Этот Святослав грозил мне знатно подъесть нервы. Нет, он не просто не нравился мне, я точно знал, о чем говорил Тасе, но она защищала его с таким остервенением, с такой яростью! Боже, неужели и правда успела влюбиться? Неужели я и правда упустил ее? Опять?!

Я так сильно надеялся на то, что она не просто так появилась в моей жизни столько лет спустя.

Я надеялся, что сами звезды так сошлись и нам просто суждено было быть вместе.

А теперь появился этот Святослав, который явно претендовал на место, если не супруга в будущем, то близкого человека в любом случае. А это означало, что мою Тасю снова трогал кто-то другой, она снова принадлежала кому-то другому, но только не мне! И в этот раз мне совершенно нечего было ей предъявить.

Отмотай я время назад и все было бы иначе. Я бы не стал слушаться чужого мнения. Я ведь проживал свою жизнь сам. Один. Только я знал и чувствовал, через что прохожу. Только я один мог и должен был принимать все решения. Только Бог был нам обоим судья.

А я сделал судьями кучку лицемеров и лжецов со своей лживой матерью во главе. Я в жизни не мог подумать, что она окажется… такой. Она разрушила нашу чистую и невинную любовь, и при этом испытывала счастье и какое-то садистское наслаждение. И ни капли угрызений совести. Ни чуточки сожаления.

Сейчас мне было так плевать на то, что подумали другие люди. В одном мать была права — пошумят, да забудут. А я остался один. Сейчас я бы боролся за Тасю, если бы она только дала мне шанс.

И нет, мне все еще было противно от мыслей, что ее могли трогать другие мужчины, но я бы смог с этим примириться. Потому что Тася была права, то была не измена. Один несчастный раз задолго до знакомства со мной. Не измена. Я бы закрыл глаза. Я бы добивался снова. Я бы сделал ее счастливой, но Тася была уже слишком далекой от нашей давно забытой любви.

Я был перевернутой страницей в книге ее жизни, а новая начавшаяся глава носила имя «Святослав» и сделать с этим уже ничего было нельзя.

Он больше не звонил. И не присылал видео. И уж тем более не писал сообщений.

Нет, конечно, я не ждала этого от Алана и мне было это совершенно не нужно, но меня удивило то, с какой легкостью он оставил меня в покое.

Прошло больше двух месяцев, а он так ни разу не объявился. И я успокоилась.

Мне все еще было жаль детей, я часто о них думала, вспоминала, иногда даже порывалась написать первой и спросить, как у них дела, но резко себя отдергивала, останавливала, напоминая, что сделаю только хуже и себе, и им.

Шевченко оказался прав. Я так быстро и так сильно к ним привязалась, и не приложу ума, что бы было, случись нам расстаться на полгода или год позже. Я бы действительно не выдержала такой удар. А так… сердце постепенно, потихоньку успокаивалось.

Рядом был тот, кто отогревал, заботился. И пускай молча, но я уже думала о том, что через какое-то время, когда-нибудь в будущем, у нас со Святославом могут появиться наши общие дети.

Я полностью погрузилась в новые отношения с потрясающим мужчиной. У меня правда никогда не было таких, как Святослав. С Пашей все было скучно, серо, уныло. С Аланом было больно и тяжело. С Максимом все приходилось делать самой, мы даже познакомились только потому, что я первая проявила инициативу. А Святослав…

С ним было одновременно спокойно, хорошо, весело, интересно. В нем горела страсть ко мне и вместе с этим он относился ко мне с таким трепетом, что едва не сдувал пылинки. Нет, он не спешил мне с признаниями в любви, но я больше и не ожидала громких слов. Я их совсем не жаждала. Я хотела поступков и именно их Шевченко демонстрировал.

За неполные полгода, что мы были вместе он задарил меня подарками, сводил в самые разные места, начиная от городского парка и заканчивая самыми дорогими ресторанами города. Мы побывали в театре, на опере, постоянно посещали концерты и пересмотрели кучу новинок кино. Святослав делал все, чтобы разнообразить нашу жизнь. А в те редкие вечера, когда мы оставались дома, он все для меня делал. Мне не приходилось готовить для него, потому что он любил повторять, что с меня достаточно готовки на работе, он легко мог взять на себе мытье посуды или даже уборку. Шевченко не считал, что обязанности по дому — это исключительно мои обязанности, потому что я женщина. Он с легкостью мог просто взять и молча мне помочь. И неважно, в чем именно мне требовалась эта самая помощь. И за такое отношения я готова была целовать ему руки и угадывать его желания.

Я не могу сказать, что была удивлена, когда однажды вечером, вернувшись к нам домой, я не обнаружила своего избранника на месте. Зато увидела красивый короб с платьем на кровати и карточку с адресом, по которому я должна была прийти.

Святослав сделал все по высшему разряду. На какой-то миг мне вообще показалось, что я очутилась в какой-то сказке и все это происходит не со мной. Огромный ресторан в нашем распоряжении, красивая терраса с видом на озеро, музыканты, фейерверк и кольцо с огромным камнем.