– Что ещё?
– и аграф на пару мгновений задумался, - да, единственным исключением, которое мы добавили, является разработка уже непосредственно нашего института. Это универсальный адаптивный интерфейс подключения к любым внешним устройствам и ментальным структурам. Но нечто похожее есть у архов, однако их интерфейс до сих пор так никто и не смог продублировать, у нас же что-то получилось. И потому мы реализовали его в прототипе своей нейросети.

На этом месте он замолчал, давая Крысолову понять, что закончил свое описание нейросети.

– Да, забыл, - неожиданно произнес профессор, - для нас это было не столь важно, но всё же. Очень сильно возрос параметр психологической устойчивости у всех испытуемых. Это стало следствием смешения нейроструктур вычислителя и маньяка, что в свою очередь значительно увеличило эмоциональную устойчивость реципиентов. На себе этих изменений особо не заметил. Хотя они уже должны были работать в полную силу, все. И он перевел взгляд на своего собеседника.

Но тот даже не стал ничего помечать у себя в планшете, пристально посмотрел на аграфа и спросил:

– Я ничего не услышал про свойства, внесённые в нейросеть структурами, полученными от ископаемого.

– Правильно, - подтвердил правоту слов человека аграф, - не услышал. И, усмехнувшись, добавил:

– Как оказалось, мы даже примерно не смогли спрогнозировать возможностей данной структуры, так как она ни разу не то, что не завершила полного процесса адаптации, но и не приступила к нему. Именно поэтому могу тебе с уверенностью сказать, что опыты нужно продолжать. Единственное, что нам точно известно, так это то, что данная структура во много раз, - постарался голосом выделить последнее слово профессор, - увеличила общую стабильность структуры в целом. Она выступила неким каркасом, который как раз и послужил тем основополагающим элементом в укреплении связей всех конструкций нейросети и её разрозненных модулей. Именно после её внедрения инсталляция и стабилизация нейросети у всех испытуемых стала проходить со стопроцентным успехом. Хотя до этого было несколько случаев, когда нейросеть не могла завершить даже процесса стабилизации.

– Понятно, - протянул Крысолов и, проверив свои записи на планшете, уточнил:

– Что по урезанной версии нейросети?

Аграф пожал плечами в ответ и указал куда-то в сторону двери рукой. Сейчас, после сделанного укола он стал значительно более активен как в жестах, так и в разговоре.

– Тут всё значительно проще, - сказал Рокена, поясняя свой жест, - если говорить об урезанной в своих возможностях нейросети, то это продукт массового производства. Тут нет такого значительно выхлопа, как у прототипа или его аналога, полученных за счет объединения столь специфических нейроструктур. Мощность урезанной нейросети уменьшается где-то на пятьдесят процентов. Это если ориентироваться только на параметры. Например, интеллектуальный индекс, по сравнению с оригиналом возрастёт процентов на семьдесят пять - восемьдесят против стапятидесяти в оригинале. Будут отключены все возможности, связанные с внедрением нейроструктуры Древнего. Но это, в основном, коснётся лишь возможностей работы с сознанием и eгo параллельной работой. Оно будет сопоставимо с возможностями сполота. Также, как это ни странно, пропадает возможность работы с огромнейшим банком знаний, хотя нам точно известно, что она никак не завязана на нейроструктуры Древних или ископаемого. Почему-то понижаются параметры восприятия и скорость обработки информации, но не так кардинально. Где-то процентов на тридцать, что всё равно чуть превосходит эти же параметры у креатов, но уже не дотягивает до бойцов-архов. И, как следствие, в урезанную комплектацию нейросети было принято решение не встраивать биокомпонент. В общем-то, если пробежаться по верхушкам, это всё.

– Понятно, - произнёс человек и уже хотел набрать что-то у себя на планшете, как его остановил аграф.

– Если вы проявите к этому какую-то заинтересованность, то нам уже поступили заявки как на покупку технологии создания урезанного варианта нейросети, так и на саму нейросеть подобного класса. Знающих людей привлекла возможность получения нейросхемы сполотов, ведь они свои нейросети не выставляют в свободную продажу.

– Интересно, - проговорил Крысолов и, посмотрев на аграфа, уточнил, - и откуда же кто-то узнал, чем вы тут занимаетесь?

Рокена усмехнулся.
– Думаю у нас одни и те же источники, но уж точно не от меня, - и он уверенно поглядел в глаза переговорщику, - ведь ты пришёл ко мне ещё до того, как мы начали сотрудничать с тобой.

– Да, - согласился с ним Крысолов, - пришёл. После чего ещё что-то вбил в свой планшет. Похоже, передав дополнительную информацию своим партнерам, а потом, видимо, дождавшись ответа, он спросил:

– И каков прогнозируемый доход как в первом, так и во втором случае?

Профессор несколько стушевался от данного вопроса, а потом ответил:

– Сам я этот вопрос не прорабатывал, у нас нет людей с доступом к торговым площадкам, где хотя бы примерно можно промониторить рынок аналогичного товара. И потому мне через моего помощника пришлось обратиться к одному его родственнику.

В этом месте Крысолов хмыкнул.

– Что?
– посмотрел на него Рокена.

– Вот и выплыла одна из точек утечки информации, - пояснил тот.

– Понятно, - ответил ему аграф, а потом продолжил, - ну так вот, уже тот через свои связи смог пробить для нас подобную аналитику, и вот что мы получили. Аналоги прототипа мы смогли бы сбывать примерно по пятьсот - пятьсот пятьдесят миллионов, урезанную в своих возможностях нейросеть по три - четыре миллиона, в зависимости от спроса. И этo если говорить о заказчиках в пределах Империи.

Человек опять фыркнул, услышав последние слова профессора.

– Что опять?
– поняв, что и в этот раз Крысолову есть что сказать, уточнил он.

– Вас безбожно нагрели, особенно с озвученными вам цифрами, - произнес человек, а потом пояснил, - я видел тот отчёт, что переслали родственнику твоего ассистента. И тут или он передал вам неверные данные, либо твой помощник уже тогда решил занять твоё место, а поэтому тебе передал ложную информацию.

И немного помолчав, Крысолов продолжил: