрелся вокруг и заметил Мэтью, в одиночестве прогуливавшегося у здания муниципального совета.

– Вот и я ему то же самое попыталась втолковать, – сказала Лара, – но он… ну… не знаю, как и сказать. – И она издала неопределенный звук, выражавший отчаяние.

– Наверное, мне бы стоило отдать кружку тебе, чтобы ты разбила ее о его башку.

Лара взглянула в сторону Мэтью и печально покачала головой:

– Он все время себя во всем винит. Ты с ним поговоришь?

– Конечно.

– Хорошо. Пока, скоро увидимся на танцах, – сказала девушка, быстро обняв его.

– На танцах? Я-то думал, что нам дадут поесть. Я умираю с голоду.

– Не волнуйся, ты сможешь наесться до отвала, но и танцы тоже будут, – весело ответила Лара. – Фергус, Эйкин и еще кое-кто будут играть. Разве не здорово?

Последние слова она произнесла уже на ходу.

Лара слегка приподняла подол и быстро пошла по траве. Подойдя к столам, она замедлила шаг и пошла важно, как настоящая дама. Коллин смотрел ей вслед и только головой качал. Женщины непрерывно повергали его в изумление. За последний год девчонка-сорванец, которая карабкалась по деревьям не хуже его друзей-приятелей, преобразилась совершенно. Судя по тому, как она стала одеваться и вести себя, да еще по быстрым взглядам, которые она бросала в сторону Мэтью, Коллин не сомневался, что она вполне отдавала себе отчет в происшедшей метаморфозе. Он решил, что рано или поздно до Мэтью дойдет смысл ее взглядов.

Уже почти совсем стемнело, и факелы горели. К счастью, погода не менялась. Кто-то даже расставил по периметру площади свечи в банках, которые образовали красивую светящуюся нитку. Коллин отошел в сторонку, быстро снял влажную рубашку и надел свежую. Когда он вернулся, Мэтью по-прежнему прохаживался туда-сюда в полном одиночестве, заложив руки за спину. Коллин положил на землю свои вещи и кружку и рысцой подбежал к нему, а потом зашагал рядом. Некоторое время подростки вместе шли молча, а потом Мэтью все-таки заговорил:

– Мне очень жаль, Коллин. Я старался изо всех сил. Честное слово.

«Как это на него похоже!» – подумал Коллин и пожалел, что не захватил кружку, чтобы разбить ее о голову Мэтью. Так как кружки не было, он сказал:

– Послушай, не к чему тебе себя винить. Кому угодно мог выпасть жребий фехтовать в этом последнем поединке – мне, Дэниелу, Гарону… кому угодно. Тебе просто не повезло. Просто счастье иногда отворачивается. Насколько я знаю, за весь день ты проиграл только один поединок – так ведь?

– Да, конечно, но этот поединок был самым важным…

– Они все были важными. Вместо последнего ты мог проиграть первый или второй. Результат был бы тот же. Мы все проигрывали поединки. Поэтому и говорят командный зачет. Понимаешь?

– Конечно, но ведь я…

– И никаких тут нет «но». Покажи-ка мне нож, который тебе дали.

Мэтью взглянул на Коллина, поколебался какое-то мгновение, а потом дал ему нож. Он был примерно семь дюймов в длину. Длинная костяная рукоятка была украшена резьбой. По стали клинка серовато-черного цвета шли волнистые тонкие линии, напомнившие Коллину узоры древесины. Он даже присвистнул от удивления:

– В жизни не видал такой стали! А острый – кажется, бриться можно. – Он попробовал острие большим пальцем и тут же отнял его. – Острый, точно. Готов спорить, кучу денег стоит. Хочешь меняться? У меня есть очень красивая кружка. Я не сомневаюсь, что она тебе понравится.

Мэтью невольно улыбнулся.

– Пошли-ка лучше к столам, пока еще еда осталась, – сказал он.

Дэниел и Лара сидели рядом и уже принялись за еду, но предварительно позаботились занять места и для Коллина с Мэтью. Когда они уселись, Коллин ответил быстрым кивком на вопросительный взгляд Лары. Он наклонился к ней и хотел что-то прошептать на ухо девушке, но не успел: Элона Маршал принесла огромное блюдо и с застенчивой улыбкой поставила перед ним.

– Я подумала, что после целого дня фехтования можно проголодаться, – сказала она. Положив руку на плечо Коллину, она добавила: – Мы так вами гордимся – всеми вами.

– Спасибо. Я просто приложил мою долю усилий. Как мы все, – сказал Коллин с широким жестом в сторону других членов команды.

– Да, конечно. Я это и хотела сказать. Вы останетесь на танцы?

– Вы же меня знаете: я ни за что ни одного танца не пропущу. Может, и вы со мной разик станцуете. – И подросток улыбнулся.

Элона расплылась в улыбке.