Шрифт:
– Чего? – осклабился парень с планшетом, – Ты куда летишь, дурик? Слышь, братва, этот дятел со своей чувихой уверены, что летят в Сочи.
– Ты если обкурился, то сиди и помалкивай, тут все летят в Сочи, кроме вас, может быть…– очень неуверенно закончил молодой человек…
– Ничего подобного, – визгливо парировала женщина, – Этот самолёт летит в Москву.
– Да нет же, что с вами, – это рейс в Питер.
– Скажите, – не обещающим ничего хорошего тоном, спросил мужчина с ноутбуком, обращаясь к бортпроводницам, – мы ведь летим во Владивосток? Обе девушки посмотрели друг на друга, побледнели, и блондинка, заикаясь, произнесла:
– Одну минуту, дамы и господа, сохраняйте спокойствие, сейчас мы всё выясним.
Вдруг что-то заскрежетало, щёлкнуло, и из невидимого динамика раздался странный, металлический голос:
– Это, каким же, интересно, образом, милочка?
– Вы пилот? – заверещал мужчина, уверенный, что летит с женой в Москву.
– Можно и так сказать, – чуть помедлив, ответил тот же голос, – Вообще у меня много имён, но пилот мне тоже нравится.
– Объясните же, куда мы летим? – со слезами в голосе протянула молодая женщина, – Что вообще происходит?
– Происходит то, что и должно было произойти рано или поздно. А в случае с такими людьми, как вы, то, определённо, чем раньше, тем лучше…
– Слышь, ты, хорош трепаться, – закричал парень, желавший ещё совсем недавно, усадить на колени блондиночку, – Ответь нормально, мы же в Симферополь направляемся?
– Увы, несчастное дитя порока, однозначно не в Симферополь… Боюсь, что пункт назначения вам всем не очень понравится… Так уж сложилось исторически, – грустно сказал голос, – Ничего не поделаешь…
В это время брюнетка колотила руками и ногами в запертую дверь кабины лётчика… К ней на помощь подоспела её напарница. В это время самолёт резко качнуло в сторону, и девушки едва удержались на ногах. Дверь со скрипом отворилась, в воздухе запахло серой, как будто тут одновременно сожгли несколько упаковок спичек. Округлившимися глазами, прижав одну руку ко рту, блондинка второй рукой показывала на пустое кресло пилота и ритмично качающийся штурвал, над которым плыл и медленно растворялся в воздухе подрагивающий тёмный силуэт.
Последнее что видели обернувшиеся к проходу девушки, искажённые и обездвиженные страхом лица своих пассажиров.
Случай из смерти
Самое главное, что она даже не слышала звука столкновения, или хотя бы какого-нибудь, мало-мальски серьёзного удара. Она просто почувствовала, будто взлетела ненадолго, а потом увидела, что уже идёт и очень быстро по дороге, ведущей к дому.
– Наверное, шок, – думала она, – пытаясь взять себя в руки и справиться с последствиями пережитого. Молодая женщина спешила так, что почти не касалась земли.
– Ещё бы, – успокаивала она себя, – Ничего удивительного, после такой аварии, – Немедленно домой, к мужу и детям, – подгоняла она саму себя… Ну надо же, пару кварталов до дома не доехала… Скорее, они же там волнуются…
Что-то не давало ей оглянуться, внушая мысль о том, что ей не нужно сейчас видеть и знать, что явилось причиной автокатастрофы и в каком состоянии её машина. Нужно домой, к своим родным и таким любимым…
Она не совсем поняла, как оказалась в квартире, потому что совершенно не помнила, звонила ли она в дверь или открыла её сама, только через мгновение она уже шла навстречу мужу. И что-то говорила ему. Но он, похоже, её не слышал и даже не заметил.
– Денис! – ещё раз в растерянности позвала она. Ей показалось довольно громко. Никакой реакции. Её муж стремительно прошел, чуть ли не сквозь неё, к пронзительно и тревожно зазвонившему телефону.
– Вот это, наверное, и называется состояние аффекта, – совершенно не понимая, что происходит, подумала она. – Может быть, у меня галлюцинации от травмы, и я пока просто не ощущаю боли? Или же это кошмарное сновидение??
Размышления прервал вбежавший в комнату сын женщины, навстречу которому она с радостью развела в стороны руки. Странно, сын пробежал мимо, совершенно не замечая её.
– Да что такое! Почему они ведут себя так, как будто меня здесь нет? – хотела возмутиться женщина, но тут в гостиную вошла, неуверенно и осторожно переваливаясь со стороны в сторону, так как совсем недавно научилась ходить, её годовалая дочь. Её малышка, её птичка-щебетунья, цветочек её ненаглядный…
– Ладушка, – выдохнула женщина, опускаясь перед ребёнком на колени. – Ягодка моя сладкая, иди к маме… Девочка застыла, глядя прямо на мать огромными, широко распахнутыми серыми глазами. Затем протянула ручку и провела тёплой ладошкой по мокрой от слёз щеке женщины: